но так ни одного и не попробовала. Казалось, что супруга Генри Лоуренса до конца еще не проснулась. Она встрепенулась, только когда ее сын вошел в столовую, радостно поднялась ему навстречу и приветливо улыбнулась. Джефри Лоуренс поздоровался и сел за стол. По его бледному лицу и впалым щекам можно было догадаться, что он не спал всю ночь и заснул только под утро, поэтому теперь выглядел таким изможденным. Всем троим ужасно не хотелось разговаривать, ибо беседа непременно свелась бы к обсуждению убийства девушки, которая для каждого из них была как кость в горле, а ее смерть была не только неожиданностью, но и облегчением, избавлением от многих проблем.
Наконец Аманда не выдержала и первая прервала тягостное молчание:
– Я слышала, слуги сегодня обсуждали это нелепое убийство. Известно, что тело нашли где-то недалеко от деревни.
– Нам обязательно говорить об этом? – нервно бросил Джефри и со злостью посмотрел на мать.
Явно не ожидавшая такой резкой и негативной реакции сына, миссис Лоуренс поджала губы и примирительно заметила:
– Но ведь Энни Ховард работала у нас, и мне не дает покоя вопрос, почему ее убили.
– Уже доказано, что это был не несчастный случай? – вставил Генри Лоуренс.
Аманда неопределенно пожала плечами. Джефри тоже промолчал, всем своим видом показывая, что его это не касается.
Повисла гнетущая тишина, которую прервала горничная, сообщившая о приходе инспектора Маккензи.
Известие служанки удивило всю семью.
– Не понимаю, что ему может быть от нас нужно? – по встревоженному лицу Генри Лоуренса было заметно, что полицию он совсем не ждал. – Неужели это связано со смертью бедняжки Энни?
Мать и сын хранили молчание. Джефри Лоуренс боялся смотреть на Аманду. Ему казалось, что, если их глаза встретятся, он просто разрыдается и кинется перед ней на колени. Младший Лоуренс всегда любил свою мать. Он понимал, что это убийство не должно иметь к их семье никакого отношения. Все нужно забыть: его ярость и злость, его растрепанные чувства, его натянутые отношения с отцом. Проблема разрешилась – и нет смысла ворошить прошлое. Но молодой человек чувствовал свою вину. Теперь вдруг ему стало невыносимо жалко себя, мать, даже отца. Джефри был как загнанный зверь перед расправой, но правда не должна была выйти наружу, что бы ни случилось. И даже сейчас, перед лицом правосудия, ему придется лгать, изворачиваться и притворяться. Он отодвинул свою тарелку и, стараясь придать голосу как можно больше безразличия, произнес:
– Я думаю, что нас хотят допросить из-за смерти этой девушки. Вы же сами сказали, мама, что ее нашли убитой.
– Но при чем здесь мы? – удивилась миссис Лоуренс.
– Она работала у нас, и ее убили, – просто ответил Джефри, но эти слова, как ни странно, произвели сильное впечатление на Генри Лоуренса.
– Но как одно может быть связано с другим? – воскликнул отец семейства. – Ты на что-то намекаешь, Джефри?
Джефри вскочил со стула и начал нервно ходить по комнате. Наконец он не выдержал:
– Вы прекрасно знаете, отец, что Энни ушла от нас в пятницу утром, а на следующий день ее нашли задушенной! Полиция всегда интересуется последними днями жизни жертвы, чтобы выяснить, у кого были причины для убийства.
– А ты не зря учился на юриста, сынок, – язвительно заметил Генри Лоуренс. – Только ты забываешь, что между нами и этой девушкой не было ничего общего.
Джефри как-то странно посмотрел на отца, и тот, почувствовав этот укоризненный взгляд, смутился и замолчал.
– Не нужно портить друг другу настроение, – попросила Аманда Лоуренс, вставая из-за стола. – Сейчас мы все узнаем. Детектив уже в гостиной, так давайте не будем заставлять его слишком долго ждать.
И, повинуясь словам миссис Лоуренс, отец и сын вместе с ней направились в гостиную.
3
Дин Маккензи ждал уже несколько минут. Со стороны казалось, что семья Лоуренсов не спешит поговорить с ним. Это могло означать как то, что они не волнуются и им нечего скрывать, – потому и не торопятся – так и то, что они специально тянут время, чтобы успеть все обсудить и подготовить себе алиби. Труп был обнаружен лишь вчера утром, а подробности расследования известны ограниченному кругу лиц, так что Лоуренсы вряд ли что-либо знают, разве только кто-то из них не замешан во всем этом.
Наконец дверь отворилась, и на пороге появились мистер и миссис Лоуренс. Их сын шел позади и несколько помедлил, прежде чем зайти в комнату. Маккензи показалось, что молодой человек избегает смотреть ему в глаза, но инспектор решил не делать поспешных выводов. Поздоровавшись друг с другом, все расселись в кресла, и Генри Лоуренс первым взял слово:
– Инспектор Маккензи, я так понимаю, ваш визит связан с убийством Энни Ховард, нашей горничной?
– Значит, вы уже знаете обо всем?
– Такие вести быстро разносятся по округе.
– Что ж, это упрощает дело. Однако полагаю, вы не в курсе подробностей: девушка была задушена, и ее труп обнаружили в озере в непосредственной близости от деревни Литл-Медоу.
При этих словах Джефри Лоуренс с силой сжал кулаки и бросил на сыщика встревоженный взгляд.
– Кто же мог сотворить такое, детектив? Неужели какой-нибудь сумасшедший? – миссис Лоуренс выглядела опечаленной, но вопрос задала с искренним интересом.
– В данный момент мы не располагаем сведениями о личности убийцы, – сдержанно ответил Маккензи.
– Это очень прискорбно, детектив. Энни проработала в нашем доме недолго, но всякий мог сказать, что она была приличной девушкой, – вынесла свой вердикт Аманда Лоуренс.
Джефри заерзал в своем кресле.
– И все-таки мне не совсем ясно, что привело вас в Риджес-Холл, инспектор, – голос Генри Лоуренса был спокойный, но твердый и решительный. Глядя на его уверенное лицо, детектив Маккензи на секунду сам усомнился в необходимости визита к семье Лоуренсов.
– Сэр, я понимаю, что мой приход сюда может показаться неуместным, и прошу прощения за то, что побеспокоил вас в столь ранний час. Но позвольте мне объяснить причины, побудившие обратиться к вам за помощью. Как вы уже знаете, Энни Ховард была убита в пятницу вечером. Нет ни одного свидетеля преступления, тело было обнаружено только в субботу утром. У нас нет ни точного времени убийства, ни возможного подозреваемого. Я беседовал с единственной родственницей жертвы, ее тетей, и она почти ничего не смогла мне сообщить о личной жизни девушки, о том, с кем и как она проводила время. Я выяснил, что последние три месяца Энни работала в вашем доме, и это все, за что я могу ухватиться. Мне важна любая информация, любые
