и поднесши Ея Императорскому Величеству крест к целованию, покропил святою водою и говорил краткую поздравительную речь»[140].
Так торжественно императрица Екатерина II въезжала в Москву для совершения церемониального акта коронования на российский престол.
Екатерина II вполне заслуженно получила титул «Великой». Во Франции надеялись, что она первым делом возобновит боевые действия против Пруссии, но она отказалась от кровопролития и, неожиданно для бывших союзников, провозгласила принцип восстановления мира в Европе, столь необходимого народам воюющих держав, и заявила о политике поддержания «спокойствия и тишины» на севере Европы.
Но при этом особое внимание императрицы было обращено на юг. В 1768–1774 гг. проходила русско-турецкая война, в которой Кронштадт служил основной базой русского флота. Здесь снаряжались и отсюда уходили в Средиземное море эскадры Архипелагских экспедиций [141].
В начале октября 1772 г. в Кронштадт прибыл адмирал С.И. Мордвинов с задачей провести инспекцию укрепления. Он нашел «Кроншлот» и «Цитадель» в хорошем состоянии. В это время закончили работы по исправлению повреждений, причиненных очередным наводнением. По мнению Мордвинова, Среднюю и Купеческую гавани следовало укрепить дополнительно. Этими работами в Кронштадте занимались с завидным постоянством.
Императрица Екатерина Великая
Как ни был оригинален проект кронштадтских доков, необходимость в ускорении откачки воды становилась все насущнее. Впервые вопрос об установке «огненной» машины вместо ветряных мельниц, обслуживающих сухие доки Кронштадта, поднял англичанин адмирал Ноульс, находившийся в русской службе с 1770 г. Он изложил свой проект вице-президенту Адмиралтейств-коллегии графу И.Г. Чернышеву в 1774 г., но еще в 1773-м ему же поступила записка от Екатерины II с запросом «О махине в Англии выдуманной, которой огнем вода выливается из док и канал. За нее требуется 15 000 р. И ее употребление поспешнее всех других мельниц для выливания воды и на ней исходит не более 180 сажен дров в год»[142].
«Махину» купили, и в конце лета на двух кораблях отправили из Шотландии первую партию механизмов, которая вместе с английскими мастерами прибыла в Кронштадт 30 октября 1774 г. Остальное поступило несколько позже, но в конце года сборка машины началась. Правда, не обошлось без конфликтов: помощник инженера Джемс Смит объявил, «что ему положенного на провизию и квартиру числа денег недостаточно», и потребовал, чтобы ему платили, как и инженеру Адаму Смиту Англичане устроили даже небольшую забастовку, но в конце концов требования англичан удовлетворили. При этом была попытка выдавать им провизию натурой. Нашли трактирщика, но он согласился снабжать англичан пищей, «выключая напитки, т. е. водку и пиво». Видимо, зная привычки англичан, он испугался возможности обанкротиться.
Как всякое новое дело, монтаж паровой машины сопровождался всяческими техническими проблемами и даже небольшим пожаром. Но 6 июня 1777 г. состоялся первый пробный пуск машины, оказавшийся удачным.
Важнейшее событие в истории Кронштадта произошло 7 мая 1780 г. В этот день утвержден герб Кронштадта, который представляет собой щит, разделенный на две части вертикальной линией. В левой части на голубом фоне серебряная башня с маяком, в правой – на красном фоне море и остров, на котором изображен корабельный котел.
Неоднократно поднимался вопрос о необходимости использования камня при строительных работах в гаванях и крепости, но реально к этому вернулись только в 1780-х гг. В 1783-1790-х гг. каменными построили в Военной гавани бастион № 1 «Фридрихсгамский», куртину до бастиона № 2 и частично до бастиона № 8. В эти же годы построили каменную Купеческую стену на протяжении ее между двумя полу-бастионами. На этом работы остановились до конца XIX в.
Герб Кронштадта
В 1783–1798 гг. одели в гранит и самый старый форт крепости – «Кроншлот». Его старую башню постигла печальная участь. В 1741 г. она ремонтировалась, и под нее подвели каменный фундамент. К 1747 г. башня пришла в полную ветхость. Архитекторы конторы Кронштадтского канала Ферстер и Фан Звитен, мастера Гюйсман, Клевес и Ригер составили проекты возобновления Кронштадтской башни: один – мазанковый, другие – в камне.
13 июля 1749 г. Сенат одобрил проект каменной башни. В 1753 г. приступили к возведению нового основания и фундамента по чертежам, составленным ранее И. Люберасом. В 1756 г. эти работы завершили. К тому времени утвердили новый проект башни, составленный архитектором X. Кнобелем, при этом выяснилось, что возведенные основание и фундамент недостаточны для вновь спроектированной башни.
Вновь к строительству башни на существующем фундаменте обратились в 1836 г., когда спроектировали интересную по решению планов и фасадов башню, но с мрачным ее назначением – под морскую тюрьму. Проект не был реализован. Больше к вопросу о строительстве башни на месте старого «Кроншлота» не возвращались.
Тем временем опять обострились отношения со Швецией, которая не хотела смириться с потерями, и к концу 1780-х гг. уже не оставалось сомнений в скором начале очередной войны. Понимая это, на Котлине срочно начали приводить в оборонительное состояние центральную крепость и «Александр-шанц». На южном берегу косы построили редут «Эмилия» и батарею «Владимир», а между ними – вал с ружейной обороной. В 1787 г. началась война.
20 июня шведский флот вошел в Финский залив, намереваясь разбить русский флот, а его остатки заблокировать в Кронштадте, затем высадить 20-тысячный десант в районе Ораниенбаума и «Красной Горки» и оттуда начать наступление на Петербург. 26 июня Екатерина приказала командующему Балтийским флотом адмиралу С.К. Грейгу выйти навстречу врагу, и 6 июля состоялось сражение у острова Гогланд. Шведский флот был вынужден отступить и укрыться в Свеаборге. Кронштадт получил очень нужную передышку и возможность значительно укрепить свои оборонительные возможности. Очередная война закончилась в 1791 г.
Во второй половине правления Екатерины II активно велось строительство каменных домов Кронштадте.
Как уже упоминалось, Морской госпиталь в Кронштадте открыт Петром I в 1717 г. В 1723-м он переехал в северо-восточную часть острова, на участок, который занимает и ныне. Пожар, случившийся в Кронштадте 3 ноября 1761 г., уничтожил деревянное здание госпиталя, поэтому решили строить каменный госпиталь, предположительно на 2000 коек. Первый проект составил в 1762 г. один из петровских пенсионеров М.А. Башмаков. С 1736 г. он служил в Адмиралтейств-коллегии в качестве бессменного помощника главного архитектора, сначала – И.К. Коробова, затем – С.И. Чевакинского.
Однако это проект не утвердили, и в следующем, 1763 г. проект кронштадтского госпиталя составил С.И. Чевакинский. Однако и этот проект не был осуществлен, как и следующий – Ж.-Б. Деламота, хотя 16 октября 1765 г. архитектор получил за него вознаграждение. Виной этому, опять же,
