– Вы?!
– Вы?!
Они обменялись вопросами и застыли в нерешительности. Первой опомнилась Светлана, опасливо оглядываясь на лестницу, она схватила терапевта за воротник и быстро затянула в свою квартиру.
– Вас никто не видел? – прошептала Светлана, закрывая дверь на все замки.
– Никто, – почему-то соврал тот, прекрасно осознавая, что его видели человек сто как минимум. Половина из них – жрицы любви, задержанные и доставленные в обезьянник. Но не признаваться же о проститутках в такую интимную минуту его жизни?!
– Очень хорошо, – обрадовалась роскошная блондинка, – лазанью будете?
– Да! – обрадовался Цыпленков. – Я буду все!
Светлана не знала, почему она вела себя с Цыпленковым не так, как с другими кавалерами. Обычно она кокетничала, показывала все свои лучшие стороны, призывно манила интимной обстановкой со свечами и шампанским. Сегодня было шампанское, но отсутствовали свечи.
– Они над вами издевались? – спросила она, когда Виталий пристроился на краешек табуретки за кухонным столом.
– У! Еще как, – зверскими глазами глядя поочередно то на нее, то на лазанью, признался Цыпленков.
– Звери, – констатировала Светлана и ласково поглядела ему в глаза.
Терапевт смутился, сунул ей в руки гвоздики и вновь затих.
– Ешьте, – грудным голосом пробасила Соболева и пододвинула ему тарелку.
Она растерялась и не знала, как себя вести. Одно дело ее прежние ловеласы, те сами хватали инициативу из ее нежных ручек. Цыпленков же активных действий не предпринимал. Скорее всего, оттого, что в застенках ему отбили всю инициативу. Отбили? Бедненький, кто же его пожалеет, кроме нее? Ах да, у него же была какая-то Аллочка. Но он пришел к ней, к Светлане. Как все-таки хорошо, что квитанция из химчистки выпала из ее кармана!
Пока она раздумывала, кавалер воспользовался моментом и отправил содержимое тарелки в свой желудок. Светлана обрадовалась, но напряжение не проходило. Она предложила Виталию открыть бутылку шампанского и выпить за долгожданную свободу. Цыпленков закивал головой и схватился за бутылку.
Внезапно в дверь позвонили. Сердце роскошной блондинки побежало в пятки, наплевав на ее волю. А ватные ноги сами пошли открывать Томилиной дверь. Светлана знала о существовании закона подлости и готовилась к худшему. Как только она протянула руку к замкам, на кухне еще одна рука не удержала пробку из шампанского, выстрелившую в потолок.
– Я подумал, что ты застрелилась! – возбужденно пронзая ее взглядом, сказал Матвей.
– Это, – Светлана махнула рукой, – у соседей. Ремонт. Сносят стены.
– Хорошо, что не крышу, – усмехнулся Жигунов и пробежал в комнату. – Вкусно пахнет! – Он мотнул головой в сторону кухни, где сидел притихший Цыпленков.
– Да, я обедала, – как можно небрежнее сказала Светлана и на всякий случай добавила: – И все съела!
– Тебе надо худеть, а то Марианна спишет тебя в тираж, – скривился Матвей в своей излюбленной манере, но в кухню больше не рвался. – Соболева, я хотел с тобой посоветоваться…
– Матвей, я ничего не знаю про собак! – взмолилась та. – Тебе лучше Зюкина спросить.
– Я не о Маньке, я об интимном, – заявил тот и закатил красивые глаза к потолку.
На кухне послышался грохот.
– Ремонт, – поспешила сказать Светлана, – у соседей.
– Понимаешь, Светусик, – Матвей полез за мобильным телефоном. – Я хочу с тобой посоветоваться, как ответить девушке, забрасывающей меня эсэмэсками, что она мне надоела? Но не прямо, а как-то еще.
– Как это еще? – Светлана не поняла. – Лучше сказать правду.
– Я не могу, – признался тот, – она подопечная! Еще вернется к своему бывшему… А ты понимаешь, сердить Марианну нельзя, она сразу перекроет нам кислород.
– Я понимаю, – ответила Светлана, – ее сердить нельзя. Я подумаю, чем тебе можно помочь.
Она попыталась избавиться от непрошенного гостя, но тот встал на пороге и принялся зачитывать:
– «Мотя! Пиши, как ты, как пингвины, волнуюсь и жду!» – Матвей улыбнулся. – Вообще-то она добрая девушка, за пингвинов переживает. Только тридцать раз на дню – это слишком. Может быть, мне написать, что я утонул в океанской пучине?
– Нет! Не пиши! – испугалась за девушку Светлана. – Подожди до завтрашнего дня, я что-нибудь придумаю.
– Обещаешь?! – Матвей спрятал телефон обратно. – Хорошо! Только Томилиной не говори! Я побежал, а то боюсь, как бы Манька косточкой не подавилась.
– Какой подлец! – возмутился Цыпленков, когда Светлана вернулась на кухню, закрыв за Жигуновым дверь. – Одну обманывает, другую кормит костями! И что значит «Светусик»?! Какой, интересно, ты ему Светусик?! Нет, в следующий раз я с этим типом разберусь!
Светлана стояла и улыбалась. Ревность сделала из скромняги парня настоящего льва, вон как топорщится его загривок! Терапевта прорвало. Светлану так еще не ревновали, ни один ее мужчина так страшно не вращал горящими глазами и не брызгал слюной изо рта. А тем более не мерил ее маленькую кухоньку шагами: одним вперед, вторым – назад.
– Ты ревнуешь, – сказала Светлана радостно, – и что это значит?
– Это значит, это значит. – Цыпленков остановился в сантиметре от нее, и она почувствовала на своих волосах его дыхание.
«Сейчас он меня поцелует, – сообразила Светлана, – главное, его не вспугнуть. Хотя, собственно, чего ему пугаться? Мы уже с ним целовались…»
Очередной звонок в дверь раздался на самом интересном месте. Цыпленкова все же вспугнули.
В то, что это вернулся Матвей, Светлана не верила. Такие, как Жигунов, не возвращаются. Такие пропадают на всю оставшуюся жизнь, ах, бедная девочка с пингвинами! Но тогда кто же звонит?! Светлана на цыпочках подошла к двери и посмотрела в глазок. Как она и ожидала, перед дверью стояла Томилина, нетерпеливо переминающаяся в ее сапогах-ботфортах. Светлана вспомнила, что Марианна должна была приехать для того, чтобы переобуться после выполнения задания. Как она могла об этом забыть?!
А что бы это изменило? Она все равно не выгнала бы Виталика на улицу. Но спрятать его придется. Светлана кинулась на кухню, схватила ничего не понимающего кавалера за руку и потащила в комнату к бельевому шкафу.
– Пришла моя начальница! – Она попыталась оправдать свои стремительные действия. – А она мужененавистница! Если увидит, что у меня в квартире мужчина, – уволит. А я не хочу терять свою высокооплачиваемую работу. – Светлана открыла дверцу шкафа и подтолкнула к ней Виталия.
– Это точно не тот подлец?! – сурово поинтересовался Цыпленков.
– Точно! Точно! – спешила Светлана. – Это еще хуже!
– Только ради тебя! – заявил Цыпленков и залез в шкаф, сминая все наряды на вешалках.
