После этого, я облегченно откинулась на подушку. Не люблю скрывать правду. Особенно от него. Такое ощущение, что Кэмерон всегда знает, что я лгу, но, тем не менее, слушает все с серьезным лицом. Нервирует.
— Где это место? — спросила я Кристину, оглядывая стерильные стены, и потолок. Тусклый свет торшера у стены, почти не разгонял мрак, так что видела я не много.
— Мы в Первом медицинском павильоне. В университете. Это ближайшая больница. — Кристина вдруг стала недовольной: — Аура, и все же, что произошло?
— Где Лиам?
— Он решил, что будет лучше, если он сегодня не придет, но он очень переживал. Сказал, что навестит тебя, когда ты успокоишься. — Кристина внезапно смутилась.
Он просто переживает, что я узнала правду, вот и не приходит. Наверное, составляет новый план, чтобы в конец меня довести.
— Вот как…хм. — пробормотала я. После нескольких секунд молчания, продолжила: — Думаю, тебе тоже стоит пойти, и отдохнуть. Я изрядно потрепала вам всем нервы. Мне очень жаль. Я сожалею, правда. Иди домой, и выспись. Ты должна быть готовой к завтрашней победе над Лиамом.
— Ты уверена? — Кристина с сомнением смотрела на меня сверху вниз. — Мне совсем не в тягость. Я даже взяла с собой учебники. Комната без твоего присутствия, уже не такая.
— Все хорошо, Кристина. Я ведь завтра вернусь. — Я не была в этом уверена, но должна была сказать. — У тебя глаза навыкате, тебе нужен отдых.
— Ты уверена? — опять спросила она. — Потому, что ты меня почти убедила! Я готова уже сдаться, Аура, так что ты можешь просто взять, и сказать: «нет, Кристина, останься здесь, оберегай меня от злых духов, пока я буду спать».
Я в голос рассмеялась. Кристина такая забавная. Хорошо, что она у меня есть. Чем раньше я узнаю, что задумал Лиам, и зачем он делает эти ужасные вещи, тем быстрее я смогу защитить свою подругу от него.
— Ну ладно, ты меня убедила. Но знай. — Девушка встала на ноги и нравоучительно закончила: — Если тебе что-нибудь, что угодно, понадобиться, напиши сообщение, и я принесу это! — Она воинственно вскинула кулак в воздух, затем обняла меня, и ушла.
Тишина. Я даже не слышала, шума в кабинете медсестры. На меня вновь навалились мысли, и осознание произошедшего. Если все это правда, и мне не померещилось, значит, Лиам хочет показать мне то, что я забыла и с этим как-то связан мой дневник. Лиам знает, что я сделала в прошлом. Знает, и ему доставляет удовольствие смотреть как я мучаюсь. Лиам будет по кусочкам давать мне мои воспоминания, уничтожая новые, счастливые связанные с ним.
Сдерживая слезы жалости к себе, достала телефон, и увидела нашу совместную фотку на экране, где мы втроем, — я, Лиам и Кристина. Парень сам настоял на фотографии, а я была слишком смущена, чтобы оказаться.
Слеза скатилась по виску. Неприятное ощущение.
Нужно удалить все фотки.
Сделаю потом.
Я вытерла свободной рукой глаза, и дрожащими пальцами набрала сообщение:
Ава, ты меня уговорила. Я действительно должна найти свой дневник, и узнать, что со мной случилось.
Только я отправила сообщение, как дверь со скрипом отворилась, и в проеме появился (наверное, у меня помутнение рассудка), Адам Росс.
— Что ты здесь делаешь? — не слишком вежливо осведомилась я, и тут же от стыда зажмурилась: — То есть…мм…зачем ты пришел?
— Я случайно узнал, что тебя доставили в больницу, и решил удостовериться, что ты себя хорошо чувствуешь, — ответил парень, проскальзывая внутрь. Его густые волосы топорщились, словно он только что вышел из душа.
— Зачем?
— Ты забыла? — он обворожительно усмехнулся, приближаясь к моей койке: — Ты — девушка, которую я люблю.
В свете торшера, мимика его лица стала еще мягче и невиннее. Обманчивый вид.
Еще один образ — третий образ, что слишком обманчив.
Экейн, Лиам, Адам.
— Нет, я не забыла, как ты сказал это, — сварливо отозвалась я, глядя на него снизу-вверх, пока он шел ко мне медленным шагом, — и еще я помню, какие гадости ты наговорил Маритт, пытаясь бросить ее. Это было ужасно, нечестно и жестоко по отношению к ней.
— Я знал, что ты там стоишь, — ошарашил он, присаживаясь на то место, где сидела Кристина. У меня поползли мурашки по спине. Он совсем рядом с моей ногой. Хочу отодвинуться, но это будет слишком заметно. Он может решить, что я боюсь его.
— Ты знал, что я стою за деревом, и намеренно унижал ее? — недоверчиво переспросила я, с трудом переводя взгляд на его лицо.
— Я не мог дать ей то, чего она хотела. Я решил, что быстрый, но болезненный способ расставания будет более продуктивен, чем медленный и мучительный. Я ведь мог лгать ей, притворяясь, что люблю ее, и использовать. — Адам скрестил руки на груди, глядя на меня, с торжеством и серьезностью. Он хотел убедить меня в правдивости и весомости своих слов.
Искренность. В этом что-то есть.
— Надеюсь, это не Маритт причина твоей болезни? — мягко, и как-то отрешенно поинтересовался парень.
— Нет, — задумчиво произнесла я, продолжая смотреть на его бедро в темных штатах.
— О чем ты думаешь, Аура Рид? — Я вскинула голову, наткнувшись на усмешку шатена. — Неужели ты думаешь, что я прав?
— Я не… — не хотелось признавать это. — Не знаю, всегда ли такие поступки хороши.
— Думаешь, что иногда боль может быть сильнее истины? Хочешь сказать, что чтобы сохранить душевное спокойствие, следует лгать себе и окружающим?
Какой же странный разговор, в столь позднее время. За окном я видела кусочек луны, затянутый облаками, и ни единой звездочки. Светильник на столике рядом с кроватью давал лишь тусклый свет, от чего я почти не могла видеть лица Адама, но что я могла разглядеть и понять, так это то, что ему интересен разговор. Он полностью повернулся ко мне, положив руки по обеим сторонам от меня, и шепотом произнес:
— Я бы предпочел знать правду. Несмотря ни на что. Как бы больно мне не было, от того что я мог совершить, я бы хотел знать, что это, а не мучиться в догадках.
— Что? — я резко моргнула. Адам сидит с ровной спиной, уткнувшись взглядом в стену, отдающую серым цветом. Он повернул голову ко мне:
— Что?
Наверное, я задремала, и мне показалось, что Адам произнес эти странные слова.
— Да. Ты прав, — решила я. — Правда лучше всего.
— Иногда она может быть не такой хорошей, как ты думаешь. Иногда правда может ранить, — предупредил он, продолжая улыбаться мне. Он был так приятен сейчас, что казался моей галлюцинацией.
— Ложь может ранить еще сильней. — Я подумала про Лиама.
— Значит ли это, — Адам наклонился надо мной, теперь по-настоящему опустив руки по бокам от моего тела, под простыней: — Что теперь ты думаешь, что я поступил, правильно расставшись с Маритт?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
