— Аура, пообещай, что ты не станешь снова вмешиваться в неприятности.
— Обещаю, — меланхолично протянула я, глядя в потолок.
— Можешь пообещать больше не общаться с Адамом?
Я резко посмотрела на нее:
— Это будет слишком грубо по отношению к нему, ты не находишь? Я не могу так поступить, даже несмотря на то, что он фактически на моих глазах бросил свою девушку, и использовал меня. Я думаю, он не так плох.
— О боже, ты слишком хорошая. — Ава снова закатила глаза, переворачиваясь на спину. Теперь мы обе уставились в потолок, и длительное время молчали. Я продолжала думать и переосмысливать ее слова.
Мне действительно не следует общаться с Адамом? Но я не могу слушать чужие мнения, и делать по ним выводы. Мне кажется, Адам хороший человек. Наверное, про Экейна я думала точно так же, когда встретила его три года назад. Думала, что он — хороший парень, что он не причинит мне зла. А потом я исчезла.
— Уже достаточно стемнело, — оповестила меня Ава. В сумраке комнаты я различала лишь очертания подруги. Я кивнула, и хрипло произнесла:
— Спасибо, что ты пойдешь со мной туда. Я не смогла бы сделать это одна.
— Мы же с тобой лучшие подруги, девочка.
* * *
Из-за того, что дом был нежилым, он выглядел как декорации к фильму ужасов; возможно, все дело в том, что я знаю, что там случилось. Я помню, что здесь произошло, два года назад, и теперь мой мозг рисует картинки в голове. Окровавленные тела; мертвые глаза смотрят на меня.
Я в крови, и они в крови.
И, кажется весь мой мир окрашивается в красный.
Я медленно выдыхаю, когда Ава потирает мою спину:
— Ты в порядке?
— Я не могу это сделать. Я просто не могу, — пробормотала я, пятясь назад, и мотая головой. — Мои ноги не желают переступать порог. Они все еще там, да?
— Кто? — Ава смотрит на меня сочувствующе, и обеспокоенно. Я вижу это в темноте, и мне это не нравится. Но еще больше меня пугает перспектива войти туда.
— Я не хочу входить в дом.
— Аура, мы не можем здесь стоять. Соседи могут увидеть нас и принять за воров, — тихо сказала Ава, легонько подталкивая меня вперед, но я уперлась:
— Тогда давай просто уйдем?
Она замерла как вкопанная, не веря своим ушам. Потерла переносицу, шумно вздыхая.
— Хорошо. Скажи мне где твой дневник, и я принесу его.
— Ты не можешь войти туда, — мой голос задрожал от паники. Лица родителей все еще были перед моими глазами, и я не хотела, чтобы это же преследовало и Аву до конца ее дней.
— Послушай. Посмотри на меня. — Ава схватила меня за руки, и я нехотя перевела на нее взгляд. — Просто скажи где лежит этот дневник, и я принесу его, ладно?
Я снова бросила взгляд на входную дверь. Помню, что, когда я вошла в нее два года назад, я не сразу поняла, что я прикоснулась к крови на дверной ручке — я была слишком потрясена, чтобы осознавать это.
Теперь Ава хочет войти внутрь.
— Он лежит под тумбочкой с одеждой, — глухо произнесла я. — То есть… я не знаю, стоит ли она все еще там. — Я нервно облизала губы, и еще раз попыталась объяснить. — Когда войдешь в комнату, поверни налево. Там стоит камин. Рядом с камином, в углу стоял небольшой шкаф с моей одеждой. Под шкафом, находится небольшое углубление. Я выломала доски, и прятала туда свой дневник.
— Хорошо. — Ава облегченно отпустила меня, отстраняясь. — Теперь я войду внутрь, и заберу его. Ключ все еще лежит в кадке с кактусом, стоящим на подоконнике веранды? — Я неуверенно кивнула, и стала наблюдать, как Ава проскальзывает в невысокую калитку, и идет к дому.
Я шла точно так же, два года назад. В моем теле была жуткая усталость. Мне хотелось увидеть маму и папу, и попросить их отвезти меня в полицию, и в больницу, чтобы выяснить чья на мне кровь.
Но мне не нужно было выяснять это.
Стало все ясно, как только я вошла в дом.
Ава не выбежала с криком, как только скрылась за дверью, и я немного расслабилась, и принялась ждать ее возвращения.
Минуты текли раздражающе медленно. Я прислонилась спиной к забору, и опустилась на корточки, чтобы никто из соседей не увидел меня, и в таком положении длительное время следила за облаками, плывущими по небу, пока ноги не затекли.
Я поднялась.
Почему Ава так долго?
Вдруг что-то случилось?
Мысли одна хуже другой стали одолевать меня. Я полезла в карман за телефоном, но вспомнила, что оставила его в номере.
Я вновь присела, утыкаясь взглядом в неровности на асфальте.
Ну где же Ава?
Может, она нашла дневник, и читает его прямо сейчас? Нет, она бы так не поступила. Или, может быть поступила, если бы решила, что таким образом может уберечь меня от травмы. Что если в том дневнике…
Я услышала позади себя шаги, и резко подскочила. Ава бежала по дорожке ко мне. Проскользнув в калитку, она закрыла ее на защелку, и повернулась ко мне, сказав:
— Никакого дневника там нет, Аура.
Глава 9
В среду утром, я проснулась уже не в общежитии. Когда мы с Авой вернулись из Дарк-Холла, Кэмерон уже поджидал меня на автовокзале. Он был недоволен, узнав, что я навестила дом мамы и папы, а еще он был смущен моей реакцией на то, что он без моего ведома забрал мои вещи из комнаты, а я не была зла. Я отреагировала нормально, особенно после того, как мы с Авой не нашли мой дневник. После этой поездки в Дарк-Холл, все стало только запутаннее.
Ава все спрашивала, могла ли я перепрятать свой дневник в другое место, и я отвечала — нет. Я не могла этого сделать, потому что я люблю, когда все на своих местах. Это помогает держать под контролем свои мысли, свое поведение, и даже свою жизнь.
Я не перепрятала свой дневник. Кто-то другой сделал это. Кто-то, кто знал, что я собираюсь найти его, и узнать, что я скрываю от самой себя.
Это был Лиам? Я думаю и да, и нет. Если он хотел, чтобы я все вспомнила, тогда зачем ему прятать дневник? Это его игра? Он играет со мной в игры, словно я его кукла?
Кэмерон был счастлив, что я буду жить в одном доме с ним, фактически под его контролем, а я была рада, что теперь мне не придется видеть Лиама.
— Эй, — Кэмерон открыл дверь, и просунул внутрь моей светлой, просторной комнаты свою черноволосую голову, с идеальной прической. — Завтрак готов.
— Я уже иду, — пробормотала я, делая вид, что только что проснулась, хотя на самом деле я открыла глаза несколько часов назад.
Эта комната непривычна. То, что я здесь одна, тоже непривычно. Несмотря на то, что я два года была наедине с собой в больничной палате, привыкнуть к Кристине, ее будильнику в пять утра, и мстительным планам, над которыми она работала, было очень легко. И вновь я одна.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
