металлов невозможны в нашей Вселенной в её текущем возрасте, если бы не видел одну из них собственными глазами. Возможно, она сформировалась в весьма нетипичных условиях, и…
– Прошу прощения, что перебиваю, уважаемый Яг, – сказал Ромбус, – но я регистрирую тахионный выброс.
Кейт резко развернул своё кресло в направлении стяжки.
– О боги, – произнёс Яг, поднимаясь на ноги. – Большинство звёзд входят в состав двойных и кратных систем…
– Мы не выдержим ещё одного сближения со звездой, – сказала Лианна. – У нас…
Но раскрытие стяжки уже прекратилось, и из неё выскочил крошечный объект. Максимальная апертура составила всего семьдесят сантиметров, после чего стяжка снова схлопнулась в неразличимую точку.
– Это ватсон, – объявил Ромбус. Автоматический коммуникационный буй. – Согласно сигналу транспондера, он с Гранд-Централа.
– Запустить воспроизведение, – приказал Кейт.
– Послание на русском, – предупредил Ромбус.
– ФАНТОМ, перевод.
Голос центрального компьютера заполнил помещение.
– Валентина Ильянова, управляющий, колония Новый Пекин, для Кейта Лансинга, командующего, «Старплекс». Красный карлик спектрального класса M появился из стяжки Тау Кита. К счастью, вектор его движения был направлен от Тау Кита. На настоящий момент неизвестно ни о каком материальном ущербе, хотя звезда создала нам трудности с запуском ватсона через стяжку. Это наша третья попытка связаться с вами. Нам удалось установить связь с астрофизическим центром на Реболло, и они сообщили, что из их стяжки тоже появилась звезда – в данном случае голубой гигант класса B. Мы пытаемся получить информацию по остальным активным стяжкам, чтобы установить, насколько повсеместно это явление. Конец сообщения.
Кейт оглядел залитое зелёным светом помещение мостика.
– Господи Иисусе… – тихо произнёс он.
Глава 9
– А я говорю, это нападение, – заявил Торальд Магнор, поднимаясь со своего места за навигационной консолью и усаживаясь на галерее для посетителей в паре кресел от Яга. – Пока нам вроде везёт, но вообще-то появление в системе ещё одной звезды может уничтожить там всякую жизнь.
Яг сложил две нижние руки в валдахудском жесте отрицания.
– Большинство стяжек находятся в межзвёздном пространстве, – ответил он. – Даже та, которую вы называете «стяжка Тау Кита», находится в тридцати семи миллиардах километров от этой звезды, вшестеро дальше, чем Плутон от Солнца. Я бы сказал, в пятнадцати из шестнадцати случаев появление ещё одной звезды почти не повлияет на близлежащие звёздные системы, а поскольку населённые миры редки и расстояния между ними огромны, риск нанести реальный вред планете с биосферой весьма невелик.
– А вдруг эти звёзды как бомбы? – сказала Лианна. – Вы сказали, что зелёная звезда очень необычна. А она может взорваться?
– Мои исследования только начались, – ответил Яг, – но я могу сказать, что нашему пришельцу жить ещё не менее двух миллиардов лет. А одиночные карлики класса M типа того, что прибыл к Тау Кита, вообще никогда не взрываются.
– Однако, – сказала Рисса, – они могли бы внести возмущения в облака Оорта систем, мимо которых проходят, отчего множество комет перейдёт на низкие орбиты и обрушится на внутренние планеты? Я припоминаю старую теорию о том, что коричневый карлик – кажется, его называли Немезида – мог пройти близко от Солнца и вызвать массовое выпадение комет в конце мелового периода.
– Ну, как потом выяснилось, никакой Немезиды не существует, – ответил Яг, – но даже если бы и существовала, в наши дни у каждой из рас Содружества достаточно ресурсов, чтобы справиться с угрозой столкновения с любым разумным количеством кометных тел – которым, замечу, понадобятся десятилетия или даже столетия, чтобы добраться до внутренних областей планетной системы. Это проблема будущих поколений.
