Ганка удивленно посмотрела на нее, похоже не замечая повисших в воздухе «ароматов». Она просто поднялась по лестнице и открыла дверь высокой деревянной постройки. Оказалось, «аромат», окружающий голубятню, был еще цветочками. Зловоние, которое вырвалось изнутри, буквально сбивало с ног. Из глаз Женьки ручьями потекли слезы. Рядом кто-то глухо всхлипнул. Женька вытерла слезы рукавом и испуганно сжалась. Прямо перед ней стоял худой парень в коричневой длинной накидке. Одежда и борода незнакомца сливались по цвету со стоявшими вокруг деревянными клетками, и Женьке показалось, что над ней повисли два водянистых светло-синих глаза и почти такого же цвета нос. Удивленно хлопая белесыми ресницами, парень прижимал к груди серого голубя.
– Здрассти, – промямлила Женька и, прокашлявшись, нарочито громко отчеканила: – Срочно надо отправить сообщение бабушке-королеве в соседнее государство.
– Это кто же так решил? – насмешливо процедил хозяин голубятни.
– Я, – раздалось из-за спины. – Принцесса Исильга.
Тонкие губы голубятника недоверчиво поползли в сторону. Несколько секунд он разглядывал вошедшую девушку и, кажется, не знал, как реагировать. Бесцеремонно отодвинув Женьку, Исильга повернулась к парню спиной, приподняла картуз и показала метку.
– А я Клим. Хранитель княжеских почтовых голубей. Пиши, – прошептал он, настороженно выглядывая в маленький оконный проем.
Не дожидаясь второго приглашения, Исильга прошла к столу. Взяла в руки потертое перо. Пока она писала, Женька восторженно рассматривала голубей. За голубями ей доводилось наблюдать часто. Не специально – просто они были везде. Голуби сидели за окном ее комнаты, важно прохаживались по школьному двору. Толстые, медлительные. Но почтовые голуби княжества Киронского отличались от обычных сизарей, как спортсмен от повара. Из клетки на Женьку смотрели мощные, подтянутые, но в то же время легкие птицы. Казалось, что острые перья, плотно прилегая к туловищу, создавали обтекаемые овалы, заточенные на длительный быстрый полет.
Почесав пером за ухом, Исильга черкнула последние слова и свернула послание в трубочку. Клим уже ждал с зажженной свечой. Восковая лужица лениво расплылась по узелку на веревочке, перетянувшей свиток. Женька едва успевала следить за слаженными действиями авантюристов. Неприметный серый голубь привычно вскочил на подставленную руку, опустил круглый глаз, словно проверяя, крепко ли привязали письмо к лапке, и нервно забил крыльями, предупреждая, что к полету готов. Клим снова выглянул в окно. Дружинники у терема, как и прежде, дремали, опершись на копья. Голубь встрепенулся, вылетел в проем и взял знакомый курс.
Исильга облегченно вздохнула, присела на табуретку, но Клим внезапно схватил ее за шиворот и одним движением засунул под клетку. Не успев охнуть, Женька оказалась там же. Несмотря на тщедушный вид голубятника, он оказался довольно сильным. Под клеткой запах был еще концентрированнее. Дышать стало совсем невозможно. Женьке показалось, что если она сейчас же не выскочит на свежий воздух, то как минимум потеряет сознание, а может и вообще лишиться жизни. Стыдно и страшно было умирать такой молодой, да еще на подушке из голубиного помета. Но только она собралась выбраться наружу, как снизу по лестнице загремели тяжелые шаги. Дверь с грохотом распахнулась.
– Кто приказал выпустить голубя? – услышала она знакомый голос Ильдара.
– Княгиня Синегра велела отправлять приглашения на свадьбу, – спокойно ответил Клим.
Женька даже позавидовала выдержке главного голубятника княжества.
– Где голуби, доставляющие свитки в соседнее королевство? Я их забираю.
