Глава 18
– Как светло, – прошептала Лина и потянулась. Тело пронзила резкая боль. Казалось, болело все .Все мышцы, все суставы, все…Да все, что только в этом несчастном теле есть! Лина не очень хорошо представляла себе анатомию человеческого тела.
Но то, что сейчас творилось с ее организмом, нормальным не назовешь.
– Какое нормальным…– Лина постаралась расслабиться, несмотря на боль. – Но ведь эта жуткая перестройка вроде закончилась?
Лина на знала. Точно она знала только одно - она жива. Как говорил Марк, если чувствуешь боль - значит, еще жив.
Марк… Да, видел бы он Лину сейчас, незабвенный ее сенсей. Девушка постаралась сесть и в конце концов ей это удалось.
– Но как же хочется пи-ить, – почти беззвучно прошептала она. – Неужели в этих “отходилках” нет воды? Охотники просто заводили сюда и бросали своих учеников?
“Не может быть!” – Лина с трудом, как старушка, разогнулась и тихонечко, прямо вот по мягкой, обшитой мхом стеночке стала подниматься. Но неудачно.
По этой же стеночке она и стекла вниз.
– М-да… Идти я не могу. Ну что же, – взыграл вдруг в девушке бойцовский характер, – тогда попробуем на четырех.
Она опустилась на четвереньки и попыталась добраться до двери. Ведь где дверь, так и до воды недалеко. Лина помнила, что они спустились вниз и шли совсем недолго. Значит, она сможет и до кухни доползти.
“Но почему же тут так светло?” – запал быстро кончился. Навалилась дикая усталость. Лина перевернулась на спину и уставилась в потолок.
– Я же под землей? Или все-таки нет? Так светло, – прошептала она еще раз и закрыла глаза. Но и с закрытыми глазами ничего не изменилось. Было действительно светло. Что с открытыми глазами, что с закрытыми.
Даже больше того. Стоило Лине закрыть глаза, как перед ними будто кто фейерверк запустил.
Как-то в детстве Лина неудачно скатилась со снежной горки и практически воткнулась головой в растущую рядом березу. Вот тогда у нее звезды, как говорится, посыпались из глаз. Правда, довольно быстро все прошло.
“Крепкая девочка”, – довольно сказал дядечка в травмпункте, куда перепуганная мать отвезла Лину. “Даже сотрясения не получила.”
Лина тогда очень собой гордилась.
Вот сейчас было нечто подобное. Этакая свистопляска цветов и их оттенков перед глазами. Желтые, синие, оранжевые и зеленые всполохи возникали каждый раз, стоило только ей опустить веки.
Наблюдение за этим странным явлением даже чуть-чуть отвлекло Лину от ужасной жажды.
Жаль, ненадолго. Очень скоро она почувствовала, что если сейчас не выпьет хоть чуть-чуть, хоть капельку воды, то тут и помрет. Прямо тут, на месте.
“И не будет у тебя никакой ученицы. Вот так, мастер”, – Лина попыталась облизнуть пересохшие губы. Куда там. Язык был сухой. Как наждаком провела.
Пожалуй, вот сейчас ей было уже все равно.
“ Ну и пусть я помру. Только скорее бы все это закончилось”, – Лина чувствовала, как жажда забирает ее последние силы и неожиданно перестала бороться. Просто закрыла глаза. Девушка уже перестала обращать внимание даже на эти красивые цвета, на звезды, возникающие перед ее внутренним взором.
“Тлен, все тлен”, – она уплывала в блаженную темноту.
Неожиданно яркая зеленая звезда вдруг засияла перед глазами так, что им больно стало. Лина попыталась загородиться от яркого света рукой, да куда там. Казалось, зеленый свет становился только сильнее.
“Помереть не дадут спокойно”, – Лина приоткрыла один глаз, надеясь что надоедливая звезда тут же прекратит свое сияние.
Она и прекратила. На ее месте возник тонкий зеленый луч. Прямо вот как указка. Лина дажа помирать раздумала, настолько ее занинтереловало столь необычное явление.
А луч будто только того и ждал. Он стал чуть шире и длиннее и в конце-концов уткнулся в бутылку темного зеленого стекла. Она стояла совсем рядом с дверью.
– Вода?! Вода… – Лина, откуда только силы взялись, опять встала на четвереньки и шаг за шагом стала продвигаться к выходу.
Она уже была совсем рядом с вожделенной бутылью, уже протянула руку, как неприятный, вибрирующий звук наполнил каждую клетку ее тела.
Заныли зубы и эта боль отдавалась в ушах. Лина схватилась за уши и сжалась в клубочек.
Мерзкий звук, выворачивающий всю душу, длился совсем недолго и быстро исчез. Но Лина не торопилась отнимать руки от ушей. Внутри нее все еще что-то вибрировало.
Наконец девушка осторожно убрала руки.
Вокруг было тихо.
Лина помотала головой и с трудом разжала челюсти. От этого звука их так свело, что мышцы на лице заболели.
“Гадость какая.. Мерзкий звук…Что это?” — Девушка едва села и тут ее охватила паника.
“Ларги?! А вдруг это мерзкие чудовища опять напали?” – она даже не заметила как оказалась на ногах и принялась колотить в дверь.
Лина даже не обратила внимания на то, что вожделенная бутылка с водой упала ей под ноги и закатилась за шкуры.
Она колотила и колотила в дверь, которая никак не реагировала на ее удары.
– Виль…Мастер, – просипела Лина в ужасе и без сил опустилась на влажный пол. А вдруг эти твари уже успели его сожрать? Девушку затрясло.
“Нет, ни за что! Не тот он человек. Лина, успокойся. Помнишь, как он их растворил тогда, веревкой своей?”
Конечно, она помнила. Да она до самой смерти за забудет эту картину!
Лина уже не помнила, что помирала от боли и жажды. Сейчас это казалось ей уже не важным. А вот если охотник погибнет, то что будет с ней? Если он не придет и не выпустит ее отсюда?
Девушка глубоко задышала и вдруг опять почувствовала сильную вибрацию с правой стороны. Сердце заколотилось. Но оно было там, где положено, слева. Лина не понимала, что происходит. Она прижала руки к груди и замерла. Вибрация становилась все сильнее. Лине стало тяжело дышать. Внутри нее будто разгорался жаркий огонь. Этот огонь грозил выплеснуться наружу и сжечь все дотла.
“Я не…хочу”, – успела подумать Лина и вдруг широко развела руки в стороны.
