Майкл не хотел лишних проблем, он просто попытался пройти мимо, но ему не позволили. Насколько я помню, мы всю жизнь враждовали с этими ребятами, и всегда стремились как можно больше досадить друг другу, а тут подвернулся такой случай…
Надо сказать, парни в третьем невыносимо отмороженные – даже нам до них далеко будет, хотя мы тоже не подарки. Втроем они прижали Майкла к стене – он даже не сопротивлялся – что толку? Брат рассказывал, что не произнес ни слова в ответ на их издевательские фразочки, но они не унимались.
В какой-то момент я почувствовал, что что-то не в порядке. Ты знаешь, Джоэл, у нас очень сильная интуиция в отношении друг друга… Я всегда знаю, какое у него настроение, и что он будет на ужин, и если случится беда… Словом, вскоре я двинулся следом – не просто пошел, побежал! … Перед помутнением в глазах я увидел, как двое из третьего легита удерживают Майкла силой, прижимая к стене, а третий – им как раз оказался Беккер – со всей силы наносит удар ему под подбородок, и брат буквально оседает, а по стене за ним тянется кровавый след от разбитого затылка. Ты можешь представить себе мою ярость?
Я перемахнул через несколько ступеней и сбил Беккера с ног, ударив его лбом в лоб так, что был слышен хруст сломанной переносицы…Нет, я не успокоился на этом! Знаешь, я с первого курса не вылезал из тренажерного зала и регулярно посещал занятия нашего тренера по боевым искусствам – мне не составило никакого труда обезвредить двух оставшихся в одиночку, но вскоре на шум подтянулся наш двенадцатый и третий легиты…
Драка была недолгой, нас разогнали, а Майкла и Беккера увезли в больницу… Я не пожалел, что сломал нос этому ублюдку – ведь у Майкла диагностировали сотрясение…
-Но все обошлось?
-Как видишь… Потери были пятьдесят на пятьдесят, ни Майкл, ни Прити претензий не выдвигали, даже молчали упорно, и дело замяли.
Сонное лицо Майка все ближе склонялось к подушке. Ему хотелось поговорить еще, но язык уже заплетался от хмеля и усталости. Он уснул, едва поняв это.
Свет в комнате давно был погашен. Здесь было уютно, слабый уличный фонарь пробивался сквозь задернутые шторы, и мягко золотил все внутреннее убранство спальни. Я не спал, но мне было спокойно. «Это все Майк» - размышлял я сам с собой. – «Не думаю, что за стеной, на территории Майкла, я смог бы ощущать такой же покой».
Покой…
Я почувствовал себя умирающим стариком. Нет же, я просто устал. Не физически – морально. Чужая жизнь становилась моей. Я начал примерять на себя чужие комнаты, чужих друзей, даже родственников. Простые человеческие чувства овладевали мной, моим сердцем. Незаметно, и даже для себя, я стал проявлять привязанности и отчуждение, я относился критично к тем, с кем планировал провести не так уж много времени… Моя нейтральность шатко качалась. Я не хотел, повторюсь, привыкать, ни к этой жизни, ни к этим людям, но, по всей вероятности, это мало зависело только от моего желания.
Сколько времени я потерял, не знаю, пытаясь уснуть, но лишь ворочился, ворочился, ворочился… Однако и этому пришел конец, когда я словно почувствовал некое оживление на улице. Свет фар полоснул стекла, на мгновение озарив комнату, но тут же потух. Автомобиль двигался тихо, но в столь кристальной тишине невозможно было не услышать ни шум затухающего мотора, ни плавный лязг хлопнувшей дверцы.
«Кому-то не спится, как и мне», - едва подумал я, как услышал не менее осторожный шумок за стеной, в комнате Майкла. Несколько секунд – и дверь, ведущая в спальню Майка тихонько приоткрылась, но также быстро и закрылась – Майк крепко спал, я тоже всеми силами пытался изобразить спящего человека.
Едва удаляющиеся шаги стихли, я кинулся к окну и слегка приоткрыл штору. Я не ошибся: прямо перед домом, за кованными воротами, стоял припаркованный спортивный автомобиль. Его хозяин нетерпеливо расхаживал рядом, и, едва заметив Тайлера, двинулся навстречу.
