Это был мир льда и снега, ледников и расщелин, где все купалось в синих сумерках от трех лун, сиявших сверху.
Дети–китсуны практически голодали в загробном мире, потому–как лисе там было не на кого поохотиться.
Им пришлось охотиться на крошечных животных льдов: мышей, маленьких белых полевок, а иногда насекомых (Ах, гадость, подумала Бонни).
Они выживали, до тех пор пока сквозь туман и мглу, не увидели возвышающуюся черную стену.
Они следовали вдоль стены пока наконец не подошли к Хранилищу Врат с высокими шпилями, скрытыми в облаках. Они с трудом смогли прочитать написанные поверх двери на древнем языке слова. И эти слова были — «Семь врат»
Они зашли в комнату, в которой было восемь дверей наружу или выходов.
Через ожну из этих дверей они только что вошли.
И когда они смотрели на дверь, она становилась прозрачной, так что они могли видеть что другие семь врат ведут в семь разных миров, один из которых был раем кицуне. Одни врата вели к полю покрытому магическими цветами, в других были видны бабочки порхающие вокруг фонтана.
Еще одни опускали тебя в темные пещеры наполненные бутылками мистического вина Клариона Лоессе Черная Магия.
Одни Врата вели в глубокую шахту, полную драгоценостей размером с кулак.
Там также были Врата наградой в которых были все цветы: Королевский Радхика.
Этот цветок менял свою форму время от времени, от розы к кустику гвоздик, от гвоздик на орхидеи.
За последней дверью они увидели только огромное дерево, но последним из сокровищ по слухам должен был быть огромный звездный шар.
Теперь мальчик и девочка оба забыли о рае кицуне.
Каждый из них хотел что–то из разных Врат, но они не могли прийти к соглашению.
Правило гласило, что каждый член группы который достиг Врат мог пройти только в одни и те же врата, а затем вернуться.
Но в то время как девочка хотела веточку Королевской Радхика, чтобы доказать всем что они достигли своей цели, мальчик хотел немного вина Черная Магия, чтобы оно могло поддержать их жизненные силы на обратном пути.
Как только они не спорили, они все–таки не смогли прийти к соглашению.
Так что наконец они решили сжульничать.
Они одновременно откроют дверь и прыгнут в нее, схватят то что хотят, и выскочат обратно и уже будут вне досигаемости Хранилища Врат, до того как будут схвачены.
Как только они согласились между собой поступить таким образом, голос предостерег их, «Только вдвоем в одни ворота Вы можете пройти, чтобы затем суметь обратно дорогу найти.»
Но мальчик и девочка решили проигнорировать голос. Мальчик не мешкая вошел в дверь которая вела к бутылкам вина Черная Магия и в тот же самый момент девочка вошла в дверь ведущую в Королевский Радхика.
Но когда оба оглянулись вокруг не было даже признака двери или ворот за ними.
У мальчика не было недостатка в воде, но он навсегда был заточен в холоде и темноте и его слезы превращались в лед скатываясь по щекам.
Девочка могла любоваться прекрасным цветком, но у нее не было воды и еды и таким образом она пропала под ярким желтым солнцем.
Бонни задрожала, прелестная дрожь читателя ожидания которого оправдались.
Сказка, со своей моралью — «не будь жадным» напоминала истории из Красной и Голубой книг сказок которые она слушала в детстве, сидя на коленях у бабушки.
Она ужасно скучала по Елене и Мередит.
У нее была история, чтобы ее рассказать, но рассказывать ее было некому.
Глава 12
«Стефан, Стефан!» Елена слишком нервничала, чтобы оставаться за дверью спальни более пяти минут, за которые она успела выйти к шерифам.
Стефан был одним из тех кого офицеры хотели увидеть и не могли найти, казалось не рассматривая возможности того что кто–то может отступить и укрыться в комнате, которую они уже обыскали
И теперь Елена не могла добиться ответа от Стефана, который был заточен в объятьях Мередит и впился ртом в те две маленькие раны, которые сам сделал.
Елена была вынуждена потрести его за плечи, потрести их обоих, чтобы добиться хоть какого–нибудь ответа.
Тогда Стефан вдруг отступил. но поддержал Мередит, которая в противном случае бы упала.
Он торопливо облизал кровь со своих губ. И сейчас все внимание Елены было сосредоточено не на нем, но на ее подруге — подруге которой она позволила сделать это.
Глаза Мередит были закрыты, но под ними лежали темные, почти темно–фиолетовые круги.
Ее рот был открыт, и черные пряди волос были мокрые там где слезы упали на них.
«Мередит? Мерри?» Старое прозвище сорвалось с губ Елены. И затем, когда Мередит не показала никаких признаков того что слышит ее, она спросила. «Стефан, что случилось?»
— Я внушил ей в конце заснуть, — Стефан поднял Мередит и положил на кровать.
«Но что произошло? Почему она плакала — и что не так с тобой?» Елена не могла не заметить что кроме здорового румянца на щеках Стефана, взор его был затуманен.
— Я кое–что видел — в ее разуме, — коротко сказал Стефан и оттолкнул Елену за спину. — Сюда идет один из них. Оставайся тут.
Дверь открылась. Это был шериф мужчина, он был красный и запыхавшийся, и было ясно, что он сделал круг, возвращаясь в эту комнату после того как начал с нее обыскивать весь первый этаж.
«Они все в комнате — все кроме беглеца," сказал шериф в большое черное переговорное устройство. Шериф женщина что то коротко ответила. Затем мужчина с красным лицом повернулся чтобы поговорить с подростками. «Сейчас я собираюсь обыскать тебя» — он кивнул в сторону Стефана — «пока мой напарник обыщет вас двоих». Его голова дернулась в сторону Мередит. «Что с ней такое?»
«Ничего, что вы могли понять," Стефан ответил хладнокровно.
Шериф посмотрел так как будто с трудом мог поверить в то что сейчас было сказано. Потом вдруг он изменился в лице так как будто смог поверить и поверил и сделал шаг по направлению к Мередит.
Стефан зарычал.
Этот звук заставил Елену, которая стояла рядом с ним, подпрыгнуть. Это было низкое рычание дикого животного которое защищает своего товарища, свою стаю, свою территорию.
Румяный полицейский неожиданно побледнел и запаниковал. Елена предположила, что это случилось от того что он смотрел на рот полный зуб более острых чем его собственные, а также с оттенком крови на них.
Елена не хотела чтобы это превратилось в — это был … дуэль оскалов.
Как только шериф пробормотал своему партнеру, «Возможно одному из них все–таки придется всадить серебряные пули," Елена ткнула своего возлюбленного, который теперь издавал звуки похожие на громкое жужжание, мысленно упрекнула его, и прошептала, «Стефан Повлияй на него! Скоро подойдет другая и возможно она уже вызвала подмогу.»
