и в саду, да ещё и деньги тебе даёт на коммуналку и хозяйство.
– Так он же живёт…
– Значит, и права какие-то имеет, хотя бы чтоб ему на шею девиц не вешали, если он этого не хочет. Короче, я только рада буду, чтобы он у меня пожил – домина большой.
– Ты по-другому запоёшь, когда его псину увидишь! Страшная, как я не знаю что, и глазами так зыркает, прямо как в гoрло бросится хочет! Эта… доберман…
– Отличная порода…
– Да как я забыла-то, ты такая же чокнутая, как и он! Вечно с этими своими хвостатыми… – возмутилась сестра. Ещё больше она возмутилась, когда Анна Ивановна пожелала ей спокойной ночи и, нипочём не желая скандалить, закончила разговор.
– Это не самая плохая компания, знаешь ли, моя дорогая! – негромко рассмеялась Анна и отправилась подготовить племяннику комнату да найти собаке старое одеяло для подстилки. – Доберы – псы с тонкой душевной организацией, им постель нужна!
Ночь мягко сменяла вечер. После шума и криков тишина казалась звенящей и прохладной как вода из ручья. Воздух вливался в открытые до упора окна машины, прогоняя навязчивый запах Сашкиных духов и принося другие запахи – недавних дождей, грибов, хвои. Дрожали над деревьями яркие звёзды, они успокаивали и словно говорили, что всякое бывает, бывает, проходит и это не страшно.
– Эй, собака, тебе не страшно? – уточнил Воронов, ухватившись за последнюю мысль.
– Нет, мне так хорошо! – совершенно понятно ответили собачьи глаза.
– Вот и славно! Ну, надо же, прямо поговорили… как те собако-кото-свиные чудаки сегодня! – припомнил Андрей, аккуратно сворачивая к тётушкиному дому. – Похоже, это заразно! Только сегодня на них посмотрел – и нате вам, жизнь пошла под откос, и ей там понравилось!
Глава 13. Открытая для тебя дверь
Практически на въезде в тётушкину деревню Андрею позвонил крайне разгневанный отец, осознавший, что, по крайней мере, в ближайшее время ему самому придётся делать кучу домашней работы, которую он терпеть не мог, и потребовал немедленно вернуться!
– Как ты смеешь так себя вести? Кто тебе позволил уезжать?! Если ты через полчаса не приедешь домой, можешь и не возвращаться! И псину свою не смей привозить! Ты обязан был понимать, что подверг опасности моё здоровье! Но тебе, как я понимаю, на всех наплевать! Вон, мать плачет, сестра расстроена, гостья наша тоже…
Есть люди, которые любят выстраивать вокруг себя некий иллюзорный мир, который не терпит никакого столкновения с реальностью просто потому, что абсолютно нежизнеспособен. Отец Андрея был как раз из таких… Ему нравилось воображать себя этаким патриархом – главой семьи. Человеком, чьё слово – закон! Он приказывал, а ему повиновались…
Некоторое время так и было. Жена смотрела на него с обожанием и послушно выполняла все его поручения и распоряжения, правда, он значительно больше зарабатывал, а её работа и заработок были из серии «не бей лежачего». Старший сын старался с ним не спорить. Дочка-любимица, избалованная отцом, нашла себе мужа, который против властного тестя и рта не открывал. Так что картонное царство-государство с виду было довольно устойчивым. На сына он постепенно перевесил все свои домашние дела, которых в частном доме всегда хватало. Жена занималась всем остальным, а он сам, возвращаясь домой, посвящал свой досуг просмотру телепрограмм, посвященных политике, и громогласному обсуждению оных. Обсуждение сводилось к простой истине:
– Никто ничего не понимает и делать не умеет! Надо же было всё не так! Вот я бы на их месте…
Андрей подобные рассуждения терпеть не мог и никогда не принимал участие в подобных отцовских разглагольствованиях, смываясь как можно дальше.
И вот выяснилось, что он мало того, что неуважительно относится к мудрости своего родителя, так ещё и пошёл на прямое неповиновение! Такое возмутительное поведение требовало немедленной реакции, вот «царь всея семьи» и начал названивать сыну, строго прицыкнув на рыдающую жену, подозревающую, что это несколько лишний и вообще не очень разумный шаг…
Андрей скинул скорость, чтобы ненароком в чей-то забор не въехать: аж в глазах потемнело от раздражения.
– Я не собираюсь избавляться от собаки и не вернусь! – чётко и ясно ответил он.
– Чтооо? Да как ты смеешь?!
Призрак дров, которые надо рубить, деревьев, которые требовали подрезки, теплиц и огорода, нуждающихся в уходе, а главное-то, бесконечного ремонта то одного, то другого, который всегда нужен в своём доме, замаячил перед «царёвыми» очами с неприличной настырностью. Когда к нему добавилось видение забитых листвой водостоков и занесённых снегом дорожек, которые непременно потребуют приложения его сил, папенька утратил всякое душевное равновесие…
– Нелогично грозить мне отлучением от дома, если я сам тебе только что сказал, что не собираюсь возвращаться! – только и сказал негодный сын, напрочь лишив отца аргументов.
В самом-то деле, чем ещё грозить? Тем, что он сыну денег не даст? Так он и не давал уже давным-давно – это Андрей деньги приносил и вручал матери, а теперь-то придётся обходиться и без этого!
Короткие гудки в динамике смартфона были облегчением для несколько запутавшегося в доводах «повелителя семейного клана».
Андрей потёр виски и невесело подмигнул собаке.
– Ну, говорят, что, когда закрывается одна дверь, где-то открывается другая… Будем искать свою дверь, да, собака?
Анна Ивановна только руками всплеснула, увидев тощую донельзя, опасливо косящую на неё доберманшу, которая выглядывала с переднего сидения из-за плеча племянника.
– Ой, бедняга какая! А худенькая-то…
Андрей невольно сравнил реакцию тётки и его семейства… И как оно так получалось, что Аннушка, как он в детстве тётю звал, ему гораздо ближе? И с двоюродными он всегда ладил не в пример лучше, чем с Сашкой! Аннушкины дети никогда не вторгались в личное пространство, не ябедничали и не в пример спокойнее общались…
– Тёть, мне бы тазик какой-нибудь – я её из канавы выловил!
– Зачем тазик? Я уже в бане обогреватель включила. Сейчас будет море горячей воды. Полотенца и для тебя, и для собаки уже там, подстилка ей готова, каша с мясом варится – скоро будет.
– Да когда же ты успела? – удивился Андрей.
– У меня же Султан пятнадцать лет был, помнишь, небось? – тётка невольно потёрла глаза. – Я его примерно так же нашла, только из подмёрзшего болотца достала. Так что всё знаю, всё умею быстро делать…
Султана Андрей помнил отлично! Ещё бы! Огромный пёс с интеллектом, вызывающим уважение и некоторую оторопь, был незабываем.
– Тёть, а ты почему больше никого не заводила? – осторожно уточнил Андрей, заводя собаку в баню.
– Не смогла… да и потом… как-то свой не находился. После Султана уж сколько бедолаг ко мне прибивалось, но всем находились хозяева. А сейчас у меня вместо сторожевого пса Зайчик, так что ради охраны мне и не нужно, а для души… если найдётся само – буду рада, а нет – не
