и, повернув обратно, едва смогла найти нужную дверь.
Наконец часы пробили тринадцать раз, и Наргиз достала кастрюлю. Айрин уже сидела за столом. Старуха принялась накладывать еду в тарелку, после каждой положенной порции глядя на внучку. Та неотрывно следила за действиями Наргиз. Когда третья ложка каши легла в тарелку — именно столько вчера было положено — старуха замерла и снова посмотрела на девочку. Та продолжала следить. Нос старухи обмяк, и она накинула ещё одну ложку, после чего решительно отставила тарелку. Со стороны стола раздался долгий вздох. Не оборачиваясь, Наргиз наложила себе те же четыре ложки, отрезала по куску хлеба — чуть больше, чем вчера — и подала еду за стол.
Аури старалась себя сдерживать, но всё равно съела свою порцию прежде, чем тарелка старухи опустела на половину. Под тяжелым взглядом она поблагодарила за еду и снова уселась на матрас. Обед немного помог, но Айрин понимала, что это ненадолго. Она хмурилась, вспоминая предыдущую ночь и боялась, что эту не выдержит. В голову лезли истории про обезумевших от голода, что бросались на других людей. Сейчас девочка их понимала. Когда стрелка часов перевалила за четыре, она подошла к Наргиз. Та как раз закончила убирать в комнатах постояльцев и присела отдохнуть в кресло. Приходу девочки старуха не обрадовалась.
— Чего тебе? Ужин в шесть — буркнула она, не поднимая головы.
— Я хотела поговорить насчет денег на еду.
Нос старухи медленно повернулся к девочке.
— И что же ты хочешь сказать?
— Дома мы добывали слизь из личинок скрабов и продавали её. Я могу добывать эту слизь и здесь.
— И это всё? — презрительно скривилась Наргиз — Слизь из жуков? Кому ты собираешься её продавать? Детишкам вроде тебя? По грошу за банку?
— Отец продавал её аптекарям. Он говорил, что за неё платят серебром.
Старуха замерла, уставившись на Айрин.
— Серебром? Серебром за слизь?
— Она ценная и используется во многих снадобьях.
— И ты можешь её достать? Здесь, в Плесиле?
— Я видела скрабов в канализации.
Наргиз задумалась, опустив голову.
— Чушь — наконец произнесла она — Если бы в канализации было что-то, за что платят серебром, все бы давно об этом знали.
— Там стоят решетки.
— Серебро от людей решетками не спасешь.
Айрин пожала плечами.
— Не знаю. Но там точно есть слизь, и за неё платят серебром.
Старуха снова задумалась.
— И что тебе нужно, чтобы принести эту слизь?
— У меня есть костюм, оружие и инструмент — вслух принялась перечислять Айрин — Значит, мне нужны лишь банки, чтобы собрать слизь. А еще хлеб — спохватилась Аури — На него нужно будет выманивать скрабов. И ужин — я его съем сейчас, потому что поздно вернусь.
Голод сделал из девочки превосходную актрису. Наргиз с подозрением поглядела на внучку, но та невинно смотрела ей прямо в глаза. Ворча, старуха выделила требуемое. Поев, Аури собрала всё необходимое, тщательно обмотала копье шкурами и отправилась к знакомому входу в канализацию. Весь хлеб она съела по дороге, и к куполу подошла, ощущая приятную сытость в желудке.
В зале из красного камня было темно, но не так, как ожидала Айрин. Кто-то из обитателей зажег свечу, кое-где в стены были вставлены факелы. В смутном свете все фигуры казались тёмными тенями, и Айрин, соблюдая осторожность, аккуратно дошла до дальнего прохода. Уже по знакомому пути они добралась до решетки и, используя копье как рычаг, выломала прутья и просунулась между ними. Там она переоделась в костюм, затолкала уличную одежду в сумку и уверенно зашагала вглубь тоннелей. Первый обитатель встретил её через несколько шагов. Одна стена была покрыта наростами из ороговевшей плоти. Если приглядеться, то можно было увидеть, как из этих наростов прорастают прозрачные нити. Едва Айрин вступила в тоннель, нити поднялись, словно потянулись к ней. Айрин обошла это место, не приближаясь к наростам. Это был «ползучий след» и часто встречался в Змеевых Пастях. Стоило коснуться нитей, как из наростов выстреливали клейкие языки, и притягивали жертву вплотную, чтобы медленно переваривать. Один язык был слаб и неопасен, но их выстреливало до десятка на каждый метр поверхности, и отбиться от них было непросто.
Дальше она увидела зелёную пыль, покрывавшую пол. Затем отметила едва видимые полосы из черной жижи, по бокам которых оставались четкие отпечатки четырехпалых лап. Всё это были старые знакомцы. И все они были опасны. А ещё на стенах то и дело мелькали отметки ауры. По давней привычке Айрин попробовала найти какую-то связь, но быстро бросила.
Нужное место Айрин нашла спустя десять минут. В одной из комнат, где сходились несколько туннелей, на полу вдоль стены собиралась жижа. В ней-то и копошились личинки. Здесь они были гораздо жирнее и в больших количествах, чем в Пастях.
Скрабы, отложив яйца, мигрируют в другие места, не заботясь о судьбе потомства. Поэтому главное в поиске личинок скрабов — не наткнуться на стаю скрабов. Айрин повезло, в тоннелях не было ни малейших следов стаи, и, обрадовавшись удаче, она потеряла бдительность. Быстрым шагом пересекая комнату, Айрин не заметила липкие узкие полосы на полу и почувствовала опасность, лишь когда в одном из тоннелей заколебался воздух. Подняв голову, она увидела «кентербрийского наездника». Черная тварь, поворачивая бронированную голову с жвалами, вышла из прохода в пяти метрах от девочки. Гибкое тело на четырех суставчатых ногах оканчивалось мощным хвостом. С ног стекала та самая слизь, оставляющая паутину дорожек. Туловище твари высотой в два метра защищал панцирь из хитина, а две метровые клешни заменяли лапы и свободно вращались во все стороны. Отец рассказывал, что победить «наездника» непросто.
Айрин бросилась бежать. Она мчалась из всех сил, в панике ударяясь об стены на поворотах. «Наездник», звонко стуча лапами по каменному полу, гнался за нею. Где-то в пути Айрин свернула не туда, и тоннель внезапно вывел её в огромный резервуар, похожий на перевернутый купол. Разогнавшаяся Айрин едва удержалась на ногах, сбегая по пологому склону. Почти у самого низа она прыгнула на другую сторону и развернулась. Слабый свет из далеких потолочных ламп тускло освещал помещение. Тварь, бежавшая следом, не тратила время зря. Она прыгнула на Айрин, едва показавшись из прохода. Айрин отпрянула в сторону. Удар — удар — удар! Тварь, разъяренная промахом и тремя укусами, развернулась и бросилась вперед, на девушку. И снова Аури отпрыгнула в сторону. Удар — удар! Тварь замерла на месте, разглядывая жертву, потом начала обходить ее слева. Девушка переступила на правую сторону. «Наездник»
