«Два вида людей, христиане и евреи», «Свет и мрак», «грешники», «убийцы», «взбаламученная грязь».
Св. Учитель церкви Августин«Преследование инакомыслия, везде монополия духовенства»
Генрих ГейнеЕсли отвлечься от Палестины, у евреев в языческое время дела, однако, шли скорее хорошо.
Конечно, уже давно существовал антисемитизм. Самое старое документальное свидетельство арамейские Элефантинские папирусы. В 410-м г до РX в Элефантине было разрушено святилище Яхве, предположительно потому, что евреи были противниками египетской самостоятельности и симпатизантами персидского чужеземного владычества Около 300 г до РX антиеврейство распространилось, видимо, широко, к примеру, быстро разносится слух, что евреи произошли от прокаженных Для такой враждебности имелись, главным образом, религиозные, политические тоже, меньше экономические и едва ли расово обусловленные основания.
После восстаний при Нероне, Траяне, Адриане евреи — все же от 7 до 8 процентов общего населения империи — весьма часто казались общественно опасными Их высокомерный взгляд на все другие культуры, религии, нации, их социальная обособленность (amixia) воспринимались настороженно Сдержанный Тацит, который обвиняет их в презрении к богам и отечеству, говорит об их чуже- и инобытии (diversitas morum). Так же, как у него, враждебные евреям высказывания (конечно, не оставшиеся без последствий) других язычников, старшего Плиния, Ювенала, в Средневековье «школьного автора», Квинтилиана, который играет заметную роль в преподавании раннего Нового времени, объясняются в особенности впечатлением, оставленным Иудейской войной (см. стр. 96 и след.). Однако и Сенека еще в 65 г, за год до начала этой войны, принужденный к самоубийству, пишет «Такую силу уже приобрели обычаи этого в высшей степени нечестивого народа, что они введены во всех странах, они, побежденные, дали свои законы победителям».
ТЕРПИМОСТЬ К ЕВРЕЙСКОЙ РЕЛИГИИ В ЯЗЫЧЕСКОМ ГОСУДАРСТВЕ
Но сами владыки Рима проявляли по отношению к евреям — в большинстве строителям, ремесленникам, рабочим, еще не охарактеризованным как торгаши — обычно терпимость, иногда высказывали к ним симпатию Евреи, особенно на Востоке, воспринимали особые права, как субботнюю привилегию. Они не должны были представать перед римским судом, предпочитали собственных судей Цезарь им весьма протежировал Империя подарила Августу храм в Иерусалиме Ежедневно здесь должны были, по императорскому установлению, забивать в честь «высшего бога» быка и двух овец Ближайший друг Августа Агриппа тоже покровительствовал евреям. Конечно, несколько эксцентричный Калигула (37–41 гг.), который претендовал на собственный храм, открыто появлялся в образе различных божеств, в том числе женских, жил со своей сестрой Друзиллой в браке и хотел выставить свое изображение даже в святая святых Иерусалиме, выгнал евреев из парфянских городов, где они были особенно многочисленны. Но даже сам император Клавдий, до того как он напал на евреев Рима, еще в 42 г издал эдикт в их пользу и разрешил соблюдение всех их обычаев по всей империи Правда, одновременно он предупредил о злоупотреблении его расположением и пренебрежении к обычаям других народов. Напротив, жена Нерона Поппея Сабина вновь была ревностной защитницей еврейства. Вообще римское правительство постоянно доказывало «желание идти как можно больше навстречу всем уместным и неуместным претензиям евреев» (Моммзен).
И после завоевания Иерусалима императоры никогда не воевали с еврейской религией, это была religio licita[63] Веспасиан и его преемники признали привилегии, данные евреям еще Цезарем и Августом. Как каждый римский гражданин, евреи могли заключать браки, договоры, наследовать собственность, занимать официальные должности, иметь рабов и многое другое Их общины имели также право на управление собственным имуществом и, ограниченно, на собственную юрисдикцию. Даже после восстания Бар-Кохбы Адриан и следующие владыки разрешали им свободное отправление культа, так же как освобождение от тех общих гражданских обязанностей, которые не совмещались с их вероучением. И в самой латинской провинции вряд ли чинили им ограничения, разрешали строить синагоги, назначать начальников и всюду из уважения к их религии освобождали от воинской службы.
