Читаем без скачивания Дневник сломанной куклы - Нина Катерли

- А что, покрасивше девушек больше нет? Чтоб не рыжие, не конопатые и ростом тебе не до подмышки. Вы же рядом - смех глядеть! И кто такие ее родители? Или она из детдома, подкинутая? Ах, из прови-и-нции... Тогда понятно...

На другой день торжественно сообщила:

- Встретила на улице Александра Дмитриевича, он с собачкой гулял. С Филечкой. Говорит, Катюша поправилась, ходит. Представляешь? До чего красавица-девочка, загляденье! И дед - сразу видать, полковник, герой. Выправка, воспитание... А отец американский, тот вообще академик, лауреат. Ну, Америка - не Россия... Да, это семья. С большой буквы.

После этого разговора Дмитрий решительно перебрался к Юльке, та была счастлива, навела в доме уют, накупила разных милых вещей, в том числе сверхъестественный чайный сервиз - красный в белый горошек, хозяйничала и хозяйничала, вставая для этого ни свет, ни заря. В редакции все надоедливо спрашивали, когда свадьба, и Юлька отвечала, что не в свадьбах счастье. А на днях, вся покраснев, вдруг спросила сама:

- Мить! А мы когда-нибудь поженимся?

Дмитрий обнял ее:

- А что - котам срочно необходимо менять семейное положение?

Юлька покраснела еще больше, так, что веснушек стало не видно. Сказала, что никакой срочности нет, она - так, в принципе, не бери в голову. Разговор этот состоялся на другой день после того, как ему на работу позвонила мать и торжественно объявила, что пришло какое-то важное официальное письмо.

- Я вскрыла, ты уж не ругайся. Но ведь - официальное, с заграницы. Мало ли что. Может, думаю, срочно, а ты не приходишь и не звонишь. Митя! Это приглашение. В Соединенные Штаты Америки. Вызов. Ты должен срочно его забрать и пойти в американское посольство. Чтоб все оформить.

- Консульство, - машинально поправил мать Дмитрий, думая о том, что да, надо немедленно что-то решать. Он не ответил Кате на два письма, где она сообщала, что приглашение выслано и чтоб он написал, на когда брать билеты ему их доставит знакомая Рут, она едет в Россию. Билеты туда и обратно, бесплатные, поскольку премия Рут от авиакомпании за большое количество полетов, "так что не комплексуй, вперед без страха и упрека! Оформляй документы и - go аhead!"

После работы он съездил за приглашением и вечером отдал его Юльке. Та внимательно прочла бумагу, не сказала ни слова, повертела еще немного в руках и отправилась на кухню жарить котлеты. Дмитрий пошел за ней.

- Ну?

- Что - ну?

- Что скажешь?

- А что тут говорить? Америка - это тебе не Сиверская. Только дурак откажется. Да еще бесплатно.

- Но ты бы на моем месте... - начал было Дмитрий.

Юлька сразу его перебила:

- Я не хочу ничего тебе навязывать, вообще - давай пока не будем об этом, ты сам подумай со всех сторон, а потом решишь. Как решишь, так и решишь. А сегодня я не хочу, ладно?

Он не стал спорить - в общем, все понятно, буря чувств... Ему и самому необходимо подумать. Кстати, это его проблема, больше ничья. Надо взвесить все "за" и "против" и принять решение. Честное.

"За" - просьба Катерины, она там явно скучает. Как бы ни любили ее отец с мачехой, как бы с ней ни носились, они пока еще не стали до конца родными людьми. А Катьке надо быть среди привычных, родных, и он, Дмитрий, ей, скажем так, - тоже не чужой. За столько-то лет... Конечно, она не пишет - мол, приезжай, не то я с ума тут сойду от одиночества, не пишет и не напишет. Гордая, будет присылать веселые письма с описанием американских чудес и красот. Но что за этим стоит?

Второе "за" - ему самому, конечно же, охота увидеть эти чудеса, он всегда, всю жизнь мечтал побывать в Штатах, а другой возможности не предвидится.

Третье - чего хитрить? - он соскучился по Катьке, по... разговорам с ней все же она его самый близкий друг. Да, друг. Всю сознательную жизнь были alter ego... А еще - тогда, в аэропорту, когда прощались... Стоп! А вот об этом нельзя, табу.

Четвертое - отклонить ни с того, ни с сего приглашение ее отца будет хамством и неблагодарностью.

Так. А теперь идут "против". Во-первых... Собственно, "против" только одно - Юлька. Если, конечно, эта поездка заставит ее страдать. И одно такое "против" может перечеркнуть все "за".

На следующий день за завтраком Юлька и спросила его о замужестве. Дмитрий твердо ответил: да. Он и сам об этом думал - пора уж надеть Коту на лапу колечко, а к колечку приделать цепь. Чтобы Кот не бегал по крышам, а мирно, кругами гулял около дуба. То есть около него, Дмитрия. Юлька просияла, и тогда через некоторое время он завел разговор о поездке, сказал: как она решит, так и будет. Ибо Кот-Юлия теперь не кто попало, а его невеста. Это понимать надо.

