дура, — я покачала головой, отчаянно пытаясь понять логику этой девушки. Но, видимо, все ее мышление сходилось к цифрам с большим количеством нулей на ценной бумаге.
Вероника покинула кабинет, не прощаясь и громко хлопнув дверью напоследок. В голове кружились мысли, не давая покоя. Почему родная сестра поступает со мной, как с абсолютно чужим человеком? Откуда столько ненависти и хладнокровия? Откуда у нее взялась эта фотография? Точно. Нужно срочно выяснить, кто ей предоставил этот компромат. Денег я ей все равно предоставить не могла, потому что взять их неоткуда. Занимать и вгонять себя в долги я тоже не собиралась. Это нелепо. Если она думает, что этим напугает меня и заставит плясать под свою дудку, то очень ошибается. А вот навредить не безразличному для меня мужчине может. Он все же пострадает больше от просочившейся в сеть информации, нежели я. Я должна с ним поговорить.
Глава 21
Набрать номер Славы так и не успела. Он сам зазвонил, оповещая входящим от Кати. Со всей этой суетой я совсем позабыла о дорогих мне людях. Проведя по экрану пальцем, принимаю звонок.
— Привет, родная!
— Вот скажи, ты совсем там обнаглела? — разозленный голос любимой подруги резанул слух, но по лицу растянулась такая позабытая, счастливая улыбка. — Даша, почему не звонила? Что-то случилось?
— Случилось, — тяжело вздохнула, потерев пальцами переносицу.
— Рассказывай! У меня как раз свободного времени полно. А хотя, нет, подожди. Я сейчас позвоню Ольке и перезвоню тебе по видеосвязи.
— Хорошо! — противостоять подруге не было сил. Да и выговориться нужно было. Не разговаривать же на эту тему с Глебом.
Спустя пять минут телефон ожил, и после нехитрых манипуляций на экране появились мои подруги.
— На тебе там что пашут? — вместо «привет» выдала Оля.
Понимаю, что вид, скорее всего, еще более удручающий после разговора с сестрой, чем после трехнедельной работы без передышки.
— И тебе привет, милая! Хорошо выглядишь! — честно сказала ей, даже попыталась выдавить улыбку. Но я так устала.
— Спасибо, конечно! Но того же никак не могу сказать про тебя. Что случилось? Рассказывай! Мы все во внимании.
И как на одном дыхании меня понесло. Я рассказала девочкам все, что случилось со мной за эти дни пребывания в столице. Они то хмурили брови, то широко распахивали глаза от удивления. Но, что очень радовало, молча слушали и не перебивали. Когда мой монолог закончился, дорого любимая Катя не смогла сдержать в себе эмоций.
— Вот сука! — зло процедила она. — И что ты думаешь делать с этим?
— Честно, я не знаю. Хотела все рассказать Славе. Ведь в большей степени это заденет его. Я не такого полета птица, чтобы можно было меня этим шантажировать.
— Правильное решение, Даш, — Оля одобрительно кивнула и засуетилась. — Мне тут пора бежать. А ты не унывай, все будет хорошо. Поговори со своим Ярославом и не слушай свою мегеру сестру. Она всю жизнь только и делает, что портит тебе жизнь. И не бойся ничего. Даже если она что-то и расскажет отцу, то я сомневаюсь, что он не поверит и не поймет тебя. Пока! — она отключилась, оставляя нас с Катей вдвоем.
— Я полностью согласна с Олей, — отозвалась Катя. — Тебе нечего бояться. Поговори со Славой. На крайний случай с Глебом. Я очень сомневаюсь, что лучшие друзья вот так, не выслушав друг друга, перестанут общаться. Так что я думаю, что все наладится. И не все так страшно.
После не долгого прощания я вздохнула с облегчением и пониманием, как же хорошо иметь такую незаменимую поддержку в качестве своих подруг. Следующим этапом было поговорить со Славой. Оттягивать было неуместно, поэтому набрав номер, я слушала долгие гудки в трубке, пока такой завораживающий голос не ввел меня в ступор.
— Алло! — послышалось удивленное по ту сторону. А я ничего не могла произнести. Меня как будто парализовало. И только нетерпеливое: — Даш, что случилось?
— У нас проблемы, — еле выдавила из себя. И вроде правильно все сказала. Ведь это не у меня проблемы, а у нас. — Нам нужно встретиться.
— Хорошо. Через полчаса заеду за тобой.
И все. Он повесил трубку. Не стал даже спрашивать «что» и «почему». А вот у меня, кажется, много вопросов. Не злится? Не хочет меня убить? Он вообще собирался со мной поговорить? Или все же ждал, когда я сделаю первый шаг? Дура, блин.
Закончив все дела, с трясущимися руками закрыла кабинет и пошла на выход из ресторана. Краем глаза прошлась по помещению, отмечая порядок и отличную работу сотрудников. Перед входом уже стоял белый Mercedes. Через окно пассажирской двери было видно, что Слава был напряжен, а взгляд устремлен в лобовое стекло. Сделав ровно пять шагов, открыла дверь автомобиля и разместилась на сидении, не удостоившись даже взгляда мужчины. Обидно! Но возможно не только мне.
Все такой же красивый, только борода отросла еще больше. Белая рубашка отчетливо контрастировала с загорелой кожей. Засученные по локоть рукава открывали завораживающий вид на сильные руки, что были сейчас в напряжении.
Молча пристегнула ремень безопасности. Под звук мотора мы молча тронулись. Молча мы проехали совсем немного. Слава привез меня к Поклонной горе и так же молча дал понять, чтобы я следовала за ним. Пройдя по Главной аллее, мы расположились на скамейке напротив фонтана. С приходом вечера мгновенно увеличилось количество людей. Обнимающиеся парочки, мамы с детишками, бабушки со своими дедушками.
— Почему ты ушла? — спокойный голос мужчины донесся до меня.
— Ты знаешь, — укоризненно посмотрела на него, отмечая грусть в его черных глазах. — Я не могла иначе. Я не могу лишить ребенка отца.
— Это глупое заявление, Даш. Ты знаешь, что твоя сестра не спала разве что с Романом в моем доме? — его губы растянулись, но в глазах все равно была грусть.
— Ты не можешь знать наверняка. Она хоть и кажется глупенькой, но далеко не дура. Зачем ей так подставляться? — вечная моя проблема во всем плохом искать хоть что-то хорошее. — Да и не к чему было это.
— Я просто так, без доказательств, словами не разбрасываюсь. И если я говорю, что это не мой ребенок и таковым быть не может, то так и есть. А тебе нужно было сначала поговорить со мной, прежде чем бежать сломя голову.
— Ты что, не можешь иметь детей?
— Могу, наверно. Мы всегда предохранялись, — он замолчал. Было видно, как ему непросто говорить со мной об этом. — Ты единственная девушка, с кем я пренебрегал защитой. Ну, не