– А как же приглашение для бабушки-королевы? – удивленно пробормотал Клим.
– Сам отправлю, – буркнул Ильдар.
Два красных сапога с загнутыми вверх носами протопали прямо перед девочками и скрылись за дверью. Кажется, опасность миновала. Опираясь на кончики пальцев, Женька выползла из-под клетки, и тут же тяжелая холодная капля звонко шлепнулась на щеку. В голову сразу полезли самые неприятные мысли. Неужели после сидения в навозе, голуби ее еще и сверху пометили? Но нет. У клети стоял Клим. Почерневшим от времени ковшиком он зачерпывал воду из ведра и пил какими-то рваными, нервными глотками. Только сейчас Женька поняла, что, несмотря на показное спокойствие, главный голубятник испугался внезапного появления княжича не меньше, чем они.
– Клим, – тихо позвала Исильга, выглядывая в оконный проем, – ты никогда не получал с голубиной почтой маленькие горшочки или еще какие-то странные вещи?
Услышав вопрос, Клим подавился и судорожно закашлялся. Скукожившись, он колотил себя кулаком в грудь, исподлобья бросая на Исильгу испуганные взгляды. Наконец приступ прошел. Парень медленно вытер с бороды капельки воды.
– Откуда ты знаешь? – прошептал он. – Это же тайна, за которую можно и языка лишиться.
– И откуда княгиня получает эти посылки? – проигнорировав вопрос, спросила Исильга.
Голос Клима от страха стал похож на шуршание сена.
– Что это за посылки, я понятия не имею. Княгиня всегда отправляет вон того голубя сама, – Клим кивнул на одиноко сидевшего в клетке пернатого. – Более ни для каких посланий его не использует. Ждет его княгиня здесь. Возвращается голубь быстро, не успеет яйцо свариться. И приносит маленький мешочек. А уж, что там внутри, я не знаю.
– Раз голубь успевает долететь, взять поклажу и вернуться обратно, пока варится яйцо, значит, летает он куда-то недалеко.
– Может, и недалеко, – испуганно пробормотал Клим. – Только путь голубиный лежит к болоту. Туда, где живет ведьма. Вчера он снова принес посылку.
– Вот туда нам и надо. Проведешь? – спросила Исильга, гипнотизируя голубятника взглядом.
Клим яростно замотал головой и опустился мимо табуретки. Женька бросилась к нему, чтобы помочь, но парень начал медленно заползать под стол.
– Я знаю дорогу к болоту, – прошелестело из-под клетки.
Женька с Исильгой вздрогнули от неожиданности и, как по команде, обернулись. Отряхивая с грязных рук прилипшие катыши, наружу вылезла Ганка.
– Правда, мамка всегда говорила, чтобы я туда не совалась. Проклятое оно.
– Не бойся, – пробормотала Женька. – У меня есть маячок для предупреждения об опасности.
Не прощаясь с Климом, девочки выскочили из голубятни и понеслись к ограде.
Глава 9
Домик на болоте
Последние лучи солнца, запутавшись в тяжелых еловых ветках, словно подмигивали шаркающим по пыльной дороге путницам. Женька устало вздохнула. Вот и сегодняшний день пролетел как одна минута. Хотя за эту «минуту» она чуть не сгорела на костре, спасла Исильгу от казни, незаконно пробралась на чужую территорию… В общем, насыщенная событиями «минутка» получилась.
После голубятни запах леса казался волшебным. К вечеру пряно-ванильные ароматы становились то сладкими, то чуть горьковатыми. Они волновали и, кажется, исцеляли, потому что железные обручи, сжимавшие Женькину голову, лопнули, уступая место необъяснимой радости. Но хорошее настроение продержалось недолго. Вскоре благоухание леса сменилось сначала едва заметным, а потом все более терпким запашком тины. Под ногами протяжно чавкнуло. Женька удивленно опустила глаза. Лапти теперь проваливались и увязали
