Так близко к нему я могу вдыхать, пить его запах. Солёное тепло его кожи. Запах пышного леса. Мокрого ветра. Я знаю, где он был. Где он охотился. Мгновение и я дома.
Открываю глаза и изучаю его лицо. Быстрые удары пульса в горле. Его ноздри вспыхивают, будто он учуял меня.
Взгляд Уилла падает на гладкий участок кожи на моем бедре и полосу крови пурпурного цвета. Мое тело мерцает золотом от света фонаря, расположенного рядом. По крайней мере, я думаю, что это из-за этого. Пожалуйста, только не проявление.
Он опускает руку. Его лицо склоняется ближе к моему. Наши дыхания сливаются, смешиваются. Я напрягаюсь, когда его рука касается моего дрожащего бедра. Воздух ускользает сквозь зубы.
Его пристальный взгляд задерживается на моём лице на мгновение. Будто спрашивая. Посредине его глаза очень тёмные, окружённые ярким ореховым светом. Он смотрит вниз, его лицо полностью нацелено на моё бедро, на пятна крови, портящие мою кожу.
Вновь я напоминаю себе, что он хищник. По голодному взгляду на его лице, я вижу его таким, какой он есть. Охотник.
Его большой палец задевает идущую кровь, размазывая ее. Я задыхаюсь, опаленная лаской.
- Твоя кожа. - Его большой палец снова гладит меня.
Живот напрягается, почти до боли.
Он хмурится. - Такая горячая.
И это так, я чувствую клубящийся дым глубоко внутри меня. Пар расширяет мои лёгкие. Мне нужно его остановить. Оторваться от его прикосновений. Знакомая встряхивающая вибрация появляется в моей сущности, и я знаю, что произойдёт, если не оторваться.
И многое в этом - в нём - наполняет меня страхом. Я должна заставить себя действовать. Но я только хочу больше. Больше Уилла.
Мой желудок сжимается от ощущения руки на моём бедре. Его большой палец гладит меня, вытирает кровь, затем останавливается. Я вдыхаю через нос.
Он убирает свою рубашку с моей руки и осматривает рану. - Не плохо, - заявляет он.
Я киваю, моё сердце стучит слишком быстро, чтобы я смогла заговорить.
Он продолжает, - У тебя дома есть антибиотики?
Я всё ещё не могу говорить. Он действительно говорит о первой помощи? Моя нога покалывает, пульсирует там, где он коснулся меня. Его нежное касание моей руки имеет тот же эффект.
Я молчу, и он смотрит вверх. Ловит меня своими карими глазами, его зрачки расширены, как большое, чёрное пятно смолы. Удивительно, но красиво. Интересно, он сидит на наркотиках? Какая-то часть меня всё же отрицает это. Или я не могу этого в нём увидеть, или я просто не хочу, чтоб это было правдой.
- Ты другой, - шепчу я, смотря на него, забыв о вопросе. У меня чешутся ладони в стремлении почувствовать его... прикоснуться к его лицу, широкой груди.
Он снова смотрит, впитывая меня своими глазами.
Отличаешься от кузенов, думаю я. Отличаешься от всего, что я когда-либо слышала об охотниках. Отличаешься от мальчиков Драги, которых я знаю.Зоркие глаза Кассиана никогда не заставляли меня затаить дыхание. Никогда не оживляли моего Драги, сделав меня импульсом сознания.
Я облизываю губы и глубоко вздыхаю. - Где твои кузены? Вы не всё делаете вместе?
Потому что я должна помнить это. Всегда. Потому что даже если он не является угрозой для меня, то они являются.
Ловушка рушится прямо на глазах. Он отступает, опуская мою руку. - Вижу, кто-то рассказал тебе обо мне и моей семье.
- Ты сам сказал мне держаться от них подальше. Естественно, мне стало любопытно. Люди говорили, я слушала. - Ну, по крайней мере, Кэтрин.
Он медленно кивает. - Да. Я так сказал. И ты должна так поступать. - Вздохнув, он проводит рукой по волосам. - И к тому же, ты должна держаться от меня подальше. Я должен так говорить. - Он опускает голову на подлокотник, закрывает глаза, его лицо выражает страдание и напряжение. Снова я хочу прикоснуться к нему, провести рукой по его щеке, и сделать проще то, что его так гложет.
Его слова эхом проносятся во мне. Ты должна держаться от меня подальше. Я это уже знаю, но сидя на переднем сидении его машины, я не совсем следую этому. Но я хочу. Хочу не чувствовать этого давления, этого постоянного притяжения к нему. Хочу, чтобы мой Драги не просыпался рядом с ним. Я провожу левой рукой по бедру.
- Это ты преследовал меня, - напоминаю я ему, он вздрогнул. Я проскальзываю рукой к бедру, там где кожа ещё пульсирует от его прикосновений.
- Ты права. - Он открывает глаза, снимает Land Rover с рычага и отъезжает от тротуара. Через несколько поворотов я понимаю, что он едет ко мне домой. Отчаяние шипами колет внутри меня, заставляя меня быстро спросить. - Зачем ты приехал ко мне домой сегодня вечером? Посреди ночи?
Костяшки его пальцев белеют, сжимая руль. - Я не ожидал увидеть тебя снаружи, но...
- Да? - спрашиваю я.
Он жмёт на педаль, останавливаясь перед моим домом. Выключает фары. Поворачивается, чтобы увидеть меня. Склоняясь ближе, протягивает руку на спинку моего сиденья, практически касаясь моего плеча.
Его выражение лица загадочно. Глаза выглядят странно с пульсирующими зрачками. - Ты не похожа на других девушек. Ты особенная.
Пьянящее тепло растекается по моим щекам. Я рада этому признанию. Рада, что я уникальна для него, как и он для меня. Вернувшись домой, я как никогда чувствовала себя в безопасности, защищенной и благоговейной. Даже с Кассианом я всегда чувствовала, что я ему нравлюсь не потому, что я такая какая есть, а лишь потому что я нужна стае.
Каждую минуту с Уиллом, я чувствую себя в опасности, без защиты. Опасность находится рядом, так ощутимо, как вязкий туман, что я оставила позади. И мне все мало. Мало его. Я все еще жажду его близости. Словно наркотик, необходимый для выживания, который надо получать каждый день. Зависимость. Мощная, всепоглощающая.
- Я пытался отрицать это, - продолжает он, - но не могу, каждый раз когда я вижу тебя. Если бы ты была, как другие девочки... - Он хрипло смеётся. - Если бы ты была похожа на других девочек, то меня бы здесь не было.
Внезапно застеснявшись, я сгибаю пальцы вокруг колен. Его бы здесь не было, знал бы он правду. Кто я, что я.
Я облизываю губы. - Я не такая, как тебе кажется...
Это близко. Очень близко. Настолько близко, насколько я способна подобраться к истине.
- Я думал, возможно... - он останавливается, качая головой.
- Что? - Я с трудом узнаю свой голос, такой напряжённый, такой жёсткий. Стук моего сердца раздаётся у меня в ушах. Надежда, которую я не могу понять, никогда не чувствовала раньше, вызывает трепет в моём животе.
- Не имеет значения. Это глупо. - Его голос затихает, хриплый, еле различимый. - Просто забудь, что я приехал увидеть тебя. - Он бормочет что-то очень тихо, настолько, что я не могу разобрать, но думаю, что это - проклятье. - Это не сработает. Не с моей семьёй. Они... другие.
