это оказалась всего лишь мышь или крыса, спрятавшаяся в подполе. В доме царил полумрак.
– Здесь никого нет, – сказал урядник. – Я имею ввиду, что никто не живёт.
– Он уехал, – на вид равнодушно согласился Трегубов, оглядывая прибранное, совершенно пустое помещение. – Ни мусора, ничего. И мы так и не узнали ничего о нём.
– Он мог соврать и о имени, и о роде занятий, – продолжил Выдрин.
– Мог, – согласился Трегубов.
– Нужно было его задержать, – посетовал урядник.
– За что? За то, что он приезжает летом, а девушки тоже исчезают летом. Вон, Ксения Михайловна тоже только на лето приезжает в деревню. Ничего необычного в этом нет, – возразил Иван.
– Это подозрительно, что в один день пропал и маори, и натуралист.
– Подозрительно. Тем более, что это он мне рассказал про аборигенов Новой Зеландии. И не предупредил меня об отъезде.
– Что будем дальше делать? – спросил молчавший до этого Колодов.
– С учётом всех обстоятельств, я бы предположил худшее, – ответил Иван, посмотрев на него. – Но нам нужно убедиться.
Они вернулись по тропинке чуть назад и свернули к реке. Затем пошли вдоль русла, внимательно осматривая травы и кусты.
– Там, – показал Колодов и уверенно пошёл вперед.
Выдрин и Трегубов двинулись за ним. В нескольких метров от берега, недалеко от места, где находился омут, лежало простенькое и неказистое женское платье и синий женский платок.
– Эти вещи похожи на те, что носит Мария Капитонова, – сказал Трегубов, поднимая платье.
– Третья жертва из одной семьи, – сказал Выдрин.
– Нужно найти тело. Если преступник не поменял схему, он должен утопить тело в омуте, – предположил Иван.
Внезапно Колодов присел на корточки.
– А это что?
– Что? – не понял урядник.
– Эти белые вкрапления в земле под платьем.
Трегубов и Выдрин присели рядом на корточки. Николай ковырнул землю ногтем.
– Опилки или стружка, – сказал Иван.
Трегубов поднялся, в его голове один за другим всплыли два случая. Яков Капитонов стряхивает со столика опилки и стружку, и Алексей Сидоров отряхивает одежду от опилок на пороге брата. Оба не женаты, у одного нет ноги, другой слабоумный. Иван задумался, а вслух сказал:
– Нужно искать тело, идём возьмём крюк.
Трегубов и Выдрин направились в деревню. Иван обернулся и увидел, что Колодов продолжает стоять неподвижно на месте, держа в руках платок Маши.
– Николай Васильевич, идёмте. Может, это не её, может она жива, – сказал Трегубов, понимая, насколько это фальшиво звучит.
Колодов вздрогнул и пошел за ним, опустив голову и глядя себе под ноги. Когда они подошли к дому Евдокии Васильевны, то обнаружили, что у калитки со скучающей миной слонялся Илюха.
– Привез тело? – спросил молодого урядника Выдрин.
– Да, оставил у отца Фёдора.
– А отчёт доктора? – Трегубов увидел в руках Илюхи конверт.
– Да, вот он.
Иван раскрыл конверт и стал тут же читать отчёт. Доктор считал, что Виктор Капитонов умер от удара по височной кости. В ране он нашёл фрагмент стружки.
– Что там? – спросил Выдрин, но Трегубов не ответил.
– Всеволод Иванович, берите крюк и моего коня, ищите тело, а мне нужно переговорить с вдовой Виктора Капитонова.
– Я помогу, – предложил Колодов.
Трегубов хотел сначала отказать: двух урядников было вполне достаточно, но потом посмотрел на Николая и решил, почему бы и нет.
– Хорошо, идите втроём.
Когда Иван зашёл в избу, Евдокия Васильевна и Антонина Ильинична беседовали, вспоминая что-то из общего прошлого. Последняя выглядела относительно успокоившейся.
– Евдокия Васильевна, сделайте одолжение, не могли бы Вы сходить к отцу Фёдору и узнать, когда привезут тело Виктора Петровича, может у него есть какие-то новости.
– Да, схожу, – вскочила на ноги хозяйка, обрадовавшись ответственному поручению, – прямо сейчас и пойду.
Когда Прохорова ушла, Трегубов сел напротив рыжеволосой женщины и попросил:
– Расскажите мне, пожалуйста, Антонина Ильинична, как Вы стали утопленницей?
– Не знаю даже с чего начать, это так сложно, – растерялась та.
– Начните с Вашего покойного мужа.
– Виктор, он, – на глаза Капитоновой навернулись слёзы, а голос изменился, – он никогда не хотел быть священником, хотел его отец.
– Его отчислили из семинарии?
– Да.
– А что с Яковом, братом Виктора? Я слышал, что он был в Вас влюблён?
– Да, проходу не давал. Но мне нравился Виктор, и мы начали встречаться, когда он ещё в семинарии был. Никто не знал об этом.
– Вы забеременели? – спросил Трегубов.
– Да. Как Вы узнали? – удивилась женщина.
– Ваша первая дочь родилась на следующий год после того, как Вы, якобы утонули. Что было дальше?
– Виктор, он признался во всем отцу, и тот сказал, что он должен на мне жениться.
– Но ему выпал жребий идти в солдаты, верно? – спросил Трегубов. – И тогда вы втроём с его отцом и придумали эту историю с утоплением.
– Это было нехорошо, – Капитонова опустила голову, – но решало все проблемы. Яков был помешан на мне. Проще было бы, чтобы он думал, что я погибла, утонула, ут случается такое, чем сказать, что я выхожу за его брата.
– После чего его не сложно было убедить пойти вместо брата в солдаты?
– Отцу Петру было трудно принять такое решение, – ответила Антонина Ильинична, – они оба его сына. Но у Виктора была я, которая ждала ребёнка. Не знаю, где он взял деньги, мы всегда жили бедно, но отец Пётр где-то достал приличную сумму, чтобы мы смогли уехать в столицу и обосноваться там.
– И больше Вы никогда не бывали здесь?
– Ни я, ни Виктор. Пока не пришла телеграмма о смерти отца Петра. Он был и мне как отец, после смерти моих родителей, но Виктор настоял, что он поедет один.
– Вы знали, что Яков вернулся из армии?
– Да. Именно поэтому Виктор не хотел, чтобы вся эта история вышла наружу.
– Вы ещё не встречались с Яковом?
– Нет. Не успела. Сразу сюда.
– И не встречайтесь пока, – посоветовал Трегубов.
– Хорошо, как скажете.
Открылась дверь, и вошла хозяйка. Она жалостливо посмотрела на Капитонову и сказала:
– Привезли. Привезли тело Вашего убиенного супруга.
– Евдокия Васильевна, Вы не проводите Антонину Ильиничну, она в расстроенных чувствах. Ей нужна помощь.
– Конечно, конечно, идёмте, милая, – засуетилась Прохорова.
19.
Тело привезли через час. Нашли быстро потому, что уже знали, где искать. Евдокия Васильевна ещё не вернулась. Они занесли тело в сарай, долой от любопытных глаз. Четверо мужчин стояли над Марией Капитоново, её лицо посинело и распухло. Руки и ноги были стянуты верёвками. Илюха был бледен, как смерть. Колодов выглядел злым и решительным. Иван пытался привести мысли в порядок. Ему казалось, что он знает уже достаточно, чтобы
