Единственное спасение — в немедленном отгоне стад в районы, богатые кормами. Надо принимать решение, пока животные еще не слишком ослабли и могут двинуться в путь. Разумеется, за подкормку скота на чужих пастбищах надо платить, но это обходится значительно дешевле, чем подвоз кормов. Вот скотовод и старается сманеврировать так, чтобы сохранить в своем хозяйстве столько животных, сколько удастся продержать на скудном пайке. Поэтому он делит стадо и оставляет у себя такое количество овец и коров, для которого с грехом пополам хватит корма.
Водные сюрпризы
Реки, которые пополняются водами снегов Австралийских Альп, как, например, Хантер или Сноуи-Ривер, полноводны в течение всего года. Все другие — реки только по названию. Вообще-то у самих истоков они выглядят очень недурно, представляются прямо-таки привлекательными, по потом утрачивают свое великолепие, как слишком усердно разрекламированный талант. Путешествуя по Австралии, я время от времени встречал идеально сухие долинки, четко обозначенные рядом деревьев.
— А это река, — услужливо сообщал мне местный житель. Приходилось верить ему на слово.
Сама великая Дарлинг протяженностью в две тысячи четыреста пятьдесят километров летом превращается в маленькие озерца и прудишки; фарватер реки совершенно исчезает.
Для полноты картины этой невеселой ситуации я должен добавить, что существует и обратная сторона медали… В 1911 году только за один день в Порт-Дугласе выпало восемьсот миллиметров осадков, то есть больше средней годовой цифры для всей Польши. Внезапные паводки — такое же бедствие для Австралии, как и постоянные засухи. Регулярные осадки, проще говоря, такой дождь, на который можно рассчитывать, бывают только на востоке и северо-востоке страны. Более трети ее обходится двумястами пятьюдесятью четырьмя миллиметрами годовых осадков, а то и еще более скупым дождичком, тогда как сельское хозяйство в условиях Австралии должно быть «обеспечено» минимумом в триста пятьдесят миллиметров осадков в год.
Другое дело, что и эти «сухие» земли расположены над большими запасами воды. Речь идет об артезианских, или грунтовых, водах. Если пробурить скважину в горной породе при достаточно высоком давлении, они выходят на земную поверхность. В Австралии эта артезианская вода содержит значительный процент серы, но все же делает возможным развитие скотоводства в районах, которые в противном случае вообще были бы ни к чему но пригодными. Однако такую воду нельзя употреблять для орошения обрабатываемых земель, так как она уничтожила бы посевы. Иногда артезианская вода оказывается в нескольких метрах от поверхности земли, а временами — на глубине двух тысяч метров. из таких глубоких скважин бьет вода, температура которой достигает 80°С. Есть даже источники, извергающие кипяток.
Постучать дьяволу в потолок
Австралийские геологи строят разные предположения о происхождении водных ресурсов страны. Довольно широко распространена теория, которая гласит, что они представляют собой осадки, выпавшие несколько сот лет назад в прибрежных районах, и что якобы массы этой воды и собрались в подземных резервуарах. Предполагается, что одно из подземных «озер» имеет поверхность, равную примерно третьей части территории Европы. Во всяком случае, границы этих резервуаров воды установлены довольно точно. Бурение за их линией на дает никаких результатов, разве только, как сказал один австралийский поэт, «захочется постучать дьяволу в потолок».
Первые скважины в XIX веке дали высокие самопроизвольные фонтаны; сейчас уже остались немногочисленные источники такого характера. В большинство же случаев приходится выкачивать воду насосом, а в некоторых местах она или полностью вычерпана, или оказалась за пределами досягаемости человека и его машин.
Впрочем, расточительство воды беспримерно. Драгоценная жидкость доставляется из колодцев к поилкам по обычным канавам, выкопанным в земле, даже не бетонированным.
Ветряная мельница, которая в Европе представляет собой живописный памятник старины, все еще является неотъемлемой частью австралийского пейзажа. Но это вовсе не те деревянные строения, которые прославили Голландию и какие можно еще увидеть в районе Смигеля в Польше, а легкие стальные конструкции.
Овцы не очень хорошие ходоки, поэтому поилки должны быть расположены через каждые несколько километров. Рогатый скот Австралии может обходиться без воды трое суток и хорошо переносит дальние переходы. Поэтому на пастбищах для коров водопои разбросаны на расстоянии тридцати-сорока километров друг от друга. Уже эти данные напоминают нам о безмерности австралийских просторов, особенно скотоводческих районов. Во всяком случае, рогатый скот разводят на таких землях, где овцы ни за что не выжили бы, так как пастбища граничат с пустыней. А она занимает третью часть континента, еще одна треть страдает от недостатка дождей.
Расцветут ли пустыни?
Я никогда не забуду поездки на машине из Брокен-Хилла на юг. Наш тяжелый «холден» (выпускаемый в Австралии кузен «шевроле» и других моделей «Дженерал моторс») буквально утопал в море мельчайшей красной пыли. Ветра как раз не было, но эта пыль проникала в корпус фотоаппарата, скрипела на зубах, набивалась в ноздри и, вздымаясь из-под колес машины, стояла позади нее густым непроницаемым туманом.
Проблема пустыни существует не только в Австралии. Когда первые повозки американских поселенцев двигались через прерии, направляясь в Оклахому, Небраску или Канзас, эти равнины были покрыты буйной зеленью. Но уже в тридцатых годах нашего столетня на этих же самых территориях люди умирали от пневмокониоза [27]. А между прочим, там, где теперь Сахара подступает к морю, когда-то была житница всего мира. Пустыня победила лишь потому, что пришедшие на эти земли мусульманские кочевники не понимали ничего в земледелии и не знали метода задержания почвы с помощью зеленых насаждений.
Так же как и в Северной Америке, хищническое ведение хозяйства в конце концов привело к катастрофической эрозии земли; уничтожение лесов в Австралии создало угрожающее положение. Огромные пространства были пущены под посевы пшеницы, таким образом уничтожив траву, которая связывала почву. А ветры дуют здесь с такой силой, что срывают и уносят верхний, наиболее плодородный, высохший в период засухи, слой почвы.
В течение последних нескольких десятков лет около двух с половиной миллионов квадратных километров всей территории земли превратились в пустыню, а еще более обширные находятся под такой же угрозой. Австралия занимает «почетное» место в этой печальной статистике. Природная растительность связывала почву, некоторые виды трав необыкновенно засухоустойчивы; после дождя густая трава вырастала даже на тех местах, которые, казалось, были уже совершенно бесплодными. Все уничтожил плуг земледельца, а скот и кролики довершили этот процесс. «Первородный грех» первых поселенцев Австралии, которые не поняли местных условий, не был исправлен. Все дожди мира не воскресят травы, семена которых вытоптаны и уничтожены.