А она опять уперлась - мол, тебе решать и больше никому!

- Я чего-нибудь такое решу, а Кот начнет жалобно мяукать. И побежит, задрав хвост, к помойным бакам искать других котов и заводить с ними предосудительные знакомства. Тогда что?

- Кот будет ждать. Безропотно и старательно. Но... не больше месяца. Через месяц - к бакам. И привет!

Она согласилась! Не сердится! Господи, да какой там месяц - двух недель хватит за глаза и за уши. Кстати, отпуск ему больше, чем на две недели, никто не даст.

Дмитрий встал из-за стола, подошел сзади к Юльке и начал целовать ее волосы, пахнущие, как всегда, не то какой-то травой, не то полевыми цветами.

Он улетел четырнадцатого декабря, обещав вернуться к Новому году.

* * *

"Долго не писала, не было времени. Во-вторых, все непонятней становится, для чего я пишу. На художественную прозу мое сочинение явно не тянет, это надо с печалью принять. Потомков, которые захотят со слабым интересом узнать, что у них была за прабабка, - не ожидается. Даже стихи перестали получаться, а выдавливать их из себя по капле, как раба, не хочу - сказано же: писать надо только тогда, когда НЕ писать не можешь. А я сейчас хочу - не стихи, а жить.

Ну-с, а пока - светская хроника.

Miss Mishсarudny только что пришла из бассейна, что в кампусе, и теперь, как обычно, сидит наверху, на deck. Солнце довольно горячее, хотя на дворе январь. С ней, как водится, семейство кошачьих: Маша - прямо на полу, на солнышке, а Ник, ясное дело, на столе, рядом с тетрадкой. Общая расслабуха. Продолжение следует.

Неделю назад мы проводили Диму.

Надо ли подробно описывать, как он прилетел, как мы встретились? Хотя, по справедливости, встреча была трогательная - мы оба жутко волновались. Димку поселили в кабинете отца. В первый же день я показала ему ближайшие окрестности - берег океана, дорожку, по которой по вечерам хожу, скамейку, где мы провожаем солнце. Хотела познакомить с Роналдом, но он, увы, в отъезде по поводу своих заводов, газет и прочих богатств. Я, конечно, небрежно сообщила Димке - мол, на этой вот скамье я обычно назначаю свидания одному знакомому миллионеру. Димка хмыкнул. По-моему, решил, что я вру.

После обеда Рут возила нас всех в ее любимый японский ресторан, где я, чуть не до смерти поразив Димку, ела сырую рыбу. Палочками! Так вот, после обеда мы с ним вдвоем прошли длинным прогулочным маршрутом, который я недавно освоила, - через поляну, что напротив кампуса, где специально для нас стояла на одной ноге какая-то птица, не то цапля, не то аист. Не то, на худой конец, журавль. Потом мы шли по тропинке вокруг заросшего озера, полного водоплавающей мелкоты, - к берегу океана. Там я всегда отдыхаю на камне у обрыва. Это очень красивое место - крутой обрыв, внизу океан, у самого края растет огромный всамделишный кактус. Димка сказал, что он просто потрясен... как я здорово хожу. Я-то, конечно, устала, но - noblesse oblige (франц.), старалась поменьше хромать. Потом он заявил, что у океана как-то необыкновенно много воздуха. Что поделаешь - художественная натура! И вообще я видела, что он от всего в восторге, начиная с полета. А потом - от аэропорта в Лос-Анджелесе, про который он говорит, что, попав туда, почувствовал, будто очутился в каком-то санатории в Крыму, где был однажды в глубоком детстве: красота, все сверкает белизной, веселые, загорелые люди в шортах, кругом тропические растения. А он, как чукча, в зимней куртке и меховой шапке...

- А тут, у вас! Вообще...

- Филиал рая, - подсказала я голосом учительницы. И добавила, что, если бы он побывал в горах, у моего знакомого миллионера, так совсем бы отпал. До потери пульса.

Я имела в виду, конечно же, Роналда (для друзей - Ронни), который как-то недавно пригласил нас с Мышей и Рут к себе в гости. У него в горах ранчо, но это только название. Имеется в виду деревенский дом, а на самом деле роскошная вилла, далеко внизу - океан, а вокруг - целое поместье, куда входит даже кусок горы с собственным водопадом, над которым парит, по-моему, собственный орел. Вокруг дома апельсиновые деревья, а по дорожкам туда-сюда бродят два ослика. Словом, идиллия. Или - Аркадия.

Все это я подробно, даже садистски описала Димке, не без расчета на то, что он наконец ревниво спросит: кем все же мне приходится этот Роналд? Но он почему-то не спросил, а продолжал озираться с идиотски-блаженной улыбкой. Когда мы вернулись, Димка рухнул на диван в Мышином кабинете и сразу заснул перегрузка впечатлениями плюс смена часовых поясов.