пустой.
- Боюсь разочароваться, - призналась я Эрику, догадываясь, что рассчитывать на понимание не приходится.
Улыбка его почти исчезла, и он посмотрел на меня серьёзно, словно проникся моими тревогами или просто умело сделал вид, что это так:
- Ксюш, это же было забавное приключение. Даже если он окажется пуст или набит барахлом - открыть сундук стоит. В конце концов, это то, чего хотел Константин, так что не очень важно, что там, важно, что ты выполнишь его последнюю просьбу.
Его слова меня вообще не воодушевили. Исполнять последнюю волю незнакомого мне парня со слабой психикой - это не то, что могло воодушевить в принципе. Но в чём-то Эрик был прав: мы проделали долгий путь, и заглянуть в сундук стоило поскорее - тогда мы успеем покинуть этот дом и к ночи вернуться в город.
Я надорвала край письма, помешкала, раздумывая, а потом решительно открыла и достала лист бумаги, сложенный вчетверо. Текст был напечатан, и это меня удивило. Я ожидала увидеть почерк Константина, попытаться по нему понять больше, чем будет написано... Но текст оказался печатным.
Мой горестный вздох не остался незамеченным или недооценённым. Эрик участливо спросил:
- Ты чего? Что написано?
- Не прочла пока, - призналась я. - Просто этот Константин даже не потрудился написать письмо от руки, - пожаловалась я. - Мне он всё больше и больше не нравится, и сундук его тоже...
- Может, прочитаем уже? - поторопил меня Эрик, которому не терпелось узнать, что в письме, и который совсем не разделял моих переживаний относительно бесчувственности Константина.
Я положила лист перед собой на подоконник, и Эрик, встав рядом, принялся читать про себя. Так как знать содержание письма я не жаждала, то первые секунды наблюдала за Эриком. Его лицо было близко, взгляд бегал по ровным строкам, губы чуть шевелились, словно парень повторял прочитанное. Я посмотрела на его волосы. Интересно, они всё же жёсткие или только кажутся такими? Пока Эрик не заметил, что я разглядываю его, поспешно перевела взгляд на письмо. Не знаю даже, что меня заинтересовало больше: изучение внешности Эрика или содержание письма.
Но следовало прочесть, и я прочла.
"Простите, Ксения, что мне пришлось обмануть Вас. Мы не родственники, хотя, если просматривать дальние взаимосвязи наших родных, можно найти что-то, напоминающее родственные связи между нами. Именно это однажды и привело меня к Вам на страницу в соцсети и именно поэтому это письмо и сундук со всем его содержимым я передаю Вам. Меня уже не будет, когда всё это окажется у Вас, но именно от того, как Вы распорядитесь полученным, зависит, встретимся ли мы однажды. Константин."
- Чёрт, - высказалась я о прочитанном. - Бред какой-то. И написано так, словно не парень это писал, а старикашка...
- Нормально написано, - не согласился Эрик. - Он же тебе не в чате так написал, он думал, наверно, слова долго подбирал... Или ты думаешь, что этот Константин - старикашка в облике парня?
Вздохнув, я ничего не ответила. Стиль написания письма - меньшее, что могло мне не понравиться. "Встретимся однажды" - вообще не воодушевляло.
- Он точно был помешан на магии, - сделала вывод я. - Люди, не верящие в магию, обычно умирают один раз и насовсем.
- Пошли откроем сундук! - поторопил Эрик.
Видимо, он был заинтригован, и его любопытство отчасти передалось и мне.
Я в шаге от окончательного понимания происходящего! Сейчас открою сундук, и всё разъяснится! А даже если и нет - мы сможем просто вернуться домой, в город. И, возможно, однажды я даже соглашусь сходить с Эриком на свидание... если он пригласит, конечно.
Окрылённая этими мыслями, я схватила ключ и практически побежала к сундуку. Быстро вставила ключ в замочную скважину и стала пытаться его повернуть. На этот раз не получалось ни в одну сторону, ни в другую.
- Давай помогу, - ласковый голос Эрика и бережное касание: он положил свою руку на мою и постарался повернуть ключ, держа мои пальцы, а не сам ключ.
Это получилось у него так нежно, что я подумала: "А ведь он не торопится. Не из любопытства и спешки хочет помочь открыть этот чёртов сундук... А просто клеится ко мне!" Но эта мысль не вызвала раздражения, а даже наоборот, отразилась улыбкой на лице. Эрик мил. И, не будь я такой, какая я есть, мы бы уже целовались где-нибудь на чердаке.
Замок с тихим щелчком открылся, нарушив романтичную тишину. Мы с Эриком одновременно посмотрели на источник щелчка, но парень не убрал свою руку с моей, а осторожно провёл пальцами, едва касаясь моей кожи, вверх по предплечью.
Рукава моей кофточки были в три четверти, так что предплечье оставалось не защищённым тканью.
Я не хотела отдёргивать руку, поскольку прикосновение было таким невесомым, невинным и приятным, что прерывать его было бы глупо. Главное, чтобы Эрик не стал приставать ко мне, а то кто его знает. Газовый баллончик далеко, а к моим приёмчикам он может оказаться на этот раз готов и так просто его не завалишь на лопатки.
Но Эрик в этот раз был умнее, чем на свадьбе. Он, хоть я ничего и не говорила и не предпринимала, остановил движение своей руки и осторожно взглянул мне в глаза. Если этот робкий взгляд был призван спросить разрешение продолжать, то я была готова ответить категоричное "нет!", поскольку приставать ко мне в этом доме самоубийцы - это верх абсурда, только такому, как Эрик, могло показаться это уместным и нормальным. Наверно, пересмотрел фильмов и перечитал глупых книг, где герои снимают напряжение в трудные моменты жизни посредством интимной близости, и при этом не важно, где они находятся и что происходит вокруг. То ли я человек другой породы, то ли просто не бывала в подобных ситуациях, но никогда не верила, что подобное возможно. А Эрик, видимо, верил. Или надеялся.
- Не переоценивай, - посоветовала я, глядя ему в глаза. - Я не настолько волнуюсь, чтобы ты мог легко...
- Вообще не думал об этом, - мягкий голос и улыбка, заставляющая поверить, что он верно понял мои мысли и сказал правду.
Он убрал от меня руку и кивком указал на замок, который висел на дужке, продолжая запирать сундук.
- Хочешь, открою я? - предложил он.
- Какая разница, кто из нас откроет? - недоумённо спросила я. - Неужели у меня столь запуганный вид?
