Читаем без скачивания Горный стрелок - Михаил Нестеров

Возле одной из палаток сейчас высилась черная куча обгоревшей обуви и одежды. Террористы раздели даже мертвых охранников.

«Звери!» – скрипел зубами Слончик.

Вот еще один приближался к лагерю. Молодой альпинист уже ясно различал на его загорелом лице недельную щетину, волевой подбородок ритмично двигался, пережевывая жвачку. А Слончик еще когда предлагал: нужно обмотать ноги какой-нибудь одеждой и уходить к скалам. Миклошко, которого охватила полнейшая апатия, только махал рукой: «Не успеем. Да еще наследим. Какая разница – там или здесь?»

И вот прошло около пяти часов, как ушли немцы, прихватив с собой Яна Новака и вице-премьера.

Террорист шел твердой походкой, глаза скрывали темные очки; на груди – бинокль, сбоку болтался автомат. Он уже почти поравнялся с лагерем.

«Ну, сука, стреляй!» – Слончик жег его черными глазами.

Но тот только слегка повел головой в сторону лагеря.

Миклошко горько усмехнулся, вспоминая о том, что Шеель, уходя, говорил:

«Мои люди подчиняются приказам».

Но, оказавшись напротив, террорист остановил свой ветеранский шаг.

– Закурить нет?

Слончик разинул рот и начал медленно подниматься. Тряхнув головой, он робко спросил:

– Вы... русский?

Сергей не сдержался и широко улыбнулся: «Ну русский, русский. Кто же еще в одиночку может ходить по Гималаям?»

Глядя на чехов, он вспомнил, что некогда был деревенским парнем, и, как бы между прочим, заметил:

– Иду вот спасать вашего спикера.

Все разом бросились к скалолазу, оставляя на снегу следы босых ног.

«Вот так и рождаются легенды о снежном человеке», – подумал Сергей, принимая крепкие объятия чешских альпинистов.

Слончик хлопнул себя по бедрам и схватил Сергея за руку.

– Так это ж Курочкин! Сергей! Вот это встреча! Я Богумил Слончик, тоже скалолаз. Ты не помнишь меня? Мы были вместе на соревнованиях под Ордалью, в Норвегии. Правда, я участия в соревнованиях не принимал – колено. А ты здорово лазил!

Сергей в смущении бросил «спасибо» и покраснел. Он всегда краснел, когда его хвалили. От этого он злился на свою физиологию.

Слончик прочно завладел его рукой.

– Надо же, а я не верил! Хотя в Горном клубе разговор о вашей экспедиции был. Сергей, ты действительно меня не помнишь?

– Да брось ты! – Скалолаз ткнул Богумила в грудь. – Помню, конечно, только никак в себя не приду. Я за четверо суток всего несколько часов спал. А ты в Норвегии с больным коленом на Галхепигген залез.

– Точно! Ну надо же, помнит! А ты чего это так мимо лагеря прошел? – Слончик отпустил руку Сергея и вальяжно протопал босыми ногами по снегу. – Уснул, что ли?

– Да вроде. – Сергей опустил глаза. Ему до кончиков волос стыдно было перед альпинистами. Но то ли усталость повлияла, то ли возраст. Сереге всего двадцать шесть, а о нем пишут в специализированных журналах, вручают международные призы, вешают на шею медали. И ведь есть за что, скалолаз он уникальный, от бога, а родился под Самарой, не в горных районах, где с пеленок перед тобой дыбятся величественные вершины и манят к себе.

Слончик положил ему руку на плечо.

– Мы знаем, Сергей, они ваших... В общем, прими наши соболезнования.

Сергей коротко кивнул. Да, они – наших. А могли – больше. Он едва успел бросить в руку автомат, когда Йохан Фитц одной рукой прятал на груди рацию, а второй... Короче, Сергей с полсотни метров прошил террориста. И рука не дрогнула. И все пули, как завороженные, точно попали в цель. А Скоков обнимал его как родного сына и... плакал.

Сергей немного отстранился от альпинистов.

– Знаете, мужики, мне действительно некогда. Времени в обрез. Я вот закончу это дело, и мы с вами поговорим. – Он задумался. – У нас Вадим Паненка ранен, сотрясение мозга, идти не может. Я дам кому-нибудь свои легкие ботинки; тут недалеко – часов за семь-восемь дойти можно.

– Мне! – Все шестеро подняли руки.

– Нет, – улыбнулся Сергей. – У меня всего одна пара. Если не считать обычных туфель.

Он развязал рюкзак, вынул оттуда дорожную сумку, достал альпинистские ботинки на каучуковой подошве.

Чехи с недоумением наблюдали за сложными манипуляциями русского.

– Должны подойти любому, 46-й размер.

Слончик первым выхватил ботинки и сунул в них ноги.

– Только у меня к тебе просьба, – сказал Сергей. – Ты должен мне вернуть их потом. Когда набредешь на наших, Скоков покажет тебе труп террориста. Оденешься как следует.