Ибо как и сегодня еще вера первобытных народов не знает претензии «высших» существ на абсолютность, так и в античном эллинизме господствовала терпимость Исключительность принципиально противоречила политеизму.
Отечественные культы могли объединяться с чужими Были великодушными, дружелюбно-коллегиальными, позволяли молиться всем возможным богам, верили, что в других находят самих себя, и «обращением» вообще не занимались. Нетерпимость, говорит Шопенгауэр, присуща лишь монотеизму, единственный Бог, «по своей природе ревнивый Бог, он не желает жизни никому другому. Напротив, политеистические боги по природе своей терпимы они живут и дают жить вначале они охотно терпят своих коллег, богов той же самой религии, потом распространяют эту терпимость и на чужих богов». Но вера в одного Бога казалась язычникам скучной уравниловкой, разбожествлением вселенной, безбожием. Ничто не казалось им более чуждым, чем мысль «все боги народов это истуканы», как иудейское «Ты не должен иметь других богов рядом со мной», кроме божества, которое никогда не устает кричать «Я Господь», «Я Господь», «Я Господь, ваш Бог» — так только в маленькой 19-й главе 3-й книги Моисея шестнадцать раз К заключенному между Яхве и «избранным народом» «кровавому завету» в язычестве нет параллели. И ничто в евреях так не вызывало неудовольствие, как поведение, навязанное им их верой Леон Поляков даже утверждает «Ничего кроме их богослужения».
INTERPRETATIO CHRISTIANA
Но христиане, для которых евреи, само собой разумеется, еретики, обменивают веру в «избранность» Израиля на претензию христианства к абсолютности, иудейский мессианизм на весть о Возвращении Христа — первый большой шаг в раннецерковном развитии отделение христианства от его иудейской религии-матери.
Не евреи, а христиане были теперь «Израилем Бога», не христиане, а евреи теперь отпали. Так отняли у них Ветхий Завет и использовали его как оружие против них чудовищное мошенничество, названное interpretatio christiana, беспримерное, единственное во всей истории религии событие и к тому же единственная оригинальная черта христианской истории веры вообще «Ваши писания, — говорит во II-м столетии св. Юстин, — или, скорее, не ваши, а наши». Потому что, как знает Юстин, евреи, «если что-то в них прочтут, их смысл не понимают». Потом, противопоставив в экзегезе, от которой волосы становятся дыбом, реальный смысл мнимому духовному, приняли как истину, что евреи ничего не понимали «из Писания» Церковь принимала на свой счет лишь то, что было благоприятно, — дифирамбы, обеты, всех благородных героев или кого за них принимали, главным образом, праотцов и пророков, в то время как зловещие фигуры, гангстеров, отождествляла с евреями и в соответствии с этим толковала и все угрозы Сверх того, «мученические кости» маккавейских времен, хранившиеся со II-го дохристианского века в главной синагоге Антиохии, выданы за христианские и, отняв гробы позднее, в IV-м веке, христиане лишили евреев возможности их почитания. Вместо них теперь сами христиане особенно помпезно праздновали праздник, который сегодня принадлежит церковному календарю.
Вся эта антииудейская полемика отняла у евреев все, в чем нуждались христиане. Да, христианство, язвит Габриель Лауб, могло бы совсем не возникнуть, если б «уже в ветхозаветные времена была международная правовая конвенция творцов» Уже в I-м столетии христиане называли Авраама «нашим отцом» и утверждали- «Моисей, на которого вы возлагаете свои надежды, в действительности ваш обвинитель». Во II-м столетии они уже с Моисеем доказывают древность и авторитет христианства. И наконец, «руководители евреев» — просто-напросто «наши праотцы».
Христианская теология все это — и больше — прекраснейше систематизировала Ветхий Завет был «предтечей», маленьким былым для большого позднейшего христианская теология говорит о «мотиве фона» Ветхий Завет ценился относительно, Новый — абсолютно христианская теология говорит о «мотиве абсолютности» Ветхий Завет существовал, чтобы в Новом «Писание осуществилось» «мотив осуществления» Естественно, все оказалось теперь «лучше», «больше», «совершенней», «крупнее» «мотив превышения». Что не совсем подходило «мотив изменения». Что совсем не подходило «мотив упразднения». Не подходили прежде всего сами евреи из-за их неверия «мотив отпадения».
Как сказано interpretatio christiana»! Одна религия грабит — и после оскорбляет, подавляет, преследует ограбленную религию сквозь два тысячелетия.
