Самое кошмарное, что одна из белых, бесплотных костей свешивалась с края одной из урн.
«Это то, над чем работал Рональд, пока не пошел дождь.» сказала Селия," Это была, вероятно, смерть последнего коренного жителя и это — самоубийство.»
«Откуда вы знаете?»
… Рональд был отличным судебным патологоанатомом и я верю его толкованию этой истории».
«Которое состоит в?» Аларик снимал урны и кости на видеокамеру.
«Кто–то, мы не знаем кто, пробил отверстия в каждой из урн. Это случилось до начала хаоса. В городских записях сказано, что это акт вандализма — шалость, сделанная ребенком. Но вскоре после этого. отверстия вновь было запечатано, а руки жрицы погрузились туда до уровня запястий.»
С большой осторожностью, Селия сняла крышку с урны — той, где не было свисающей руки, чтобы показать другую пару продолговатых костей, немного менее бледных, с полосками одежды на них. Внутри урны лежали кости пальцев.
«Рональд считал, что бедняжка умерла, как только выполнила свой последний отчаянный поступок. Разумный, если рассматривать его с их точки зрения. Она порезала запястья — вы можетевидеть, как сморщены сухожилия в лучше сохранившейся руке, а потом она позволила своей крови стечь в урны. Мы знаем это, потом–что на дне урны есть остатки крови. Она пыталась соблазнить кого–то или, возможно, заманить обратно. Она умерла в этой попытки и ее тело, которое она вероятно до последнего сознательного момента удерживала около урн».
«Вот это да!» Аларик провел дрожащей рукой по лбу.
Фотографируй! Елена мысленно приказала ему, используя всю силу воли, чтобы передать приказ.
Она видела, что Бонни делала то же, закрыв глаза, сжав кулаки.
Как будто повинуясь их командам, Аларик фотографировал так быстро, как только он мог.
наконец, он закончил.
Но Елена знала, что без какого–то внешнего импульса, не было ни единого шанса, что он пошлет эти фотографии в Феллс Черч, пока он сам не приедет в город, а даже Мередит не знала, когда именно это случится.
Что же нам делать? глядя с мукой спросила Бонни.
— Что ж… мои слезы были настоящими, когда Стефан был в тюрьме.
Ты хочешь поплакать на него?
Нет, не совсем терпеливо сказала Елена. Но мы выглядим, как призраки. давай действовать так же, как они. Попробуй подуть сзади.
Бонни подула и они увидели, как задрожал Аларик и посмотрел вокруг себя, кутаясь сильнее в ветровку.
«А как насчет других смертей в вашей экспедиции?» спросил он, съежившись и по–прежнему бесцельно озираясь.
Селия начала говорить, но ни Елена, ни Бонни не слушали.
Бонни продолжала дуть на Аларика со всех сторон, провожая его к единственному неразбитому окну в здании.
Елена написала там пальцем по затемненному стеклу.
Как только она видела, что Аларик смотрел, она дышала на фразу:
«Отправь все фото второй урны Мередит!»
Каждый раз, когда Аларих подходил к окну она дышала на него, чтобы обновить слова.
И наконец он увидел это.
Он отпрыгнул назад почти на два фута.
Затем медленно подобрался обратно к окну.
Елена обновила надпись для него.
На этот раз вместо того, чтобы прыгать, он просто провел рукой по глазам, а затем снова медленно взглянул.
«Эй, мистер Охотник на призраков», сказала Селия, «Вы в порядке?»
«Я не знаю, «признал Аларих. Он провел рукой по глазам снова, но Селия подошла и Елена не дышала на окно.
«Я думаю, что видел… сообщения, чтобы отправить копии фотографий этих урн к Мередит».
Селия подняла бровь. «Кто это — Мередит?»
«Это одна из моих бывших студенток. Я полагаю, ей это будет интересно.» Он посмотрел на видеокамеру
«Кости и урны?»
«Ну, вы интересовались ими в молодости, если ваша репутация верна.»
«О, да. Мне нравилось смотреть, как разлагаются мертвые птицы. Или находить кости и выяснять, какому животному они принадлежали», покраснев, сказала Селия. " С шести лет. Но я не была обычной девочкой».
«Как и Мередит», сказал Аларик..
Елена и Бонни снова серьезно переглянулись.
Аларик имел в виду, что Мередит была особенной, но он не упомянул о своей помолвке с ней.
Селия подошла ближе:
«Вы собираетесь отправить ей фото?»
Аларик засмеялся:
«Ну это только лишь воздух. Я не знаю — может это мое воображение».
Как только Селия отвернулась, Елена еще раз подула на сообщение.
Аларих вскинул руки вверх в знак капитуляции.
«Я не думаю, что на острове Дум есть спутниковое покрытие», сказал он беспомощно.
«Нет," — сказала Селия. «Но паром вернется через день, и тогда вы сможете послать фотографии — если вы действительно собираетесь это сделать.»
«Я думаю, что лучше сделать это," — сказал Аларик. Елена и Бонни обе уставились на него, по одной с каждой стороны.
Но это было тогда, когда глаза Елены начали закрываться.
— Ох, Бонни. Извини. Я хотела поговорить с тобой после этого и убедиться, что ты в порядке.
— Но я падаю… я не могу…
Она сумела держать глаза открытыми. Бонни крепко спала в позе эмбриона.
«Будь осторожна», прошептала Елена, даже не уверенная, кому она это шептала.
И поскольку она уплывала, она знала о Селии и манере, с которой Аларик разговаривал с этой красивой, опытной женщиной только на год или немного старше, чем он.
Вдобавок ко всему, она почувствовала особый страх за Мередит.
Глава 14
На следующее утро Елена заметила, что Мередит все еще выглядела бледной и вялой, а ее глаза опускались, когда Стефан смотрел на нее.
Но это было время кризиса и, как только после завтрака была помыта посуда, Елена собрала всех в гостиной.
Они со Стефаном объяснили, Что пропустила Мередит в ходе визита шерифов.
Мередит слабо улыбнулась, когда Елена рассказала, что Стефан выгнал их как бродячих собак.
Затем Елена рассказала о своем бестелесном полете.
С одной стороны, хорошо, что Бонни была жива и здорова.
Мередит закусила губу. когда миссис Флауерс сказала это, потому–что ей захотелось пойти и вытащить Бонни из Темного измерения.
Но с другой стороны, Мередит хотела остаться и ждать фотографий от Аларика.
Если бы это спасло Феллс Черч…
Никто в пансионе не мог подвергнуть сомнению то, что произошло на Острове Погибели.
То же происходило здесь, на другой части света.
Уже у нескольких родителей в Феллс Черч службы защиты детей департамента Вирджии забрали детей. Наказания и ответные меры начались.
Сколько еще пройдет времени. прежде, чем Шиничи и Мисао превратят все детей в смертельное оружие или освободят тех, кто уже им оказался? Как долго, прежде, чем истеричные родители начнут убивать своих детей?
