требует прямолинейного движения с постоянным ускорением для зарядки контура гипер-привода. Заряжается исключительно от реакторов. К сожалению, законы физики не обманешь. И изобразить из себя бешенного кузнечика, весело скачущего по звездной системе, не получится. Даже такому энергоёмкому кораблику как этот требуется не менее двадцати минут для того, чтобы вновь зарядить контур варп-привода. В условиях космического боя для одинокого кораблика такой срок — это смерть. В тактических схемах варп-прыжок рассматривался как однократное действие, способное вывести соединение в тактически выгодную точку. Либо как попытка бегства. Эдакий последний шанс затеряться где-то на другом конце системы. И то, если ты еще не использовал варп-привод. Ибо во время боя, когда идет постоянный отток энергии на системы вооружения и защитное поле, зарядить варп-двигатель нереально.
Прыгнули от Марса к Плутону. Возликовали. Миг — и ты уже хрен знает где. Тут же укутались полями маскировки, заставив Номада здорово понервничать. А мы что? Мы ничего. Отрабатываем то, что нам вбила база Диверсант. Связались с Номадом, запросили гиперпрыжок в ближайшую звездную систему. Побурчав для приличия, понимая, что мы лишь отрабатываем то, что было записано из базы знаний и его разрешения нам до лампочки, Номад дал «добро».
Дождавшись полной зарядки варп-привода встали в разгон, следя за индикатором зарядки гипер-двигателя. Пятнадцать минут. Заряд полный. Искин подтвердил готовность к гипер-переходу. Киваю Витале — мол, командуй. Тот благодарно кивает мне в ответ и отдает приказ осуществить гипер-прыжок. Секунда дезориентации — и вот на картинке, транслирующих картинку с датчиков прямо в мозг, через нейросеть, только серая муть стенок тоннеля гипер-перехода. Не прошло и минуты, как снова чувство потери пространства и вот мы в обычном космосе. Ну здравствуй, Проксима Центавра.
Вышли по уму — высоко над плоскостью эклиптики. Тут же закутались в маскировочные поля, резко сменили курс, чуть добавили ускорения, после чего сразу же убрали всю энергоактивность в ноль и начали «падать» в систему по инерции, чутко прислушиваясь пассивными датчиками к окружающему пространству. Вот ведь! Умом оба понимаем, что система безжизненна, но навыки, вбитые базой, заставляют действовать именно так и никак иначе. Мы ведь невидимые разведчики и смертоносные диверсанты, мать вашу!
Через пятнадцать минут переглянувшись с Виталей ухмыльнулись, чего творим-то, подали энергию на грави-двигатель и со все возрастающим ускорением ринулись в систему, активно сканируя пространство во всех диапазонах. Чуда не случилось и на необитаемом острове сокровищ не нашлось. Проксима Центавра была мертвой системой. Звезда — красный карлик. Четыре планеты, серые каменные булыжники лишенные атмосферы, со следами ударов метеоритов, одна из них обзавелась своим спутником. Два астероидных пояса. Вот и всё, чем смогла порадовать нас ближайшая звездная соседка.
Собственно, никто на большее и не рассчитывал. Хотя, в глубине души, была запрятана мысль «а вдруг». На обратном пути должность капитана корабля исполнял уже я. Пришли в родную Солнечную, под полями маскировки нырнули к рейдеру и вновь отправились на учебу. Время не ждет.
Девять декад «чистого» времени, потраченного на обучение, мне понадобилось для того, чтобы полностью усвоить базу ДиверсантРазведчик. Двенадцать, с учетом перерывов на отдых и закрепления навыков. Затем двухдневный выматывающий экзамен в виртуале и Номад торжественно присвоил мне сертификат. Оказывается, имеет на это право, если на борту отсутствует офицер, квалификация которого позволяет взять на себя роль экзаменатора.
Теперь я сертифицированный убийца, знающий, как отправить на тот свет ближнего своего тысячью и одним способом. На самом деле способов больше. С помощью высокотехнологичных штучек или травануть ядом, сделанным в буквальном смысле из говна. Есть одна животина неприятная на планете Анту. Не забыл Номад и про земную фауну, помня где мне вскоре предстоит оказаться. Время от времени таскали ему с поверхности всякую прыгающую, ползающую, плавающую и летающую гадость. Так что вскоре получил на нейросеть пак для базы. Да и просто могу убрать клиента, находясь в это время на другом конце города в окружении людей. Как? Все-таки пси-внушение работает. Не со всеми, долго, ненадежно, но работает. А специфика базы все-таки не в созидании, а в разрушении. Так что всё ради достижения цели. Ну ничего, я эту способность в мирной жизни тоже использую. Теперь барыги, на тех рынках где я уже побывал, очень неохотно со мной торгуют. Ну и естественно взлом систем безопасности и скрытое проникновение за охранный периметр.
Хотел продолжить обучение Пилотом, но Номад посоветовал взять ШтурмовикАбордажник. Во-первых, пересечение с Диверсантом довольно большое, а значит время, затраченное на обучение будет меньше. База сама будет пропускать повторяющиеся куски. Во-вторых — специфика предстоящей операции по захвату пиратов.
Согласился. Номад был прав. Освоил базу всего за четыре декады. В основном — тактические схемы и специфика вооружения абордажников и космодесанта. Там и Виталя диверсанта добил. Экзамены. У меня второй сертификат, у Витали первый. Отпросился на декаду в отпуск, соскучился по своим. Ну мы же не звери, время еще есть. Звал с собой, но я не полетел. Вместо этого махнул на Кубу. Ром. Сигары. Жаркие мулатки. Конфликт с мутными типами в темном переулке. Блеск ножей. Четыре трупа. Пришлось срочно линять. Сам не понимаю, как это произошло. И ведь не использовал ничего. Голыми руками. Как будто программа какая-то включилась. Надо научиться себя сдерживать.
Шесть декад на пилота. К сожалению, тяжелых кораблей в нашем распоряжении не было, пришлось довольствоваться тренажером. Ну хоть в эскадренном бою теперь не буду у других под ногами путаться, а займусь делом. Теоретически. Единственной боевой единицей, доступной нам в данный момент, был корвет артподдержки, так что практику пришлось отрабатывать на нем. Однотипный проект с разведкорветом, только в этот воткнули два стомиллиметровых тоннельных орудия и везде, где только было можно, напихали излучателей непосредственной обороны. Против дронов, истребителей противника и ракетно-торпедной атаки — самое то. Тем более тоннельные пушки могут стрелять раз в двадцать секунд и не только обычными болванками, но и шрапнельными зарядами, подрывающимися на заранее заданной дистанции. Повесить такое «облако» из шрапнели на курсе атакующего звена штурмовиков — милое дело!
И вот, когда я уже добил Инженера и приступил к Исследователю, а Виталя сдал на пилота и постигал премудрости маслопупых на космических кораблях, из обучающего сна меня грубо выдернул повторяющийся из динамиков голос: «Боевая тревога! Боевая тревога! Экипажу занять места по расписанию!». Еще толком не очухавшись, на одних рефлексах, привитых базами, впрыгиваю в «Тень»