– Но тогда почему? – спросил Тор. – Почему звёзды перемещаются? И нужно ли нам пытаться это остановить?
– Остановить? – рассмеялся Кейт. – Как?
– Уничтожив стяжки, – ответил Тор.
Кейт моргнул.
– Я не уверен, что их вообще возможно уничтожить, – сказал он. – Яг?
Мех валдахуда на мгновение пошёл волнами, отражая раздумья, и когда Яг заговорил, его лай звучал как-то приглушённо.
– Да, теоретически есть один способ. – Он смотрел на Кейта, но отводил обе пары глаз от его взгляда. – Когда первый контакт с людьми пошёл не так, нашим астрофизикам было поручено найти способ запечатать стяжку Тау Кита, если возникнет необходимость.
– Это возмутительно, – воскликнула Лианна. Яг обернулся к ней.
– Предусмотрительно. Всегда нужно быть готовым к худшему.
– Но уничтожить нашу стяжку! – вскричала Лианна, и на её лице появились незнакомые складки.
– Мы этого не сделали, – сказал Яг.
– Да даже просто думать об этом! Если вы не хотели видеть нас на Реболло, то должны были уничтожить свою стяжку, а не нашу.
Кейт обернулся к ней.
– Лианна, – тихо позвал он. Она обернулась, и он беззвучно, одними губами изобразил «Спокойно!». Потом снова повернулся к Ягу. – Вы нашли такой способ? Разрушить стяжку?
Яг приподнял верхние плечи в знаке согласия.
– Гаф Кандаро эм-Веэл, мой родитель, возглавлял проект. Стяжка – это гиперпространственный конструкт, связующее звено которого вытеснено в нормальное пространство. В гиперпространстве существует абсолютная система отсчёта. Именно поэтому эйнштейновское ограничение скорости там не действует; это нерелятивистская среда. Однако нормальное пространство – релятивистское, так что выход – то, что мы называем порталом стяжки, – должен быть заякорен относительно чего-нибудь в нормальном пространстве. Если бы удалось дезориентировать якорную точку так, чтобы она больше не выталкивалась из гиперпространства, то она бы просто испарилась во вспышке черенковского излучения.
– И как же можно «дезориентировать якорную точку»? – спросил Кейт; в его голосе прозвучал скептицизм.
– Ну ключом оказался тот факт, что стяжка – это и в самом деле точка, протяжённость она приобретает только при прохождении сквозь неё материального тела. Сферический массив генераторов искусственной гравитации, собранный вокруг неактивной стяжки, мог бы скомпенсировать локальную кривизну пространства-времени. Хотя большинство стяжек расположены в межзвёздном пространстве, они всё равно находятся в гравитационном прогибе, создаваемом нашей галактикой. Но если мы ликвидируем этот прогиб, якорю станет не за что держаться, и он – пуфф! – исчезнет. Поскольку неактивная стяжка очень мала, это можно проделать с помощью массива всего метр или два в диаметре, если подвести к нему достаточную энергию.
– «Старплекс» сможет обеспечить такую энергию? – спросил Ромбус.
– Легко.
– Да неужели? – усомнился Кейт.
– Так и есть, – ответил Яг. – Гравитация – это та сила, что «прогибает» пространство-время; всё, что делает искусственная гравитация – модифицирует этот прогиб. В нашей домашней системе в аварийных ситуациях мы пользовались гравитационными буями для того, чтобы разровнять пространство-время в ближайшем окружении и таким образом иметь возможность совершить гиперпрыжок из внутренних областей системы.
– И почему об это ничего не известно Астрофизической Сети Содружества? – резким тоном спросила Лианна.
– Э-э… потому что нас никто не спрашивал? – неуклюже огрызнулся Яг.
– Почему
