– Здесь своя, неповторимая красота.
– Да. – Он встал и пошел к двери. – Ладно, я, пожалуй, выйду на улицу и посмотрю, чем они тут дышат. А ты тем временем примешь ванну. Когда я вернусь, можно будет пообедать.
– Но, Корд… – хотела остановить его Виктория.
Однако он уже исчез.
Опешив, она так и села на кровать, глядя с минуту на закрывшуюся дверь. Что произошло? Ведь она только поинтересовалась его прошлым и… Выходит, он доверял ей не больше, чем она ему? Он убедился, что она не является любовницей Красного Герцога, но считал, что она из его окружения? Или своим вопросом она затронула какую-то глубокую тайну, связанную с его прошлым?
Виктория встала и зашагала по комнате. Почему она без всяких опасений рассказала ему о себе и об отце? Она не скрывала, что он писал романы, так же, как она сейчас. Может, Корд не поверил ей? Но даже если и так, как он мог сделаться таким холодным после того, что они разделили друг с другом? Она начинала медленно вскипать. Какая неучтивость с его стороны! Она отдала ему свой самый драгоценный дар, а он взял и ушел вот так просто! Только потому, что она спросила, откуда он так хорошо знает эти места.
Виктория не собиралась закрывать глаза на его выходку. После этого нечего и думать, чтобы помогать ему разыскивать Красного Герцога! Она может одна отправиться к нему, равно как и выяснить для себя всю правду о Корде. Так она и сделает. Только нужно срочно найти кого-то, кто проведет ее через Черную Гряду. А Корд пусть разрабатывает до тонкостей свои превосходные проекты. Дикарь примитивный! Она не станет потворствовать его неблагодарному характеру и немедленно уйдет отсюда. И таким образом будет положен конец вопросам, которые точат ее, как червь, с момента встречи с двумя бандитами.
Оглядев комнату, она схватила свой саквояж и седельную сумку. У нее была какая-то сумма собственных денег и… опознавательный знак для связи – ракушка. Более того, у нее имелась собственная лошадь, которая должна стоять перед домом, если Корд не увел ее.
Выскочив из комнаты, Виктория плотно притворила дверь и спустилась в холл. Хозяин удивленно посмотрел на нее, но она задрала нос и с независимым видом пошла к выходу. Куда и зачем? Это не его дело. Кроме того, вероятно, в городе могло найтись лучшее место для постоя.
Лошадь ее, по счастью, оказалась на прежнем месте, привязанной к столбу. И Корда вроде нигде не было видно. Скоро, должно быть, начнет смеркаться, подумала она. Скитаться в потемках по незнакомому городу? Это могло обернуться каким-нибудь неприятным сюрпризом. Но она многому научилась с тех пор, как попала на Запад, и потому вообразила, что теперь способна сама постоять за себя. В самом деле, завтра можно будет купить простенький пугач, а то и «кольт». И тогда наконец она сможет защищаться – не то что прежде, когда любой, кому не лень, мог похитить ее. Больше этого не будет.
Виктория закинула сумку лошади на хребет, привязала рядом саквояж и, поставив ногу в стремя, вскочила в седло. Она ехала по улице, вполне довольная собой, разглядывая с высоты своего положения попадавшиеся на глаза строения. Очень хотелось найти что-нибудь посимпатичнее – достойное «западного» писателя.
Отвлекшись ненадолго, она посмотрела на небо со всполохами молний. Все так же рокотал гром, ветер рвал волосы, однако дождя пока не было. Хорошо. Может быть, она сумеет найти новое жилище, прежде чем успеет вымокнуть на ночь глядя. А может, Корд прав – дождя и вовсе не будет.
Она ехала дальше по той же улице, но не встречала ничего подходящего. Лошади Корда она тоже не видела. Упорно не желая сдаваться, она свернула на соседнюю улицу. И сразу же ее внимание привлек красивый домик в викторианском стиле. При свете фонаря над крыльцом она увидела многообещающую вывеску: «Веселый Сэм. Жилье с удобствами внаем. Всегда и на любой срок: на сутки, неделю, год».
Прекрасно! То, что ей нужно. Она соскользнула с лошади, набросила вожжи на столбик и взяла с собой сумку и саквояж. Поднялась по парадной лестнице и, набрав побольше воздуха в грудь, открыла дверь.
– Милая, у вас совершенно измученный вид, – сказал невысокий полный мужчина с копной светлых волос и бесцветными усами, когда она вошла в холл. На нем был безупречно чистый белый костюм и белая рубашка с брыжами. Поперек груди с белого атласного жилета свисала массивная золотая цепь от часов.
Когда мужчина устремился к Виктории, только что ступившей в холл, она стояла в оцепенении, пораженная неожиданным зрелищем. Он остановился перед ней и, всплеснув розовыми ручками со сверкающими золотыми перстнями, продолжил:
– Я понимаю, вы ожидали увидеть что-то неуклюжее, типично западное, не так ли? Тогда вы пришли не туда, куда хотели. Конечно, если вы уверены, что в самом деле этого хотели.
– Вы – Веселый Сэм?
– Да нет же. Веселый Сэм – прежний хозяин этого дома. Я купил его у него год назад вместе с участком и не стал менять имя на вывеске. Не хотелось терять постояльцев, как вы, вероятно, догадываетесь. Но что же вы стоите? Проходите. Присаживайтесь, пожалуйста. Вы приехали издалека, если я не ошибаюсь? С востока?
– Из Нью-Йорка.
– Прекрасно! Тогда нам есть о чем поговорить. Сам я родом из Филадельфии, но обожаю Нью-Йорк.
– У вас есть свободная комната?
– Да, но только маленькая, в задней половине. Действительно, сейчас все забито до отказа. Я уверен, это потому, что у меня самый чистый пансионат в городе. И лучшего питания нигде не найдете. Я вас не обманываю.
– Я сниму эту комнату.
– Конечно. Но все-таки присядьте. Мы должны поговорить.
– У меня лошадь на улице.
– Не беспокойтесь. Мой человек все устроит. Вы, безусловно, захотите поужинать. И принять ванну тоже. Подождите минуту, сейчас я ему обо всем скажу.
– Спасибо. Это было бы замечательно.
– Это неотъемлемая часть нашего сервиса. Для начала позвольте мне взять у вас сумки. Мой человек отнесет их в вашу комнату. Лошадь отведут на конюшню, и через несколько минут у вас будет прекрасная пища. Я сейчас распоряжусь и вернусь. А вы тем временем расслабьтесь. Ах да, позвольте спросить, как вас зовут?
– О… Виктория Мэлоун.
– Очаровательное имя. А я – Филип Джастин. Называйте меня просто Фил. Рад служить вам. Столько, сколько пробудете в этом городе.
Фил взял ее саквояж и седельную сумку и поспешил из комнаты.
Виктория в изумлении покачала головой. Фантастика! Меньше всего она рассчитывала найти в этом городе такого безупречного джентльмена. На секунду она даже пожалела, что это был не Веселый Сэм. Она бы сказала ему, что у нее тоже есть второе имя – Чепс, но для Фила оно ничего не значило. Однако у нее возникло довольно странное чувство. Ей казалось, что, называя себя Викторией, она совершает в некотором роде обман, хотя, конечно, это было глупо.
