В голове заиграла музыка из кинофильма «Семнадцать мгновений весны», перед глазами прокрутилась пленка, застыв на том месте, где Радистка Кэт прижимает к себе двух детей.
- И что там за путевка на двоих разыгрывается? - поинтересовался агент, проваливший явку, глядя на меня. Нет, ну с путевкой я не ошиблась.
- А куда ты хочешь, чтобы я тебя послала? - доброжелательно заметила я, тяжело вздыхая. Тяжело быть местным туроператором. Даже послать некуда.
- То есть я ее выиграл? - я почувствовала себя пробкой, в которую ввинчивается штопор взгляда. - Путевку сюда. Без нее я никуда не уйду.
Я невозмутимо взяла бумажку и на секунду задумалась, глядя на девственные просторы для творчества. Нет, посылать его прямым текстом опасно. Я взглянула на золотые кольца, особенно на то, которое напоминало коготь. Коготь провел по столу, оставляя глубокую царапину. Я мельком увидела, как из него появилось, а потом исчезло острое лезвие, блеснувшее неприятностями.
Наскоро нарисовав солнышко, как рисуют его первоклассники, парочку кривых облачков, я задумалась, чтобы изобразить еще. Горы? Море? Лес?
- Достаточно, - произнес Феникс, глядя на мои каракули и вырывая у меня листок. Он молча сбросил все зелья на пол и направился к двери. Я дернулась за ним, понимая, что клиент не расплатился, а охрана из меня никудышная. На звук бьющегося стекла прибежал Мог. Вцепившись старческой рукой в дверной косяк, разглядев мутные лужи среди осколков, старик мысленно пожалел... но не меня, а то, что поставил за прилавок такого ответственного человека. Я работаю всего часа четыре, поэтому синдром вахтера еще не выработался.
- Жаль, она у вас такая неловкая! - с улыбкой заметил Феникс, глядя, как растекается по полу содержимое флаконов. - Очень жаль. Но меня такое обслуживание не устраивает.
- Ах, ты! - зашелся аптекарь, трясясь от ярости и негодования, глядя на меня. Я вспомнила, как меня недооценили на местной ярмарке вакансий, поэтому тут же спряталась под стол. В стол ударило заклинание. Дверь захлопнулась. Сверху на меня посыпались склянки с разноцветным содержимым.
- Убью, бестолочь! - орал Мог, швыряя в меня заклинание. И тут печать на руке засветилась, и мое тело самостоятельно вылезло из убежища, встало так, что промахнуться трудно, и застыло на месте. И теперь мне светит уже не пособие по безработице, а полноценное пособие по инвалидности. В лучшем случае!
Я попыталась пригнуться, но спина была деревянной. Тело направилось к стенке, стало ровненько, словно для фотографии на паспорт. Есть что-то общее в фотографии на документы и смертью от магии. Вспышка. Губы рефлекторно растянулись в неуместной сардонической улыбке.
Дверь распахнулась, впустив в себя огненную вспышку, и на месте Мога сквознячок развеивал горстку пепла.
- Я тут случайно вспомнил, что путевка на двоих, - услышала я, глядя, как на моей руке исчезает волшебная печать. Пепел на полу засветился, печать на моей ладони погасла навсегда.
Свобода, которая должна была встретить радостно меня у входа, смотрела как-то не радостно. И если бы в руках Свободы был меч, то я бы поостереглась. Я промолчала. На экскурсиях, куда я его сто раз мысленно послала, вполне можно обойтись без экскурсовода.
- Я вообще-то имела в виду тебя и твою обиду, которая будет занимать отдельное место! - осторожно заметила я, пытаясь уловить разницу между воздухом свободы и воздухом рабства.
- Хорошо, значит, ты - ручная кладь, - холодно заметил тот, кто только что жарко и быстро поспорил с хозяином.
- Нет, я - забытый дома фотоаппарат, хранящий лучшие воспоминания о тебе! Ладно, хуже уже не будет, - ответила я, глядя, как горстка пепла просела. - Я на это искренне надеюсь.
Совесть превратилась в большую тетку в белом халате, уселась за стол, достала карточку, посмотрела на меня с укором. «В районе - эпидемия наглости и хамства. Придется укольчик делать! Для профилактики!» - постановила она, доставая огромный шприц. - «Колоть тебя буду!». Я закрыла глаза, понимая, что это - внеплановая вакцинация.
Стоило мне выйти за порог, как по прилавку, по полу и полкам заплясал огонь. Пузырьки, мензурки, флаконы лопались и взрывались, как артиллерийские снаряды. Когда дверь закрылась, я прислушалась. Такое чувство, словно за вывеской «лучшие зелья» начались мафиозные разборки, а в ход пошел последний аргумент.
- Вот зачем было все громить? - с сожалением вздохнула я, вспоминая, сколько стоят все эти пузырьки.
- Чтобы почистить твою биографию и обеспечить конкурентное преимущество в круге. Рабыня погибла вместе с хозяином, - мрачно бросил Феникс, таща меня за руку. - У меня к тебе есть вопрос. Марка твоего первого телефона?
А-а-а! Он пытается вычислить мой возраст.
- Да я старее, чем линолеум в сельской поликлинике! - ответила я, поражаясь прелестной наивности собеседника. - А к чему такие вопросы?
- Отлично. Примерный возраст я уже вычислил. Совершеннолетняя, - постановил мой обидчивый и злопамятный собеседник.
- А для чего тебе эта информация? - прищурилась я, подозрительно глядя на него и потирая грязный нос.
- Ты будешь сражаться вместо меня, пока я дисквалифицирован. Твоя задача - не дать никому выбиться в лидеры. Этого достаточно. А после того, как я прикрыл все аптеки, у тебя появился шанс. Откроются они не скоро. Зелья, которыми торгуют из-под полы, не самые качественные, - спокойно сообщил Великий Провокатор.
