стану для нее обузой. Тем более… — Вероника замолчала, тяжело вздохнув. — Я хотела сообщить тебе вчера после праздника, но раз так все вышло, скажу сейчас. Я беременна, Яр.
Как обухом по голове. Я зажала рот ладонью, чтобы никак не выдать свое присутствие. Опустилась на корточки, часто дыша. Сумбурные мысли посещают мою голову, но что-то разумное не приходило. Что теперь делать? Ситуация с самого начала была неприятной, а теперь все гораздо серьезнее.
— Ты врешь! — грозный бас раздался по гостиной. — Вот эту свою лапшу можешь навешивать на другие уши.
— Я не вру, — послышалось какое-то копошение. Видимо она что-то искала в сумке. — Вот!
— И что это?
— Тест на беременность. Он положительный.
— И кто отец? — я чувствовала в его голосе раздражительные нотки. Ему не нравилась эта ситуация, а меня она просто убивала.
— Ну конечно же ты. Кто же еще? — ее настроение быстро поднялось, а мое совсем упало. Слушать я это больше не могла. Приподнявшись, направилась в свою комнату.
Взглянув на время, поразилась. Время уже было почти одиннадцать. Как же работа? Или меня уже заведомо убрали с должности? Достав чемодан, начала скидывать туда свои вещи. Невозможность моего пребывания в этом доме говорила сама за себя. Моя сестра беременна от Славы. Своего ребенка он не бросит. Он не такой человек. Значит, все решилось само собой, только не в мою пользу. И жить с ними, наблюдая, как они строят свою семью, я не смогу. Дура! Какая я дура. Надо было дождаться, когда они расстанутся. Зачем переспала с ним? Как теперь смотреть сестре в глаза? Стоило, наверное, вернуться в Самару, но я проделала такую работу, что просто отказываться от должности не собираюсь. Если только Слава сам попросит меня уйти, я это сделаю. А вот покинуть его дом я могу и без предупреждения.
Надела черный комбинезон. Цвет под стать моему настроению. Туфли на высоком каблуке. Легкий дневной макияж и собранные волосы в пучок. Теперь меня можно назвать строгой училкой, судя по внешнему виду.
Схватив чемодан за ручку, пошла к выходу. На удивление, в гостиной никого не встретила. Может они уже отмечают пополнение семейства в постели… Эта мысль больно кольнула. И с большим остервенением ускорила шаг. Распахнув входную дверь, оказалась лицом к лицу с Глебом.
— Дашенька, котенок! — прощебетал с улыбкой мужчина. Но как только столкнулся с моим взглядом, улыбка сошла с его лица. — Что этот остолоп сделал?
— Забеременел! — выплюнула я, отстраняя мужчину в сторону. — То есть не он. Но это уже не имеет значения.
— Ты беременна? — удивился Глеб.
— Не я, — с глубоким вздохом выдала я.
— А кто тогда?
— Глеб, вот ты вроде взрослый мужик, а складывается ощущение, что твое развитие…
— Куда собралась? — послышался голос позади меня. Я замерла. От испуга глаза расширились, дыхание перехватило.
— На работу, — ответила тихо, не смея оборачиваться.
— С чемоданом?
— Ну, да! Мне здесь незачем оставаться! — ответила твердо, смотря куда-то вдаль и выпрямляя спину.
— Вот как? — шепот возле моего уха. Горячее тело позади меня. Крепкая хватка на моей талии. Его рука выхватила мой чемодан, а сердце забухало с неистовой силой. Дыхание сбилось, разум помутился. — Зачем тебе вещи, сладкая?
— Я переезжаю.
— И куда же, милая? — обманчиво ласковый голос мужчины выбивал из равновесия. Я растерянно метала свой взгляд и не знала, что ответить.
— Ко мне! — пришел мне на помощь Глеб. Возможно, заметил мое замешательство. Рука на моей талии дрогнула, а сердце в груди мужчины забилось быстрее. Что это? Ревность? Злость? Обида?
— И как это понимать, Даша? — он резко развернул меня к себе лицом. Поддел пальцами подбородок, заставляя посмотреть на него. — Ну-ка, посмотри на меня.
А я не могла скрыть своего разочарования в своем… Нет. Нашем поступке. Я предала сестру, которая носит ребенка от этого мужчины. И пока мы не погрузились в нашу страсть, нужно делать шаг. Потом еще и еще. Прочь. Прочь от этого дома. От этого мужчины. Чтобы забыл. Чтобы я забыла, как нам было хорошо вместе. Как могло бы быть еще лучше.
— Я слышала, что у вас, Ярослав Александрович, с моей сестрой намечается пополнение. Думаю, неуместно будет мое дальнейшее пребывание в этом доме.
— Даш, ты не можешь…
— Могу, Слава, — на моих глазах навернулись слезы, но я сдержала порыв, чтобы хоть одна не посмела скатиться. Иначе он воспримет мои действия, как самопожертвование. Не позволит мне уйти. А я не могла поступить так с сестрой. Она как-никак родной человек. А он всего лишь мужчина, которого я теряю снова. Я обхватила его ладони и, приложенив огромное усилие, смогла отстранить от своего живота. О чем я могла думать еще, кроме как о своем предательстве. Двойном. Сначала предала сестру, а теперь еще и мужчину, вознесшего меня до небес. Развернулась и схватила Глеба за руку и потащила к его машине.
— Ты уверена, что ты поступаешь правильно? — Глеб тихо спросил.
— Возможно, я об этом пожалею. И буду корить себя в будущем. Но это лучше, чем оставить своего племянника или племянницу без отца. Как я им в глаза посмотрю? — с отчаянием в голосе выпалила.
— Хм. Смешная ты! Кто тебе даст посмотреть им в глаза, если они когда-нибудь появятся?
— Не поняла?
— Что не понятного? Ты думаешь, что Ярик дурак? Он не позволил бы такому произойти ни с этой женщиной, ни с какой-либо другой. Он всегда предохраняется.
— А ты свечку, видимо, держишь всегда, когда он трахается? — его уверенность в друге меня взбесила. Я представить не могла, что можно так яро желать кого-то ударить. О нашем сексе я промолчала, стараясь не вспоминать о прошлой ночи. Но задумчивость мужчины меня напрягала. Глеб открыл для меня дверь своего автомобиля, но я остановилась, посмотрев пристально в глаза мужчины.
— Поживешь пока у меня. Идти тебе все равно некуда. Как сможешь снять подходящее жилье, можешь съехать, — его настрой был доброжелательным, но голос выдавал холод. — Надеюсь, ты понимаешь, что сейчас мы с тобой сделали?
— Но мы…
— Это тебе так кажется, — убеждал меня Глеб. — Для него ты предательница, а я враг номер один, потому что увел его женщину.
— Я не его женщина! — воскликнула от абсурдности ситуации. — Что за бред ты несешь? — но ответом мне была только захлопнутая дверь автомобиля.
Глава 20
Глеб великодушно отвез меня на работу. Особенно, после того, как я его уговаривала минут десять. Он не считал это лучшей идеей, но мне так было нужно отвлечься. А сидеть
