Читаем без скачивания Тени Великого леса - Георгий Смородинский

— Так Древние Боги погибли?

— Я же сказал, что никому тогда не под силу было их развоплотить, — покачал головой Гоэрим, — но что-то у Древних всё-таки в той битве пошло не так — иначе почему, уже практически разгромив объединенную армию, Титаны вдруг начали отступать? Причем их отступление больше походило на паническое бегство. Преследовать их никто не стал — у нас едва тогда хватило сил уничтожить разобщенную армию измененных, которых оставила магия их хозяев…

— У нас?!! — челюсть Макса непроизвольно поползла куда-то в сторону паркета.

— Да, у нас, — кивнул князь, — в том бою я командовал сотней слышащих ветер. И в том же бою погибли мои дед и отец… Мы живем долго, Максим, и некоторым из нас Создатель иногда дарит повторное рождение, но чаще смерть бывает необратима. Впрочем, я отвлекся. От пленных нам удалось узнать, что титаны пришли на Карн из Лемурии, о местонахождении которой нет информации даже у богов. Но самое главное, что мы узнали: смерть одного из Древних десятикратно ослабит остальных. Впрочем, в том бою нам это не помогло бы никак. Титаны казались практически неуязвимыми, — вздохнул князь, — а преследовать их у нас, как я уже сказал, не было сил. — Гоэрим поднялся и, заложив руки за спину, прошелся вдоль стены, на которой висели какие-то портреты. — Примерно через полсотни лет мы узнали, что Валефос, Вепар и Халфас погрузились в странное, похожее на сон состояние. В устье Стикса, на юге материка, измененные воздвигли три циклопические пирамиды, куда поместили своих спящих повелителей. За стены этих сооружений не в силах были проникнуть даже боги. Две с половиной тысячи лет длился их сон…

— Но почему же за это время не уничтожили всех их последователей?

— Титаны уснули, но их магия — нет, — покачал головой князь. — Какому правителю захочется рисковать своим народом? Да и кому было вторгаться в Даркан? Эльфы сцепились в братоубийственной войне, Торгар объединил под собой все свободные орочьи кланы и стал угрожать Эрантии с запада, Паучиха протянула свои щупальца в сторону Крайтских гор, среди богов возникли разногласия, а полторы тысячи лет назад на Карн вторглись армии Велиала… Нет, конечно, некоторые боги пытались проникнуть за стены пирамид, но, увы, в этом не преуспели.

— А сейчас, как я понял, Древние проснулись?

— Их кто-то разбудил. Не представляю, какая для этого понадобилась сила, но это произошло, и сейчас в Даркане собирается огромная армия.

— А почему вы считаете, что её целью будет именно Великий лес?

— Потому, что так сказали призраки Морриган, и ни у короля, ни у меня нет оснований не доверять посланникам богини. Месяц назад я отправил парламентеров на границу тумана в надежде найти там хоть кого-нибудь из твоих родичей, Максим. Но так и не получил от них до сих пор никаких вестей.

— И вы хотите, чтобы я доставил ваше послание тому, кто сейчас возглавляет Великий Дом Крадущихся в Ночи, — кивнул Макс, — а зачем это вам? Я уже взрослый мальчик и давно не верю в не подкрепленные материальной выгодой благие намерения.

— Взрослый он, — усмехнулся князь, — ну что ж. Мой род и род короля не участвовали в Кайренской резне. Крадущиеся тогда, если ты не знаешь, за каждого своего погибшего взяли с Четырехлистника троекратную цену. Два из тех четырех Домов после Войны Разделения стали светлыми, Накилон мертв, Дилаэрна убил Коэгрим. Мстить больше некому, воин!

— Накилон — это король-друид, волей которого был изгнан Дом Крадущихся, а кто такой Дилаэрн? — слегка ошарашенный потоком информации, уточнил Макс.

— Дилаэрн — Великий князь Дома Сумеречного Тумана, он и Накилон выжили в Кайренской резне. Четырехлистник — Великие Дома, выступившие против Дома Крадущихся в Ночи. Два Великих князя в том бою погибли, погиб и Великий князь Лаорэйн, а через семь месяцев его сын Коэгрим отомстил Дилаэрну за своего отца.

— Из-за чего хоть всё это произошло? Чем помешал королю наш Дом?

