информация нам всё равно нужна.
И невысокая тонкая, в светлом платье с развевающимся подолом и рюшами, с аккуратной стрижкой-каре на чёрных как смоль волосах, – похожая на куклу – Тани решительно вышла из-за самшита и направилась к входу в кафе, таща меня за собой.
Если честно, больше всего я опасалась, что это ловушка. Хотя Корвин сегодня их устраивать мне не будет, у него другие… заботы. Поинтэр-реснее. Но – мало ли.
– Если она не одна – уходим сразу, – буркнула я.
И всё же шанс узнать что-то полезное от подруги по несчастью – был, потому я не стала вырываться и даже поравнялась с Танитой у порога.
Буйная растительность на лице бородача разверзлась в широкой улыбке. Отвесив ироничный поклон – нас явно приняли нас за малолетних любительниц драконов, – восточный швейцар открыл перед нами низкую дверцу, впуская на террасу кафе «Шафран», одного из самых знаменитых заведений в округе.
Место, в котором оживала восточная сказка. Здесь частенько собирался цвет Академии. Пожалуй, поздний визит Корвина тут не вызвал бы шок, фурор и суматоху, в отличие от простонародной свойской «Сосны» вчера.
В этом заведении всё было подчинено танцу линий и песне цвета. Стрельчатые арки, витиеватые орнаменты в сочетаниях синего и тёплого жёлтого, низкие столики с кривыми резными лапками, пухлые диванчики со множеством подушек. Отделённые друг от друга эфемерными кисейными занавесями комнатки – в них велись неторопливые беседы философского и не очень толка в сладковатом дыму кальянов.
И изумительно вписались в сине-пламенный интерьер рыжие незабудки в декоративных горшках.
В дальней комнатке, незакрытой струями искрящихся штор, уютно устроилась на диванчике невероятно красивая Нарника. Невеста Аррмирра Турмалиса. Красная туника нежно обрисовывала фигурку, чёрные брючки облегали стройные ноги. А светлые волосы вьющимся облаком словно парили у её прелестного лица. Она была бы звездой нашей школы, даже не умей она летать.
Заметив меня, Нарника взмахнула изящной ладошкой, подзывая. С насмешливой улыбкой смерила взглядом миниатюрную Таниту, теребящую подвеску-цветок на чёрном бархатном ремешке-ошейнике, предложила присесть на диванчик напротив. Но после краткого приветствия и знакомства, произнесла:
– Я сожалею, но беседа, ради которой я тебя позвала, только для невест дракона. Или хотя бы для одарённых.
– А у Тани есть дар, – хмыкнула я, почти не сомневаясь в этом. Удалось же ей меня сюда затащить. Хотя я и сама бы пришла, конечно, просто она меня поддержала.
Нарника шутки не оценила, серьёзно возразив:
– Он бывает только у патрициев, а твоя подруга из простых. – Как ни странно, в этих словах не было высокомерия, исключительно констатация факта, даже разозлиться не за что. – Так что мы можем посидеть втроём, отведать местных сластей – пахлава здесь, например, пальчики оближешь! – но поговорить о важном для тебя у нас не получится.
Танита хлопнула кукольными глазами, наивно улыбнулась и с каким-то хрустальным звоном в почти детском голосе сообщила:
– А я совершенно за – откушать восточных сладостей в приятной компании, – и с явным наслаждением откусила кусочек прозрачного лукума. В воздухе разнёсся тонкий запах розы.
Ни я, ни Нарника не нашли, что на это возразить, и тоже потянулись к блюду с причудливыми – блестящими и липкими, прозрачными и тонущими в нежной пудре, свитыми из тончайших нитей, цветочными, ореховыми, молочными и медовыми, – самыми разными, но непременно безумно вкусными сладостями. А через десять минут мы заговорщически шептались, сидя на диванчике тесным рядком и хихикая, как старые подружки.
Правда, порой Нарника, точнее Ника – мы уже вовсю сокращали наши имена, – скатывалась в восхищения невероятным и бесподобным Мирочкой, но сама же и просила её одёргивать.
– Это всё метка. Она связывает дракона и его невесту, и слегка сводит с ума обоих.
– Но как? – заинтересовала меня животрепещущая тема. – Почему она не реагирует на других драконов?
– А причём тут они. С тех пор, как глава рода отдаёт дочь дракону, она связана только с ним.
– Погоди. В каком смысле отдаёт дракону дочь?
– В прямом. Поначалу метка – это связь дочери рода с его главой, знаешь же?
– Ну да.
– И чувств к каким бы то ни было драконам не вызывает. Нравиться они могут, конечно, это же романтично, но без… – Ника пошевелила пальцами, подбирая слова.
– Непреодолимой тяги? – подсказала Тани.
– Именно. Можно влюбиться вообще в кого угодно, выйти замуж по любви, если глава рода, конечно, не против. Но если у девочки открывается сильный дар, Правитель может потребовать её в драконьи невесты.
– Хм. Сильный. А если примитивный?
– Ну… Я не уверена. Если я правильно поняла Мирочку, то любой дар, даже слабенький…
– Примитивный, – снова вставила я, сдерживая нервный смешок.
– Любой, да… – Нарника явно не понимала, что я говорю о себе. – Любой дар – достояние драконов…
Я-таки подавилась своим смешком.
– …И судьба всех одарённых девушек в руках Правителя. Асандра Дальсаррха.
Угу. Прямо как мы с Реми и подозревали.
– А парни им не нужны?
– Ну… к ним… меньше внимания. Хотя учатся они все здесь, в драконьем крыле. Как и девчонки. Но, наверно, дело в том, что девочек меньше. Например, у меня в группе – пятнадцать парней, а девочек – две.
– А вторая – тоже невеста дракона? – уточнила Танита.
– Нет, у неё дар лекаря и встречается она с лекарем-человеком.
Что ж мне так не повезло-то?
Нарника с жаром вернулась к рассказу:
– Суть в том, что тяга начинается не ко всем драконам, упаси Крылатые, да и не сразу. Сначала глава рода разрывает связь с дочерью и передаёт её жениху. С этого момента она принадлежит дракону, хотя может даже не знать этого.
– Погоди-погоди! Что это значит? Когда? Как не знать?
– Мирочка говорит, передают сразу. После первого официального знакомства.
– И об этом можно не знать?
– Я не знала.
Этой новости в моей голове оказалось так тесно, что я вытаращила глаза:
– А твоё мнение на этот счёт кто-то спрашивал?
– Нет, конечно.
– А если бы ты… тебе он был противен?
– Это невозможно. Сразу страсти и тяги не было, конечно. Но кто же не мечтает выйти замуж за дракона?
Я! – хотелось закричать мне. Но меня тоже не спросят.
– Как тебя отдали, но ты ни о чем не догадывалась?
–
