Я видел это как бы со стороны: бледно-оранжевый круглый живот, выпяченный, точно груша, над ним - маленькие, почти детские лапки с цепкими коготками, выпуклые пластинки панциря - в ртутном свете они казались оливково-гладкими, - шипастый костяной нарост вокруг горла, и - ребристая продолговатая голова с вытаращенными по-жабьи глазами. Я, по-моему, видел молочные пленки, прикрывающие их сверху. Не знаю уж, как мне удалось это все рассмотреть. Даже слизь у раздутых ноздрей поблескивала совершенно отчетливо.
Двигался койотль с невероятным проворством: вот он только что шлепнулся из темноты на дальнем конце набережной, вот, как танк, развернулся, и вот он - уже где-то на середине. А вот - темно-бугорчатая свирепая физиономия совсем рядом. - Фыррр!.. фыррр!.. фыррр!.. выхрипывала забитая мокротой дыхалка. Жутковатое тинистое зловоние полезло мне в ноздри.
Я закашлялся.
– В сторону, отойди!.. - громовым голосом закричала Алиса.
Я и не подозревал, что она может кричать с таким напором. Меня оглушило, как рыбу, и, кажется, даже отбросило. Я почти ничего не соображал в эти минуты и, по-моему, успел сделать всего один-два шага в направлении тротуара. Ног я не чувствовал, будто шел на резиновых протезах. Кто-то, видимо, подоспевший Гийом, грубовато схватив, дернул меня за шиворот. Я едва-едва сохранил равновесие. А они с Алисой тоже отскочили к ближайшему дому.
Геррик уже стоял с мечом в руках, и по дымящемуся Эрринору стекал лунный отсвет.
Дальнейшее произошло очень быстро. Койотль взвился вверх и шлепнулся на то место, где только что находился его противник. Геррик же за момент до этого переместился метра на полтора. Причем, именно переместился, а не шагнул - как бы туманно размазался по всему интервалу движения. Я заметил даже отслаивающиеся от него силуэты. Клацнули по асфальту когти, громадной метлой шаркнул проехавший хвост, полетели листья - койотль тоже переместился. Взметнулись скрюченные передние лапы, дернулась угловатая морда. Зверь с быстротою молнии ринулся на добычу.
И в это мгновение Геррик сделал выпад мечом.
Они так и застыли некой скульптурной группой - человек, устремленный вперед и вытянувший правую руку; он, казалось, усилием воли удерживал наваливающегося на него ящера, и - койотль, не достающий до него буквально каких-нибудь сантиметров. Я видел мокрые усики, свисающие с изъязвленного подбородка.
Щелкнули треугольные зубы.
– Боже мой!.. - шепотом сказала Алиса.
Она прижималась ко мне всем телом.
Стукнула открытая форточка над нашими головами, и кто-то наверху задышал - громко и раздраженно.
– Безобразие!.. - сказал он через некоторое время. - Пораспускали здесь крокодилов. Куда милиция смотрит?.. - а потом, почти без паузы, потрясенно. - Ой, елы-палы!..
Форточка с таким же стуком захлопнулась, исчез желтый прямоугольник с асфальта, свидетельствуя, что свет в квартире поспешно выключили. Только тогда я заметил, что Геррик устремился вперед не просто так: лунный клинок Эрринора был наполовину погружен в грудь койотля, - не представляю, уж как он там сумел пробить панцирь, - и, вероятно, упершись в хребет, не позволял хвостатой туше приблизиться.
Впрочем, продолжалось это недолго. Койотль тоненько взвизгнул, как кролик, которого ущипнули за шкурку, когти его затрепетали в болезненном треморе, хвост печально и тяжело шлепнул по мостовой. А Геррик неуловимым движением выдернул меч и отскочил к тротуару.
– Классный удар!.. - заворожено сказала Алиса. И вдруг вытянулась как струна.
Медленное осеннее дуновение прошло вдоль набережной. Зашевелились звезды, заплескалась вода о гранитную облицовку, с железным шорохом унесся прочь ворох покоробленных листьев. Массивная туша койотля покачалась из стороны в сторону и, не удержавшись на лапах, опрокинулась навзничь. Брякнулась голова, со свистом опал оранжевый круглый живот, выпустив воздух; кончик хвоста пришлепнул пару раз по асфальту и вытянулся. Длинная судорога встопорщила чешуйки на теле. - Ох... - почти по-человечески, грустно вздохнул койотль, и над распростертой тушей его задымился уже знакомый мне густой белый парок.
Грузное тело рептилии быстро истаивало.
– Ох!.. - облегченно выдохнул я - почти, как койотль.
А Геррик тряхнул мечом, чтобы смахнуть темную кровь, и спокойным движением бросил клинок в ножны.
– Вот и все, - по-моему, немного рисуясь, сказал он.
Дуновение вдоль набережной прекратилось. Горел ледяной месяц, мертвели пятна пустого асфальта под фонарями. Тишина казалась невыносимой.
Ногти Алисы весьма ощутимо впились мне в запястье. Она дрожала.
– Что-что? - бешено оглянулся Гийом.
А сам Геррик будто прирос к месту.
Вдруг - тоже бешено оглянулся.
– Нет, ещё не все, лорд Геррик, - сказал звучный голос из темноты дворовой арки.
Вот когда я испугался до смертного холода. У меня перехватило дыхание, и кровь застучала в голову с настойчивостью часовщика. Ногти Алисы, казалось, вошли в кожу чуть ли не до костей.
Я едва удержал крик в горле.
Впереди по набережной, куда нам ещё только предстояло ступить, один дом несколько выдавался из ряда других фасадов, ближний к нему фонарь отбрасывал поперек мостовой чернильное отражение, арка лишь контуром камня угадывалась в непроницаемом мраке.
И мрак этот шевельнулся, и из него выступил человек, облитый серебряной пелериной. Влажно забелели глаза, в которых растекся месяц. Нос с горбинкой придавал лицу хищное выражение. Шапка курчавых волос выглядела, как парик, натянутый, чтобы изменить внешность.
И в руках его был клинок, огнем простершийся к Геррику, и опасное лезвие поднялось и отразило свет звезд.
– Лорд Тенто, - обреченно прошептала Алиса.
Гийом у меня за спиной скрипнул зубами.
Цокая металлическими подковками, Тенто неторопливо вышел на середину набережной, поднял левую руку, не глядя, расстегнул у шеи складчатую пелерину и небрежно отбросил её к решетке канала, оставшись в камзоле с пуфами, который покрывал звездчатый воротник.
Пуговицы отливали гранями бриллиантов.
– Вот мы и встретились, Геррик!.. - тем же звучным, раскатывающимся в ночи голосом сказал он. - Настал час решить, кто из нас прав, а кто - нет! Сделаем это, как подобает воинам!.. - Он поднял к лицу ладонь, и на внутренней её стороне вспыхнул яркий синеватый дымок. Такой же точно, какой я уже когда-то видел у Геррика. - Я, лорд Тенто, наследный владетель Берригора, честно и открыто вызываю на поединок тебя, лорд Геррик. Мы будем драться, пока одного из нас не возьмет смерть. Пусть слышат меня - все, кто этого хочет!..
И тогда Геррик тоже вытащил меч и точно так же поднял свободную руку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
