— Что… ты… делаешь здесь? — в конце концов сказала она.
— Я? Я специальный инспектор NERV.
— Черт, как же мне не везет, — проворчала Мисато
— Как летит время, Кадзи-сан, — вежливо сказала Рицуко.
Аске определенно не нравилась улыбка этой женщины.
— Ах, Рицуко, ты прекрасна, как всегда, — сказал он, учтиво целуя ей руку.
Мисато и Аска вытаращили глаза, из их ртов вырвалось слабое рычание.
— Достаточно, льстец, — рассмеялась Рицуко, убрав руку, и посмотрела на Аску с легкой улыбкой. — Господи, Аска, как же ты выросла.
Аска недоуменно моргнула, пытаясь припомнить всех, с кем встречалась.
— Мы встречались? — наконец спросила она.
— Нет. Но нам присылали твои фотографии. Понимаю, это звучит несколько глупо, но у меня такое чувство, что я знакома с тобой давным-давно.
Мнение Аски о Рицуко стало чуть-чуть лучше. А точнее сказать — почти хорошим.
Кадзи заметил хмурый взгляд Мисато. Он мог бы и промолчать, но репутация прежде всего.
— Мисато, вижу, ты рада видеть меня.
— Только скажи, где моя каюта, — проворчала Мисато.
Схватив свой багаж, она гордо прошествовала на нижнюю палубу.
* * *
Наконец Синдзи получил желаемое. Он был один. Никто не надоедал ему, ничего от него не требовал и не заставлял делать, ничего не добавляя к той куче боли, что он накопил за эти годы. Но…
Многие любят мороженое. Многие любят, когда его много. Но никому не понравится есть его без перерыва двадцать четыре часа в сутки, до тех пор, пока не заболеешь или не умрешь от обжорства.
Синдзи постепенно сходил с ума. Он не понимал почему, ему же всегда нравилось быть одному. Первый день прошел замечательно. Никто не дергал его по пустякам. Он вдоволь наслушался своей музыки, без замечаний Мисато, что от нее хочется спать. Никакой отрыжки от пива, никто не требует сыграть «Frisbee», когда он занимается на виолончели.
К вечеру третьего дня он уже желал услышать звук открываемого пива, музыку, ревущую из магнитофона, сделать все что угодно, лишь бы не быть одному.
Ему было жутко скучно. Это удивляло и пугало его. Раньше он мог провести неделю с минимумом человеческого общения, но сейчас он дошел до точки, играя в шахматы с Пен-Пеном.
Сам бы он никогда не предложил сыграть в шахматы пингвину, если бы не заметил во время игры на виолончели, как тот расставляет фигурки на шахматной доске. Он и не подозревал, что у Мисато есть шахматы. Вообще-то, ему нравилась игра, и он никогда не упускал возможности сыграть партию в шахматы.
Поэтому когда он проиграл в третий раз, то не задумываясь расставил фигурки в четвертый.
Белые фигуры прорвали его аккуратно возведенную защиту. Он старался выправить положение, но потеря королевы только ухудшила ситуацию. Синдзи уже видел свое неминуемое поражение.
— Сдаюсь, — сказал он с вздохом.
"Пойду немного проветрюсь", — решил он.
* * *
Стоял тихий теплый вечер. Один из таких вечеров, когда забываешь обо всех своих проблемах и тревогах, наслаждаясь спокойной безмятежностью природы, шелестом листвы и последними ласковыми лучами заходящего солнца.
К огромному удовольствию Синдзи в парке практически не было людей. Он неторопливо прогуливался по аллеям, размышляя о завтрашнем дне в школе. Когда же он устал, то присел на скамейку в одной из аллей парка. Спустя несколько секунд, из-за поворота показался парень, с которым он встречался в NERV. "Кажется, его зовут Макото," — вспомнил Синдзи.
— Привет, Синдзи! — Макото присел рядом с ним.
— Привет.
— Не знаешь, чем заняться, пока Мисато отсутствует?
— Да. — Синдзи удивленно моргнул. — А как ты догадался?
— Мисато должна радоваться, что ты не типичный представитель молодого поколения и не закатил бурную вечеринку, пока ее нет дома, — сказал Макото, откидываясь на спинку скамейки и тяжело вздыхая. — Хотя, зная ее характер, она сама закатила бы вечеринку, попроси ты ее об этом.
— Любой вечер покажется бурной вечеринкой, если рядом Мисато, — улыбнулся Синдзи.
— Неужели она… — Макото замолчал на полуслове, ожидая, как ответит на намек его собеседник.
Но Синдзи не обратил на его слова никакого внимания.
— Она обожает вечеринки. С тех пор как она стала тактическим командиром NERV… она не походит на человека, желающего работать, не говоря уже о том, что она способна закатить вечеринку в любое время и по любому поводу.
— Существует другая Мисато, которую не видно при первом взгляде, — ответил Макото спокойно. — Ты знаешь, на кого она похожа, когда приходит время быть серьезной?
— Знаю… Только… Какая из них настоящая?
— Обе, я думаю. Одна для отдыха, другая для работы. — Макото встал. — Кстати, говоря об отдыхе, я собирался перекинуться в картишки.
— Карты?
— Еженедельная партия в бридж. Мисато иногда заходила, но она обычно обыгрывала всех в пух и прах. Хочешь пойти? Я еще тебе не надоел?
— Нет, — солгал Синдзи. — Я пойду посмотреть, но я не очень хорошо играю в карты.
Поздно вечером Синдзи шел домой, позвякивая тремя тысячами йен в кармане.
* * *
Майя рассматривала трехмерное изображение тела Рей: нервная система, кровеносная и дыхательная системы, а также крупным планом изображение сечений головного мозга.
Так как доктор Акаги отсутствовала, работа по контролю за здоровьем детей полностью легла на ее хрупкие плечи. А сегодняшний день вообще удивил ее.
Рей Аянами пришла с жалобой на свое здоровье.
— Рей, я не вижу никаких отклонений.
— Никаких? — Рей, кажется, сбил с толку ее ответ.
— Ничего, — повторила Майя. Как жаль, что доктор Акаги уехала, она знает о Рей гораздо больше остальных, исключая командира Икари. Но Майя не собиралась беспокоить начальство по пустякам.
Она еще раз внимательно изучила изображения тела Рей.
— Расскажи поподробнее, что тебя беспокоит?
Рей задумалась, стараясь подобрать слова, описывающие ее состояние.
— Со мной случилось… — она нахмурилась и посмотрела в сторону. — Я была дома у командира Кацураги. Не знаю почему.
— Ты жалуешься на провалы в памяти?
— Не знаю.
— Хм. Скажи… что случилось, пока ты была у командира Кацураги?
Рей вопросительно посмотрела на Майю.
— Что ты делала? — поправилась Майя.
— Я помогала Икари-кун с домашней работой по математике.
— Икари-кун? Ты имеешь в виду Синдзи Икари.
Рей кивнула.
— А потом?
— Я помогала Икари-кун с домашней работой по истории.
Майя моргнула.
— А потом?
— Я помогала Икари-кун с химией.