– Да ты что!

– А я в чем хожу?! Тут, брат, не до церемоний. В общем, вы с Николаичем доставите Вадима сюда. Когда все вместе – оно легче.

Сергея окликнул Миклошко.

– А у вас рации нет?

– Если бы была... – ответил скалолаз. – Тогда бы многие проблемы снялись сами собой. Но я расстрелял ее из автомата. – Он подмигнул Миклошко двумя глазами сразу: держись, отец. – Ну, ладно, пойду я.

По Сергею застукали шесть пар рук, а промерзшие босые ноги устремились к относительному теплу палатки.

Слончик догадался окликнуть Курочкина:

– Сергей! Террористов четверо. Они будут выходить югославским путем, у камнепада.

– Четверо? А женщина с ними?

– Женщина?! – Слончик сжал кулаки. – Если бы ты только видел, как стреляет эта женщина!.. А может, мне лучше с тобой?

– Нет, я один. – Сергей замялся. – Знаешь, Богумил, я ведь вначале ваш отряд тоже за террористов посчитал. Когда вы через ледопад шли.

23

К шести часам утра Сергей устал бороться со сном. Он хотел, как обычно, дождаться солнца и на полтора-два часа уснуть под его горячими лучами, но кто-то невидимый мягкой ладонью нажимал на веки и успокаивающе мурлыкал.

Ну ладно, сам себе пообещал Сергей, только одну минуту. Только одну... и все. Одну... Он встрепенулся, поймав предутренний свет в щелке слипшихся глаз. Только одну, хорошо?

Хорошо, пообещал кто-то. И он провалился в неспокойный сон.

Приснилась какая-то ерунда: медведь с грудными железами до пят, представившийся уроженцем Кхумджанги. Кхумджангенец мотнул головой в сторону и сказал, что оттуда тянет дымом. Потом треснул Сергея по голове плоской лапой.

Сергей открыл глаза. Рука, сжимающая автомат, закоченела. Он быстро огляделся, дыханием отогревая пальцы. Поблизости, конечно, никого – террористы останавливаться не будут, им сейчас каждая минута дорога. Фитц с ними на связь не выходит: или вышла из строя рация, или его уже нет в живых. Однако Шеель – умный человек, ему не на руку засорять эфир подозрительными позывными вроде «мы ждем тебя», «где ты?»... Самое разумное решение в его положении – это еще более нарастить темп отхода. Потому что он уже наверняка просчитал, что перед Сергеем – если Йохан действительно погиб – имеет фору в семь-восемь часов. Но, на своей шкуре убедившись в напористости русского, это время сократится вдвое, а, значит, уже где-то за пределами камнепада он может догнать их.

И еще об одном не мог думать Шеель. Автомат. Без глушителя он издает резкие каркающие звуки, которые в горах слышны очень хорошо – если дать очередь с плато, то в базовом лагере их услышат.

«Интересно, – думал Сергей. – Кого выставит Шеель для встречи со мной?»

До выхода на боковую морену оставалось не более четырех часов хода. Скалолаз прикинул, что сможет продвигаться более-менее спокойно еще часа два. А там будет реагировать на колебания воздуха, как летучая мышь. Но до такого положения Сергей не хотел себя доводить. Иду еще час, решил он, и вызываю огонь на себя: даю длинную очередь без глушителя. Чего тут церемониться? Но в душе хотелось довести это дело до конца самому. Он чувствовал себя виноватым, но постоянно оправдывался перед собой: «Откуда я мог знать, что те вооруженные люди у ледопада – охранники? Ведь я видел трупы своих друзей». И сам себе перечил: «Теперь те люди, которых ты видел, мертвы». И все начиналось сначала: «Откуда я мог знать...»

Сергей пощупал голову: медведь из сна как-то уж очень реально двинул его лапой. Спать больше не хотелось. Он посмотрел на часы: спал минут десять-пятнадцать. И тут он различил еле уловимые стоны.

Альпинист быстро, но бесшумно освободил себя от рюкзака и осторожно выглянул из-за стены ледового убежища. Вокруг него на протяжении нескольких десятков метров громоздилась череда выступов и наклонных шпилей. Крепкий ветер дул прямо в лицо. Второй стон Сергей услышал довольно четко. Глазами определил возможное место и поменял позицию, перебежав под новое укрытие. «Только не покупайте меня, ребята», – мысленно посоветовал он террористам, чувствуя пред стартовую дрожь в руках.

Решение он принял мгновенно. Не издавая ни единого шороха, скалолаз взобрался по наклонной на вершину шпиля и распластался на нем. Обзор стал хорошим, позиция – выгодной. Теперь – кто кого пересидит. Но его позиция наверху была неожиданной, он имел преимущество.

Сергей осмотрелся внимательней и увидел глубокий след в снегу: широкой розовой полосой он уходил за ледяную глыбу. Сложилось впечатление, что тут проволокли чье-то тело. И снова – стон.