«Наш лорд Уолтон здорово постарел, — подумал Рафаэль, — волосы совсем побелели да и поредели изрядно, и морщин вон сколько появилось. Только глаза пощадило всемогущее время. Чистые и ясные, они так и сияют молодостью и внутренней силой».
Пока лорд Уолтон знакомился с содержимым пакета, доставленного ему Рафаэлем, последний с интересом осматривал кабинет, в который попал впервые. Ему очень понравилась висящая на стене картина, изображавшая скачки.
— Хороши, не правда ли? — Лорд Уолтон наконец оторвался от бумаг. — Мой внук обожает эту картину. Ему только семь лет, а он уже без ума от лошадей.
— Они восхитительны, сэр, — поддакнул Рафаэль, ничего не понимавший в лошадях.
— Хотите бренди, капитан?
— Нет, благодарю вас, сэр, — ответил Рафаэль и собрался встать.
— Не торопитесь, капитан, я вам еще не все сказал. Я хочу поблагодарить вас от имени всего английского народа за все, что вы сделали. И пусть вас не угнетает мысль, что вы не можете больше приносить пользу. Это не так. Дело вот в чем: насколько я понял, вы собираетесь вернуться домой в Корнуолл?
— Совершенно верно. Хотя я, как вам, без сомнения, известно, не барон Драго. Но я хочу построить в тех местах свой собственный дом.
— Да, Морган мне об этом написал. — Лорд Уолтон сделал небольшую паузу. — Знаете, капитан, там полно контрабандистов. Боюсь, если их число будет и впредь возрастать так же быстро, как сейчас, это станет национальным бедствием.
— Насколько я понял, Епископ и поныне жив?
— Увы, я тоже так полагаю. Но, откровенно говоря, сейчас меня тревожит не это. Речь идет о некой организации, во главе которой стоит не Епископ. Этот человек называет себя Рамом.
Внимательно слушавший Рафаэль рассмеялся:
— Рам? Что за ерунда?
— Ерунда? Возможно. Но, к сожалению, вполне реальная. Капитан, вы когда-нибудь слышали о клубе поклонников адского огня?
— Да, насколько я помню, он действовал где-то в семидесятых — восьмидесятых годах прошлого столетия. Группа бесчестных и развратных молодых отпрысков из довольно благородных семейств решила перещеголять друг друга в греховности и распутстве. Кажется, они поклонялись сатане и считали своим долгом насиловать девственниц, причем чем больше, тем лучше, сколько могли раздобыть их агенты.
— Все правильно. К сожалению, ваши земляки решили возродить этот клуб, и этот самый Рам — их глава. Пока это относительно небольшая группа людей, насколько мне известно, их не более десяти. И в отличие от своих предшественников эти люди не афишируют свою деятельность, не кричат на каждом углу о грядущем пришествии сатаны, зато они всерьез взялись за молодых девушек. Я буду с вами до конца откровенен, капитан. Мы бы не стали вплотную интересоваться этой группой, если бы они не надругались над дочерью виконта Бэйнбриджа. Он в бешенстве и жаждет мести. Я обещал ему поговорить с вами и попросить помочь нам.
— Дочь виконта? Это довольно опрометчивый поступок, не понимаю, о чем они думали.
* * *
— Дело в том, что, видимо, все произошло по ошибке. Они все время называли ее каким-то другим именем — Молли или что-то в этом роде. Этот Рам, видимо, опоил ее чем-то, так что она мало что чувствовала и даже не кричала. А когда девушка пришла в себя, она была уже полностью одета и сидела, прислонившись к какому-то дубу в четырех милях от дома своей тети возле Сент-Остела.
— Значит, она просто навещала родственницу, и ее никто не знал?
— Совершенно верно. Нелепая случайность — и девчонка влипла в большие неприятности. Кстати, нам еще известно, что эти идиоты устраивают настоящий спектакль. Они напяливают какие-то нелепые одеяния, девушка смутно помнит черные балахоны и капюшоны, закрывающие лица. И еще они тянут жребий и насилуют свою несчастную жертву строго по очереди. Рам руководит этим действом, причем у него все построено на жесточайшей дисциплине и беспрекословном подчинении. Ну, что скажете, капитан? Сможете вы нам помочь разобраться с этим проклятым делом? Узнаете, кто такой Рам?
Прошло несколько секунд, может, даже минут, прежде чем Рафаэль ответил. Было видно, что сделанное предложение привело его в некоторое замешательство. Но помимо воли его мозг уже начал работать над проблемой.
— Я думаю, — медленно начал он, — пострадали еще и другие девушки?
— Да. Признаюсь, я посылал туда своего человека. Тот два месяца крутился в тех краях и кое-что выяснил. Начнем с того, что обычно отец девушки получает довольно внушительную сумму за девственность своей дочери. Поэтому никто не жалуется.
— Это же отвратительно! — воскликнул Рафаэль.
— Согласен, но эмоции лучше отбросить в сторону. Делу они не помогут. К сожалению, мой человек смог разобраться только в самых общих аспектах деятельности этой группы. Кроме того, он составил список местных молодых людей, которые показались ему наиболее вероятными кандидатами в члены этой организации.
В первый раз с начала их беседы Рафаэль усмехнулся:
— Я вам могу хоть сейчас назвать всю молодежь из этого списка. Это нетрудно. Значительно сложнее доказать преступную деятельность этих людей, а затем найти способ пресечь ее.
— Совершенно верно. А теперь судите сами. Вы — молодой человек из хорошей семьи. Ваше имя откроет вам любую дверь в тех местах. Кто, если не вы, сможет разобраться в этом деле? Я сумею по достоинству оценить вашу помощь, капитан. Выясните, кто на самом деле этот чертов Рам. Я обещал назвать его имя виконту Бэйнбриджу. Он рвется убить этого парня на дуэли. Я, например, считаю, он имеет на это полное право. Мужчина должен защищать свою семью, отомстить за нанесенное оскорбление.
— Мне будет позволено поговорить с дочерью виконта?
— Ни в коем случае! — Лорд Уолтон энергично затряс головой и даже привстал со своего удобного кресла. — Девушка слишком стыдится всего происшедшего. Она не сможет поговорить обо всем с вами, совершенно незнакомым человеком. Я с ней тоже не виделся. Вся информация поступает к нам от ее матери.
— Жаль, — вздохнул Рафаэль, — это было бы полезно. А она помнит, куда ее отвезли?
— В какой-то дом в окрестностях Сент-Остела, где-то в лесу. Она пошла погулять с собаками тетки, затем ей пришло в голову шалости ради убежать от сопровождавшего ее грума, тут ее и схватили. Она не видела ни одного лица, слышала только голоса.
— Она запомнила какие-нибудь другие имена, кроме Рама?
— Понятия не имею, мой мальчик. Бэйнбридж не хочет травмировать девочку и отказывается задавать ей вопросы. Думаю, его можно понять. Ну как, возьметесь за это дело, капитан?
— Хотелось бы знать, с этими людьми связывают еще какие-нибудь преступления? Убийства? Грабежи?
