– Не извиняйтесь. На самом деле мы ждали вас. Меня зовут Генри, я адвокат Флинна.
– Здравствуйте. – Она пожала протянутую руку и нахмурилась. – Адвокат? Что-то не так? – Через мгновение она поняла, в чем дело, и недовольно закатила глаза. – Серьезно? Мы станем обсуждать контракт прямо с утра?
– Вообще-то уже почти полдень, – невозмутимо заметил Флинн.
– В защиту моего клиента хочу сказать, что он стремится побыстрее покончить с делами лишь для того, чтобы в дальнейшем наслаждаться медовым месяцем, ни о чем не беспокоясь, – добавил Генри.
Хелена поняла, что будет проще сдаться, чем переспорить этих бюрократов.
– Ну хорошо, – вздохнула она, садясь в кресло. – Но мне понадобится кофе, чтобы пережить это.
Обсуждение контракта оказалось простым, но довольно скучным процессом. Флинн и Генри уже внесли в документы необходимые поправки, так что ей оставалось лишь слушать, как адвокат зачитывает пункт за пунктом, и ставить подписи в положенных местах.
Когда они достигли раздела о сексуальных отношениях, Флинн начал с демонстративной заинтересованностью изучать узор на ковре, а Хелена сдавленно хихикнула.
– Я так понимаю, пункт о начале сексуальной жизни супругов лишь через год после заключения брака можно вычеркнуть? – насмешливо уточнил Генри. – Ну и хорошо. Мне он тоже никогда не нравился. Следующий пункт еще более формальный. Вам нужно подтвердить, что до этого вы никогда не состояли в браке, находитесь в близких отношениях только с вашим мужем и что у вас нет детей от предыдущих отношений. Это исключает сложности в вопросах наследования и… С вами все в порядке?
Тело Хелены била крупная дрожь. Она не могла ни пошевелиться, ни заговорить – слова застряли в ее горле колючим ледяным комом.
Ее лицо горело так, словно она подошла слишком близко к открытому огню. Хотя в некотором смысле так и было. Боже, она ведь хотела вчера рассказать Флинну о своей дочери. Он не должен был узнать об этом вот так!
– Хелена? Что случилось?
Флинн уже был рядом с ней. Больше всего на свете она хотела обнять его, спрятаться у него на груди от всего мира, прижаться всем телом и никогда не отпускать. Счастье было так близко. Неужели одна ошибка восьмилетней давности сейчас все разрушит?
Та ужасная ночь стояла у нее перед глазами. Слезы Теи, крики отца, его отвратительные обвинения и его ненависть. Приезд Изабеллы, всегда спешившей на помощь своему старому другу. Бесконечное унижение, чувство собственного бессилия, страх. Тея была единственной, кто выслушал и поддержал Хелену. Она стойко выдержала оскорбления отца, твердившего, что это она выпустила ее из дома той ночью, а значит, виновата в том, что случилось, не меньше, чем те парни, которые… Нет, нельзя вспоминать об этом сейчас, иначе она совсем расклеится.
Перед внутренним взором Хелены стояли ледяные глаза отца, обещавшего, что они все исправят. У них с Изабеллой уже был план, которому она должна следовать, если хотела однажды вернуться домой, вернуться к прежней жизни.
Словно после того, что произошло, она когда-нибудь будет прежней.
– Может быть, позвать кого-нибудь? – услышала она обеспокоенный голос Генри. – Я могу принести стакан воды или…
– Да, на кухне должен кто-то быть. Хелена, пожалуйста, поговори со мной! В чем дело? У тебя что-то болит? Может быть, кружится голова. Мы должны были дать тебе спокойно позавтракать, а уже потом…
– Нет!
Она больше не могла этого выносить. Флинн так заботлив и добр к ней лишь потому, что не знает правду.
– Мне ничего не нужно. Но я не могу. – Ноги Хелены подгибались, но она заставила себя встать. – Я не могу подписать это!
С этими словами она выбежала прочь из кабинета.
Так. Что это было? Такого Флинн точно не планировал.
Справившись с оцепенением, он последовал за женой. Судя по стуку шагов по лестнице, она собиралась укрыться от его вопросов в спальне.
В коридоре Флинн столкнулся с Генри, спешащим к нему со стаканом воды наперевес.
– Что произошло? – обеспокоенно спросил он.
– Не представляю, – выдохнул Флинн. – Но собираюсь это выяснить. Жди меня в кабинете.
«Мы же заключили соглашение!» – шипел он про себя, поднимаясь по лестнице.
Еще вчера Хелену все устраивало. Они заново обручились, он даже подарил ей это чертово кольцо и вопреки собственным принципам занялся с ней любовью, не дожидаясь подписания свадебного контракта! Он впустил ее в свое сердце, позволил себе поверить в то, что его мечты готовы стать реальностью, и что теперь? Она отказывается подписывать контракт!
Он с силой ударил кулаком в дверь спальни новобрачных, за которой скрылась его непостоянная жена, и, не дожидаясь ответа, вошел.
– Прости. Пожалуйста, прости меня, Флинн…
Хелена сидела на кровати, подтянув колени к подбородку. Она выглядела такой маленькой и хрупкой, что гнев Флинна поутих.
– Тогда спускайся вниз. Давай подпишем контракт и забудем об этом.
– Я не могу, – помотала головой Хелена. – Мне очень жаль, но я правда не могу.
– Мне нужны не извинения, а объяснения.
Только сейчас Флинн осознал, что до сих пор сжимает ручку двери. Оно и к лучшему: эта опора поможет ему выстоять в ожидании ответа Хелены.
– Я не могу подписать последний пункт контракта. Одно из имеющихся в нем условий не соответствует действительности.
– Что? Ты уже была замужем? – Флинну казалось, что он видит странный и запутанный кошмар.
– Нет.
– Тогда, может быть, ты вдруг поняла, что безумно влюблена в другого мужчину?
Так же как и ее сестра. О, это было бы настоящей насмешкой судьбы.
– Нет, дело не в этом. – Ее голос звучал глухо.
Когда смысл ее слов дошел до него, Флинн едва устоял на ногах.
– У тебя есть ребенок, – выдохнул он.
Его голос звучал почти спокойно, но в груди бушевал настоящий вихрь, в котором сплелись гнев, страх, ненависть и обида.
– И где он сейчас?
«Он». На самом деле он не знал, мальчик это или девочка. Он женился на женщине, которая не потрудилась сообщить ему о том, что у нее есть ребенок.
– Ее отдали на усыновление.
Этой короткой фразы оказалось достаточно, чтобы вихрь эмоций в душе Флинна превратился в ураган. Бесконечная сокрушительная боль стальными когтями сдавила его грудную клетку, по капле вытягивая из него тепло и радость.
– Ты отказалась от нее.
Он думал, что теперь они всегда будут вместе, что их ждет общее счастливое будущее, но это был только его план, не Хелены. Его реакцию было несложно предугадать, и она скрыла от него правду, дождалась, когда он влюбится в нее, и только потом решила раскрыть карты.
– Это была ошибка. Мне было всего шестнадцать, и я была так напугана…