— Это долгая история, Максим, и я готов рассказать её тебе, когда ты вернешься от своего Великого князя с ответом. Сейчас скажу только, что одной из причин было, скорее всего, то, что Коэгрим имел больше прав на престол, чем дочь Нокилона, Амелия. Все остальное потом. Не хочу разъяснять тебе сейчас тонкости эльфийской политики. Вот посмотри, — князь снова сел в кресло и, сдвинув в стороны кружки, расстелил на столике небольшую карту. — Это Дикий лес, — он ткнул пальцем в зеленый, выступающий на восток кусок территории Великого леса. Армия Даркана пойдет, скорее всего, отсюда, с юго-востока. Твои родичи первыми примут на себя её удар. Я сомневаюсь, что Стена Тумана сможет остановить Древних. Со светлыми договориться не выйдет — слишком много крови лежит между нами, и я даже благодарен перекрывшим наши границы демонам. С людьми мы последние столетия тоже не очень ладили, но они, — Гоэрим обернулся к висящим на стене портретам, — они же смогли остановить армию империи на границе Великого леса? Почему бы этого не попробовать сделать нам? Теперь ты представляешь, какое важное дело я хочу доверить тебе?

Вам доступно задание: „Миротворец“.

Тип задания: уникальное.

Доставьте в Дикий лес послание Великого князя Гоэрима главе Великого Дома Крадущихся в Ночи.

Награда: опыт, вариативно, повышение репутации с расой темных эльфов, повышение репутации с Великим Домом Куницы, повышение репутации в Великим Домом Утренней Росы.

Внимание! В случае отказа от задания или его невыполнения репутация с темными эльфами, Великими Домами Куницы и Утренней Росы изменится до неприязни.

Внимание! Задание ограничено по времени и должно быть исполнено в трехмесячный срок.

— Вы же в курсе, что мне и моей группе будет сложно добраться до Дикого леса? — приняв задание, спросил князя Макс.

— Поверь, это самая меньшая из трудностей, что перед тобой стоит, — ответил ему Гоэрим. — Когда ты и твои товарищи будете готовы отправиться к Стене Тумана, сообщи об этом Орвилу. — Князь кивнул на молчавшего все время разговора сына, — он снабдит твой десяток экипировкой и отправит на границу Дикого леса. И поторопись, Тень, времени у нас не так много — если армия Древних уже собрана, то на границе с Великим лесом она будет примерно через полгода…

„Что-то слишком много впечатлений для одного дня, — выходя из княжеского терема, думал Макс, — американцы эти, рассказ Аленки, девчонка с лисьим хвостом и под конец знакомство с главой Великого Дома“. Тилвит тег сказала, что почти все приключения, которые предстоит пережить его группе, как-то связаны с Ромкой. Интересно, каким таким боком сюда приплетены эти Древние? Лемурия — забавное, однако, название… А вот то, что Великому лесу грозит вторжение огромной армии каких-то измененных уродов — это совсем сейчас не в тему. Что это? Заранее придуманное разработчиками игровое событие, или всё происходит спонтанно? Скорее всё-таки событие, иначе князь не сказал бы, что помочь этому Великому лесу должны игроки. Но ведь для этого их всех нужно собрать в одну большую кучу, пообещав при этом не меньшую кучу разнообразных плюшек…. А многие ли захотят сейчас рисковать набранными уровнями, испытывая при этом боль? Всё плохо — большинство попавших сюда до сих пор, наверное, считают всё происходящее вокруг игрой, и им нет никакого дела до всех темных эльфов вместе взятых, а объяснять каждому, что ему грозит в случае уничтожения Великого леса, — занятие неблагодарное.

— Эй, чувак, погоди, — голос преградившего ему дорогу сто восьмидесятого рейнджера-игрока с ником Тарзан вывел его из раздумий. — Давай рассказывай, о чём ты там с Орвилом тёр, — сложив перед грудью руки, потребовал тот.

Вокруг них собралось еще человек десять высокоуровневых ребят, одетых в цвета Великого Дома Куницы.

„А ведь и правда похож, — хмыкнул Макс. — Темная кожа, слегка оттопыренные уши, массивная нижняя челюсть. — Ему еще обезьяний хвост приделать и можно смело пускать на деревья“.

— Ты чё, нубяра, оглох? — недобро сощурившись, поинтересовался „сын обезьяны“, как тут же окрестил его Макс.

— Если ты спрашиваешь про князя Орвила, — сделав ударение на слове „князь“, ответил он стоящему перед ним парню, — так вали и спрашивай у него сам.

Не обращая внимания на раздавшиеся вокруг возгласы, воин двинулся в сторону открытых ворот представительства. Дерзко? Пожалуй, но Макс всю свою сознательную жизнь на наезды отвечал подобным образом. Другого языка такие вот деятели не понимают. А то, что он сто восьмидесятый, — так краснеть сейчас желающих нет, в городе к тому же полно патрулей, которым вся окружившая его компания, несмотря на их высокие уровни, что называется, на один зубок.

— Ты что же, говнюк, еще не понял, где находишься? — развернув Макса за плечо, прошипел ему в лицо „сын обезьяны“. — Ты думаешь, тебя кто-то тут будет убивать? Ошибаешься. Я просто опущу тебя до половины ХП и посмотрю, как ты будешь корчиться в оргазме. Я даже не покраснею при этом, а…