Я тоже кивнул.
– Да, это минут двадцать ходьбы отсюда...
До сих пор я в их нерадостный разговор не вмешивался. Еще раньше, когда мы готовили чай на кухне, Алиса предупредила меня, чтобы я ни в коем случае не затевал споров с Гийомом.
– Понимаешь, он все-таки - лорд, а ты простой воин, - сказала она извинительно. - Да и воином ты стал, знаешь, слишком недавно. К тому же, ты, пусть нечаянно, ударил его, а такого Гийом ещё никогда никому не прощал.
В общем, она просила меня быть поосторожнее. И сама отстранилась, когда я, пользуясь уединением, попытался её быстренько поцеловать.
– Нельзя-нельзя, Гийом может догадаться...
Свет клином сошелся на этом Гийоме! Моя инстинктивная неприязнь к нему начинала усиливаться. Тем более, что и сам Гийом, будто нарочно, старался её вызвать: в течение всей их беседы с Герриком и Алисой он меня демонстративно не замечал, ни разу не обратился ко мне и даже не глянул в мою сторону, будто меня вообще среди них не было. Он даже не кивнул из вежливости, когда я поставил перед ним чашку с чаем. Кровь у него действительно быстро остановилась, однако горбатый нос, по которому я врезал затылком, жутковато распух и теперь представлял собой сизую сливу, невесть каким образом выросшую среди нежных, почти девичьих щек. Сердце радовалось, глядя на её сочные переливы. Видимо, и на лице моем отражалось некоторое злорадство, потому что Алиса посматривала на меня с некоторой озабоченностью, Гийом же теперь, поворачиваясь в мою сторону, неприятно втягивал носом воздух, морщился, кривился, причем весьма заметно, а в ответ на эту мою первую реплику невероятно задрал брови:
– Прошу прощения, брат, - надменно сказал он. - Почему простой воин вмешивается в разговор двух владетелей? Или одновременно с посвящением ты не объяснил ему правила хорошего тона? Тогда это могу сделать я - своим мечом...
– Не можешь, - коротко ответил Геррик, бросив на меня предостерегающий взгляд из-под хмурых бровей.
– Почему, не могу, брат?
– У него нет меча...
– Ах, нет меча?!. - как-то даже с энтузиазмом воскликнул Гийом. Тогда, брат, я не понимаю, почему он сидит среди нас. Воин без оружия - это простолюдин. Если он воин, то пусть он идет - и добудет себе свой меч!
– Нет, он останется здесь, - так же коротко ответил Геррик.
– Почему, опять же позволь спросить, мой повелитель и брат?..
– Потому что - я так решил!
Геррик поднял ладонь и беззвучно, но с силой опустил её на клеенку стола. Камень на безымянном пальце брызнул синими искрами.
Гийом сразу же склонил голову.
– Слушаюсь, мой брат и наследственный владетель Алломара!.. Милость твоя поистине не знает границ...
Мне почудилась в его голосе плохо скрываемая издевка. Я вдруг вспомнил тот разговор между Алисой и Герриком, который случайно подслушал. Когда Алиса сказала: Знаешь, я не очень верю Гийому. Пусть лучше он будет там, а не здесь...
Неудивительно, что и Геррик это тоже почувствовал.
– Брат, - сказал он ледяным тоном, глядя Гийому в глаза. - Брат, ты что-то имеешь против моего решения? Если у тебя есть возражения, брат, выскажи их мне. Я их выслушаю, и мы подумаем, что здесь можно сделать. Но если у тебя, брат, нет возражений по сути, прими мой ф е т т а г, как решение главы Дома Герриков. Надеюсь, ты не оспариваешь мое право быть законным владетелем Алломара?
– Нет, - сказал Гийом после томительной паузы.
– Благодарю тебя, брат.
Геррик медленно, будто усилием, опустил и вновь поднял веки, вздохнул.
Я чувствовал, что сейчас произойдет что-то страшное. Лицо Геррика было бледно-спокойным, голос - ровен, а обе ладони лежали на цветистой клеенке. Однако это было спокойствие бомбы со взведенным взрывателем - одно касание, один звук, одно легкое колебание, и - смерть вспорет воздух зазубренными осколками.
Я боялся пошевелиться - не то чтобы что-то сказать.
Пауза отчаянно нарастала.
И вдруг Алиса, до сих пор почему-то молчавшая, прижала тонкие пальцы к стыку ключиц на горле, вдавила их, точно ей что-то мешало, тоже вдохнула, выдохнула и побледнела не меньше, чем Геррик.
– Они нас нашли, - звенящим голосом сказала она. - Вы слышите? Койотль взял след!..
Геррик и Гийом разом повернули к ней головы. Я увидел легкое недоверие в глазах обоих. И Алиса, вероятно, также его увидела, потому что, глядя в пространство, будто противоположной стены перед ней не было, оторвала руки от горла, медленно развела их над круглой столешницей и положила поверх ладоней Геррика и Гийома.
Оба они вздрогнули, как от удара электрического тока.
– Да, - сказал Геррик. - Они нас нашли!..
У него даже волосы зашевелились, точно наэлектризованные. А Гийом сдернул плащ, и на широком кожаном поясе поверх джинсов у него обнаружился такой же меч, как у Геррика.
– Надо уходить отсюда!.. Скорее!.. Быть может, успеем!..
– Кой-й-йотль!.. - сквозь стиснутые зубы веско напомнил Геррик.
– Все равно. Там - наши люди. Надо идти!..
Я не очень соображал, о чем это они пререкаются, и Алиса наскоро объяснила, что она внутренним зрением почувствовала приближение койотля. Она чувствует такие вещи гораздо лучше, чем братья. Женщины вообще лучше чувствуют.
– Скоро он будет здесь. Надо что-то предпринимать. Ты - с нами? спросила она. - Учти: тебя койотль, скорее всего, не тронет.
Они все трое посмотрели на меня, ожидая. Сжатые губы Геррика, ироническое презрение в глазах Гийома, синева горящих надеждой зрачков Алисы.
Она была сейчас очень красива.
– А куда? - спросил я.
– Сначала - туда, где нас ждут слуги и воины. А потом - дальше. Вселенная велика. Решай!..
Алиса была права, хотя меня это вовсе не вдохновляло.
Одно дело - помочь человеку в беде, в данном случае - Геррику, когда он был ранен, помочь его сестре, помочь его младшему брату, хотя Гийому, если бы не особые обстоятельства, я бы ни за что помогать не стал, не нравился мне Гийом, ну его, пусть сам выкарабкивается, и совсем другое оставить квартиру, где я прожил последние годы, оставить, видимо, навсегда, сюда я уже не вернусь, - оставить всю прежнюю жизнь, работу, каких-никаких приятелей, сделать шаг в пылающий звездами черный простор Вселенной. Мне это было непросто. Я начал вдруг понимать, что такое судьба. Сейчас или никогда.
Молчание черезчур затягивалось.
– Ну ладно, у нас нет времени, - нетерпеливо сказал Гийом.
И отвернулся.
Он уже за меня все решил.
Именно в этот момент зазвонил телефон.
Я даже подпрыгнул от неожиданности. А когда, будто нечто живое, осторожно взял трубку, не сразу понял, кто это и чего от меня хотят.
– Я спрашиваю, Леня, вы не заболели? - трепетал в проводах заботливый голос Моисея Семеновича. - Отпуск давно кончился, а я вижу, что вас все нет и нет. Дай, думаю, позвоню...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
