мы с Глебом приехали в Сочи сразу же после того, как покинули Феодосию. Заодно проверили работу нашего местного ресторана.
В этот день я принял четкое решение, что пора бы нам разойтись с Вероникой. Девушка, не имеющая понятия о ценности денег, сумасбродная и эгоистичная. И почему только сейчас я понял, что мой друг был прав?
Москва встретила нас теплой погодой и ясным небом. К ресторану мы подъехали в приподнятом настроении. Знакомые поздравляли с успешным открытием. Я даже забыл о существовании своей проблемы, что периодически маячила перед глазами, постоянно напоминая о себе. Дальше все шло лучше некуда. Я прибывал в восторге от того, что молодой специалист управился в такой короткий срок со своей задачей. Даже эти пальмы возле лестницы меня не бесили. Мы приветствовали гостей, общались со знакомыми. Я как мог, скрывался от Вероники, оттягивая момент. Глеб куда-то быстро свинтил, и я пошел на его поиски. Хотелось отыскать и поблагодарить девушку, что подготовила отличное мероприятие. Наконец познакомиться воочию. Заметил друга, что уже тискал какую-то девушку. И только наши взгляды встретились, я понял все превратности судьбы. Она выглядела превосходно. Только в купе со своей бледностью и платиновыми волосами, серебристым платьем, казалось, она станет полностью прозрачной и исчезнет, как что-то нереальное. Я видел, как она была шокирована, но возможно это испуг. А как только на моей шее повисла Вероника, Даша поспешила уйти.
— Котик, я так скучала. Как долго мы пробудем здесь? — настырный и неприятный писк в правое ухо. Уже так давно голос этой девушки стал мне противен.
— Тебя сюда никто и не приглашал, — грубо. Возможно, я неотесанный мужлан, особенно с этой бородой. Но по-другому не могу. По-хорошему она не поймет, что меня лучше не трогать сейчас. А все меня волнующее я объясню ей завтра. — Можешь идти на все четыре стороны!
— Что с тобой? У тебя плохое настроение? Дашка не угодила? Ну все же «деревня» остается в человеке навсегда. Я с ней поговорю…
— Скройся, Вероника! — перебиваю ее, потому что слушать эту ересь больше не в силах.
Срываюсь с места и под одобрительный взгляд друга следую за Дашей. Нетрудно было догадаться, что она последует в свой кабинет. Поверить не могу, я ее искал, а она вот здесь. У меня под носом. Черт!!!
— Юрист, значит! Из Екатеринбурга! — Захлопываю дверь и щелкаю замком, чтобы не помешали нам. То, что у меня на нее грандиозные планы сейчас, может понять только Глеб. А мы же здесь не одни. Мало ли кто будет искать ее или меня. Подрывается с кресла, шарахаясь к окну. Что же ты? Боишься меня? — Когда же ты собиралась сказать, что сестра Вероники? — подозрение, что они хотели подловить меня на чем-то, все-таки пробегали в голове. Но я надеюсь, что Даша непорочна, как ее сестрица.
— Я не знала, что это вы, — говорит вроде правдиво, да и эмоции такие подделать сложно. Как не крути, нагрубил, оскорбил, получил по роже. Но в поцелуе себе отказать не мог. И чувствую, как тянется ко мне девочка. Все же глаза не соврали. Интересен я ей. Интересен. А мне так просто необходимо ее касаться, вдыхать аромат ее кожи. С ума сойти можно! Ни одна женщина не вызывала во мне такую бурю эмоций. Бьет меня в грудь, хочет оттолкнуть.
— Ты живешь с моей сестрой! Твою мать! Что ты творишь! — кричит, а у самой по щеке скатывается слеза. Глупая моя! Точно моя. Я все решил. Не отдам. Насрать на то, что было между нами тремя. Она станет моей!
— Я решу, наконец, этот вопрос, и ты будешь в моем полном распоряжении, правильная ты моя! — не собираюсь больше ничего ей доказывать или объяснять.
— Ты хочешь бросить ее? — смотрит на меня с таким ужасом.
— Давно нужно было это сделать. А теперь и повод подходящий имеется, — с улыбкой произношу. Смотрю на нее и поражаюсь, насколько счастлив встретиться с ней вновь. Обнимаю, стараясь расслабить и успокоить ее.
— Повод? Какой еще повод? — с запозданием доходит до нее.
— Мне кажется, что я встретил девушку своей мечты.
А дальше вновь впился в ее губы, забывая обо всем на свете. Несмотря на ее сопротивление и выкрики о сестре, медленно задрал подол ее чудесного платья. Сопротивление явно было, потому что сквозь кровь, шумящую в моей голове, слышал, как по кафелю стучат пуговицы, оторванные от моей рубашки. И явно она не пыталась меня раздеть, а упорно билась и старалась вывернуться из моей хватки. Но стоит ли говорить о сравнении со «слоном и Моськой». Точно выверенным движением срываю с нее трусики. Расстегиваю свой ремень, ширинку. Подхватываю малышку под ягодицы и врываюсь в ее лоно. Такая влажная. Страстная. Пока еще неподатливая, все еще сопротивляющаяся. Но это поправимо. Несу ее к столу. Укладываю спиной и наваливаюсь сверху, чтобы не могла противиться. И вхожу в нее вновь и вновь, вырывая стоны, которые сменяются криками, смешиваясь в пространстве кабинета с моим рычанием. Спускаю ткань платья с ее груди, обхватывая губами ее затвердевшие соски. Черт подери, какая она классная, красивая, естественная. Зарывается в мои отросшие пряди волос, не отталкивая, а притягивая к себе ближе. Покачивает своими бедрами, впуская меня еще глубже. Глубже, резче. Беру ее так, как желал, показывая, как нуждался в ней. И сейчас не имеет значение ничего. Она только моя. Моя!!! Еще немного. Еще чуть-чуть. От вибрации ее тела начинаю сотрясаться сам. Выгибается, как кошка. Вгрызается зубами мне в шею и с воплем кончает. Чувствую, как сжимает мой член, и не могу сдерживать себя больше. Врываюсь в ее содрогающееся тело жестко, до самого предела. Всего пара сильных толчков и я догоняю ее. Громкий стук в дверь заставляет вздрогнуть. Но процесс запущен, и его конец неизбежен. Извергаюсь в малышку, уткнувшись в искусанную и расцарапанную моей щетиной грудь девушки. Безумная, податливая все еще двигает бедрами, принимая мое семя, продлевая тем самым крышесносную эйфорию. Никогда не занимался с девушкой без защиты, кроме нее. Но черт, кончать в нее не собирался. Все произошло спонтанно, из-за чертового стука в дверь, который повторяется вновь и вновь.
— Кто? — осипшим голосом отзывается Даша, тут же прокашлявшись.
— Даш, это Витя! У нас проблемка нарисовалась. Можешь на кухню подойти?
— О, Боже! Это срочно? — она прикрывает глаза, пока я все еще пытаюсь прийти в себя, успокаивая свое дыхание на ее груди.
— Боюсь, без начальства не обойтись, — серьезно произнес мужчина. Кто вообще такой ВИТЯ?
