Карен смущенно отвернулась к окну.
– Глупо, конечно, но он стал мне сниться, когда я начала читать книжку про шотландскую леди, обещанную знатному богачу, которого она не любила. Она была уже немолода и знала, что у нее нет выбора, но никак не могла заставить себя назначить день свадьбы. Однажды в те места, где она жила, пришел бродячий табор.
Нико прищурился, с иронией взглянул на нее.
– Так вот откуда взялся цыган в рубашке из алого шелка?
Она покраснела и кивнула.
– Люди из города отворачивались от цыган, в глаза называли их ворами и убийцами. Как-то вечером, на закате, к маленькому дому, стоящему на окраине вересковой пустоши, подъехал цыган. Он гарцевал на белом коне, в гриву которого были вплетены цветы и алые ленточки, на упряжи звенели серебряные бубенцы.
Воображение Карен тут же нарисовало скачущего по тропинке всадника. Вот он все ближе и ближе… И тут Карен увидела, что на коне сидит Нико.
Теперь Нико догадался, почему он так легко дозвался до нее. Подсознательно она уже была готова к тому, чтобы в ее жизни появился цыган.
– Ну, и что же случилось дальше?
– Женщина влюбилась в него. Она знала, что придет день и табор уйдет. Но это был ее последний шанс стать счастливой, и она отбросила прочь сомнения и страхи. Она стала встречаться с цыганом на болотах, предаваясь любви и не думая о будущем. Но случилась беда: их увидели вдвоем.
– Ого! Не повезло, а?
– Жених отвернулся от нее, люди в городе стали ее презирать…
– А цыган уехал и оставил ее с ребенком.
– Нет. По крайней мере, я не могу этому поверить. Он сказал, что вернется за ней, что любит ее и не может без нее жить. Он сказал, что ничто не разлучит их.
– И он вернулся?
– Не знаю. Я не дочитала книгу до конца. Я даже не хочу знать, чем закончилась эта история, так я могу придумать свой конец.
– А сон, тебе все еще снится этот сон, да? Поэтому ты плакала прошлой ночью?
– Да. Я чувствую, что он не вернулся к ней.
Карен поднялась и подошла к вешалке около входной двери.
– Я пойду прогуляюсь, – сказала она, натягивая перчатки и куртку. – Мне надо поразмыслить над тем, в каких рамках должны держаться любовники.
Задумавшись о книге, Карен не услышала ответа Нико. «А цыган уехал и оставил ее с ребенком», – это невинное замечание не шло у нее из головы.
Неужели он беспокоится об этом? В конце концов, он тоже цыган, но на острове их никто не увидит, а вот в городе кто-то разыскивает ее.
Кто мог быть ее преследователем? Карен надоело вспоминать прошлое. Даже если все, что сейчас происходит с ней, всего лишь фантазия, она, пусть ненадолго, поверила в нее. Она хотела чувствовать тело своего любовника рядом со своим разгоряченным любовью телом, она жаждала страсти. Залитые солнцем пляжи и ласковый шум прибоя, конечно, замечательно, но сейчас она была согласна и на сырые туманные болота, лишь бы быть рядом с любимым. Где же ты, цыган на белом скакуне?
8
Слэйд-Айленд
Прежде Нико и калачом не заманили бы на кухню. А теперь он собрал грязные тарелки, сложил их в раковину и потянулся за моющим средством. Моя посуду, он стал обдумывать сложившуюся ситуацию.
Итак, ему удалось вернуть Карен Миллер-Миддлтон к жизни и избавить ее от встречи с дотошным репортером. А потом в ее полубессознательном состоянии он увез ее из больницы на пустынный остров, где нет ничего, кроме снега, льда и пронизывающего холодного ветра.
Карен сейчас не отличала сон от яви и не отвечала за свои поступки, а он занимался с ней любовью. Мало того, Нико знал, что не устоит перед искушением вновь обладать ею, если хоть на минуту потеряет контроль над собой.
Глупо было обманывать самого себя: не только Карен поверила в придуманную им сказку, но и он сам. Рядом с ней его охватывало непреодолимое желание и он знал, что хочет ее, хочет, чтобы их фантазия стала реальностью. Нико никак не мог совладать со своими чувствами, взять себя в руки. Притяжение, которое он испытывал к Карен, было слишком сильным.
Он пытался не думать о Карен, но каждый раз вспоминал ее голубые глаза, в которых вспыхивали ответные страстные искры.
Последние шесть лет чувствам не было места в его жизни. До вчерашнего дня он думал, что это навсегда. Выход своим эмоциям Николай Шандор находил в интеллектуальной деятельности, в своих исследованиях. Отношения же с женщинами не выходили за рамки секса. Умение любить умерло в нем. Его сердце подчинялось разуму, и в нем ни разу не вспыхнул огонь страсти. Он ни о ком не заботился, ни к кому не был привязан.
Но сейчас все вдруг изменилось.
Нико чертыхнулся.
Надо поговорить с Маком. Линкольн Макаллистер втянул его в это дело, так пусть теперь и вытаскивает отсюда. Нико должен вернуться в город, к своей работе. Впрочем, кого он обманывает? Ему хочется только одного – быть рядом со своей снежной королевой.
Схватив теплую куртку, Нико выскочил на крыльцо и стал осматриваться по сторонам в поисках Карен. Снегопад прекратился, и он видел чуть ли не весь остров. Карен надела черную куртку, он легко бы ее заметил на фоне снега, но его принцесса как сквозь землю провалилась. Вокруг была только застывшая природа, скованная льдами.
– Карен, где ты? – окликнул он ее. Ветер подхватил его слова и унес, не оставив даже эха. Как он мог отпустить ее одну?! Скалы обледенели, она не знает острова и могла заблудиться, могла упасть и… Где теперь искать ее?
Нико побежал, ругаясь так, что даже его отец, привыкший к крепким словечкам, покраснел бы. Если с ней что-то случилось, Нико никогда себе этого не простит.
Нико падал и вставал, и вновь бежал. Обледеневшая тропинка привела его к реке. Привязанный катер в такт набегавшим волнам зловеще бился о причал. Монотонное глухое постукивание наполнило Нико предчувствием беды.
Внезапно над головой Нико раздался печальный крик чайки. Он бросился вверх по тропе, цепляясь за обледеневшие выступы, обогнул огромную гранитную глыбу. На каждом шагу он рисковал сорваться вниз.
– Карен! – в отчаянии крикнул он.
Карабкаясь по скользким камням, он спустился с противоположной стороны и пошел вдоль берега, ругая себя на чем свет стоит. Карен еще недостаточно окрепла для таких прогулок. Это небезопасно. Ее надо вернуть в дом, где он сможет…
Сможет что? Ладно, Нико, посмотри правде в глаза. Что ты собираешься делать с ней? Как врач ты сделал все, что от тебя зависело: вернул ее к жизни, вывел из комы, придумав для нее прошлое. Как мужчина ты воспользовался сложившейся ситуацией и занимался с ней любовью. Это что касается прошлого и настоящего. А будущее? Что ты планируешь делать в будущем?
Они не могут оставаться на острове вечно. С чего он взял, что несколько дней, проведенных на Слэйд-Айленде, вернут Карен память? Ладно, предположим, память вернется к ней, рассужал Нико. И что она тогда предпримет? Вернется в Миннесоту? Несомненно. Карен Миллер – смелая женщина, в этом Нико не раз имел возможность убедиться. Скорее бы найти ее. А потом они вместе решат, что делать дальше. Потом…