На улице уже было достаточно светло, чтобы оценить всё в общих чертах, но недостаточно, чтобы разглядеть, к примеру, черты лица ночного визитера Майкла. Через некоторое время я понял, что это было невозможно: большие солнцезащитные очки в это время суток вполне гармонировали с натянутым до самых бровей капюшоном короткого балахона. Этот человек невысокого роста, с необычайной подвижностью, явно хотел быть неузнаваем.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
-Как ты не вовремя! – Услышал я первую фразу Тайлера.
Однако «гость» и не думал огорчаться.
-Я всегда не вовремя. Но дело спешное. Прокатимся?
-Не могу. Я не один…
-Садись в машину. Обсудим – и свободен.
Дальнейшего диалога я не слышал – разговор продолжался в салоне автомобиля, но он был не долог, минут десять от силы. Тайлер вышел из машины и, спешно попрощавшись, отправился в дом. Однако, дойдя до двери, он резко вскинул голову – и я понял, что он меня заметил! Я быстро нырнул в кровать, укутавшись с головой в одеяло. Сердце бешено билось, и я ощущал себя никак не меньше, чем шпионом планетарного масштаба, прознавшим наисекретнейшую тайну, но проколовшимся на этом же задании. Хотя что было такого в том, что Майкла ночью навестил какой-то приятель? Ведь разные бывают и друзья, и ситуации.
Я замер, ожидая взбучки от «старшего» Тайлера, но мои опасения оказались напрасными – он вернулся в свою комнату, и было слышно, как он ворочается в постели. Вскоре я успокоился и даже сумел заснуть.
Глава 18. Часть 2.
Завтракал, а точнее сказать, обедал я в компании таких же, как и я сонных близнецов. Мы дружно проспали до двух часов дня и теперь пытались прийти в себя с помощью крепкого кофе и пары бутербродов на скорую руку. Майкл как всегда молчал, но подозрительно посматривал в мою сторону,
Или мне это лишь казалось, но, так или иначе, я делал вид, что ничего не замечаю.
Майк закончил трапезу первым.
-Позвоню Тери и Джонсу, живы ли они…И Лорену тоже, кто-нибудь видел мой телефон? – Болтал он с набитым ртом, на ходу дожёвывая бутерброд.
В конце концов Майк отправился в гостиную в поисках телефона, и было слышно, как он ворчит себе под нос что-то неразборчивое. Майкл же только и ждал этого момента. Его молчание закончилось в тот же миг, как его брат поднялся по лестнице на второй этаж, все еще пребывая в поиске.
-Ты следил за мной?
От волнения я даже поперхнулся, хотя должен был давно понять, что этот Тайлер ни в коем случае не относился к нерешительным людям, и откровенный вопрос в лоб для него являлся чуть ли не излюбленным средством пыток.
-Мне просто не спалось. – Начал оправдываться я, но он перебил меня.
-Это не слишком корректно с твоей стороны. Я, конечно же, не собираюсь читать тебе мораль, но…
-Извини. – На этот раз перебил его я, и мой голос был настолько тверд, что даже удивил привыкшего ко всему Тайлера.
Он дружелюбно и на этот раз совершенно искренне улыбнулся.
-Тебе не за что просить прощения. Я просто хотел, чтобы ты знал: я не люблю, когда вмешиваются в мои дела. И не сочти наш разговор враждебным, мой дом по-прежнему открыт для тебя.
С этого момента я начал понимать, почему Рид с таким уважением относится к этому человеку. Да, он мог дать затрещину, признаю, справедливо, но тут же протягивал руку помощи. Он мог смешать с грязью, но сразу же предлагал к услугам собственную ванну; мне даже начинало казаться, что он мог убить и воскресить в ту же минуту… Чертовски умён, слишком умён для такого молодого парня…
И тут он произнес фразу, словно отвечающую на мои мысли, выбившую твердый пол из-под моих ног:
-Нельзя быть «слишком умным», Джоэл…
Я ничего не ответил, медленно поднимаясь из-за стола и не отрывая от Майкла пораженного взгляда. Тот равнодушно проследил за мной взглядом, совершенно буднично плеснув себе в чашку еще кофе. Я молча побрел в гостиную.
Майк спускался по лестнице, с кем-то беседуя по телефону – весело и непринужденно, но, завидев меня, он тут же убрал трубку от уха:
