Лейсан вышла из комнаты с огромной, туго набитой сумкой в руках. Я посмотрела на сумку и, несмотря на чудовищность ситуации, не могла не улыбнуться.
— Ты куда собралась?
— На дачу, — невозмутимо ответила она.
— А побольше сумки не было?
— У меня есть еще больше. Я ж не только на себя одну вещей набрала, но и на тебя тоже.
— Я Марату пообещала, что мы его долго стеснять не будем, а ты с такой здоровенной сумкой выползла. Как на курорт собралась.
— Так я взяла все только самое необходимое. Ничего лишнего.
— Лейсан все правильно сделала, — поддержал мою подругу Марат. — Женщина в любой ситуации должна оставаться женщиной. Лейсан, давай сумку. Не люблю, когда женщина тяжести носит.
Лейсан отдала сумку Марату и пробубнила себе под нос:
— А я и не думала, что в наше время еще существуют мужчины, которые и тяжелую сумку помогут отнести, и от неприятностей спрятать.
— Уж не знаю, с кем вы общались и где вы своих мужчин откапывали.
— Да нигде мы их не откапывали. Они сами откапывались. И все, как на подбор. Нарочно не придумаешь. Это ты вот у нас выискался редкостный экземпляр.
— Девчонки, я не знаю, где и с кем вы общались, но вы говорите жуткие вещи, и мне за наших мужиков становится стыдно.
Мне тоже за них стыдно, — согласилась Лейсан. — Нам стыдно, а им хоть бы хны. Я вот недавно в Сочи отдыхала. В аэропорту у моего чемодана колесики повылетали. А чемодан просто громадный. Пришлось тащить на себе. Иду, горбачусь, а рядом мужички почти налегке проходят, и ни один из них не поможет. А когда на регистрацию подходила, так они мне еще и пинков надавали, чтобы побыстрее к стойке подбежать и зарегистрироваться. Один так своим пузом шуранул, что я в другую очередь улетела. Хоть бы извинился. Фига два. А в самолете я на последнем ряду сидела. На обед давали рыбу и курицу на выбор. Рыбы осталась последняя порция, а я именно рыбу хотела. Стюардесса стала вежливо извиняться. Смотрит на меня и соседа, мол, поделите сами, кому курица, а кому рыба. Я на сидевшего рядом мужчину посмотрела жалостливым взглядом и говорю: «Мужчина, извините, у меня диатез. Мне курицу нельзя. Можно я рыбу съем?» Вместо того чтобы мне уступить, он рыбу прямо у стюардессы из рук вырвал и стал быстро-быстро жрать. Я ему со злости свою курицу отдала. «На мужик, подавись! Чтоб она тебе поперек горла встала!» Так что же вы думаете, он мне спасибо сказал и курицу мою следом за рыбой себе в желудок и закинул. Схомячил и даже не поморщился. Спросил, гад, может, я еще и булочку не хочу. Вот такие экземпляры мне встречаются постоянно.
Зная, что Лейсан готова рассуждать о мужчинах до бесконечности, я одернула ее:
— Лейсан, ты это Марату потом расскажешь. Сейчас ехать надо.
— Да уж, девушки, я о таких вещах не слышал.
— Мы тебе еще и не то расскажем, — пообещала ему Лейсан и стала открывать входную дверь.
Мы толком ничего не сумели понять, как Марат приказал нам ложиться на пол, оттолкнув меня в противоположную сторону и закрывая собой. Раздались выстрелы. Лейсан вскрикнула и отлетела к стене. Я грохнулась на пол и затряслась от страха. Марат достал пистолет и выстрелил в ответ.
— Не вздумайте вставать! Отползайте! — крикнул он нам и встал так, чтобы было видно в щель лестничную площадку. Он смотрел туда, откуда еще совсем недавно вылетела пуля. На лестничной площадке воцарилась гробовая тишина, Марат захлопнул дверь и стал бить себя по карманам в поисках телефона.
Глава 14
Я смотрела на полулежащую подругу и не верила тому, что произошло.
— Лейсан, ты как? Ты в порядке?
— Я жива, — попыталась улыбнуться она и посмотрела на окровавленное плечо. — Вот только кожу немного обожгло.
В то время, пока я рассматривала плечо своей подруги и осторожно снимала с нее кофту, Марат звонил по телефону в свое агентство и вызывал охрану. Затем, сунув мобильный в карман, он резко открыл входную дверь и с пистолетом выскочил на лестничную площадку.
— Ушел! — злобно проговорил он и, громко хлопнув входной дверью, бросился на балкон. — Уехал. Белый «Москвич» без номеров. Вот черт! Без номеров! Даже зацепиться не за что.
Сев рядом со мной, Марат внимательно посмотрел на оголенное плечо моей подруги и покачал головой:
— Пуля прошла навылет. Я звоню в «Скорую».
— Ты хочешь отправить меня в больницу?
— Обязательно.
— Я боюсь. Тот, кто караулил нас за дверью, может прийти в больницу.
— Не придет. Я поставлю охрану.
— Я все равно боюсь. Это же несерьезное ранение. Может, можно обойтись без больницы? У тебя есть знакомый врач? «Скорая» обязана сообщить милиции об огнестрельном ранении, и тогда начнется.
— Что начнется?
— Будут расспрашивать и выйдут на Томку, а ее сейчас нельзя подставлять.
А ты и не подставляй. Мы сейчас уйдем, а к тебе «Скорая» приедет и отвезет в больницу. Машина с охранником поедет за тобой. Он круглосуточно будет у твоей палаты дежурить. Так что ты ничего не бойся. А если в больницу придет кто-нибудь из милиции, ты скажи, что ничего не знаешь. Просто открыла дверь и получила пулю. Никаких врагов и недоброжелателей у тебя нет. Поэтому подозревать тебе некого. А если спросят насчет охранника, то скажи, что его тебе выставили родственники, так как опасаются за твою жизнь.
— Я не хочу в больницу, — замотала головой Лейсан. — Не бросайте меня одну. Можно, я с вами поеду?
— Это я во всем виновата, — всхлипнула я. — Какого черта я к тебе поехала? Жила ты спокойно, проблем не знала, тут я к тебе прирулила. Эта пуля мне предназначалась.
— Все это уже не важно. Ты не хочешь в больницу?
— Нет, — слезно ответила Лейсан.
— Тогда не поедешь.
— Как же так? — перепугалась я за свою подругу. — Ей же врач нужен.
— Я за врача, — не размышляя ни минуты, ответил Марат.
— Много ты в этом понимаешь?!
— Вообще-то я медицинский институт закончил. Сначала врачом работал, а затем переквалифицировался в охранника. У меня в шефа несколько раз стреляли. Я неоднократно из него пули доставал. А потом организовал свое охранное агентство, а медицинские навыки у меня остались. Как говорят, профессионализм не пропьешь! Пулю вытаскивать здесь не надо, а обработать рану я и сам смогу, — при этом Марат многозначительно посмотрел на Лейсан и сурово спросил:
— Будешь терпеть?
— А что, больно будет?
Пулю доставать больнее, а это всего лишь рану обработать, но потерпеть надо. Так я тебя спрашиваю, терпеть будешь?
— Буду.
— Молодец. Это займет немного времени. У тебя спиртное есть?
— Шампанское. Пара бутылок в стенке стоит.
— Я имею в виду водку.
— Есть в холодильнике, для компрессов.
— Придется вместо компресса ее внутрь принять. Тома, неси водку, огурчик соленый закусить и аптечку.
Марат силой заставил Лейсан выпить довольно приличную порцию водки и принялся обрабатывать рану. Подруга держалась. Закрыла глаза, прикусила губу и еле слышно постанывала.
— Потерпи немного. Уже почти все, — Марат вновь заставлял Лейсан пить водку и рвал бинты. — Могло быть и хуже.
Когда плечо было окончательно перебинтовано и я помогала своей подруге одеваться, у Марата зазвонил мобильный, и по разговору я поняла, что приехали его люди из охранного агентства.
— А вот и подмога.
Накинув на Лейсан кофту, я помогла ей встать и осторожно спросила:
— Ты как? До машины дойдешь?
— Дойду, — кивнула головой та и взяла меня за руку.
Сев в машину Марата, я немного расслабилась и подумала о том, что, пока мы рядом с этим мужчиной, мы в безопасности. За нами едет охрана, а это значит, что никто не захочет доставить нам неприятности или попытаться убить.
Дачный домик был вполне приличным. А участок ухоженным.
— Эх, хорошо тут.
Мы с Лейсан присели на мягкий диванчик, стоявший в беседке, и посмотрели на Марата, беседовавшего с охранниками. Лейсан, последив за моим взглядом, сказала:
— Хороший мужик. Видишь, как оно в жизни бывает. Сам в руки приплыл. Ходишь, ищешь их и ни черта не находишь, а в тот момент, когда ты осознаешь, что их просто нет, он раз — и непонятно откуда появляется. Кто бы мог подумать, Томка, что твое счастье само в руки к тебе приедет на иномарке по ночной дороге?! За таким, как за каменной стеной. Он тебе и врач, и охранник, и в постели, наверное, будь здоров!
— Лейсан, что ты такое говоришь? — Слова подруги вогнали меня в краску.
— Я тебе о жизни рассказываю. Такие мужики на дороге не валяются, — поучала Лейсан. — Они по ней ездят. Дураку понятно, зачем он нас сюда притащил.
— Зачем?
— Из-за тебя, конечно. Обворожила ты его, и мужик голову потерял.
— Лейсан, что ты такое говоришь? Ты посмотри на меня! Как от меня можно голову потерять? Я так отвратительно выгляжу. На меня же смотреть страшно. Ему меня просто стало жалко.
