– равносторонний крест с длинными перекладинами. По мере движения лифта номер палубы уменьшался, а перекладины креста укорачивались. Когда они достигли палубы с номером 1, перекладины практически исчезли. Двое людей покинули лифт и вошли в радиоастрономическую обсерваторию «Старплекса».
Хек, мелкий валдахуд со шкурой более рыжего, чем у Яга, оттенка, склонился над столом в поклоне.
– Рисса, ваше присутствие – честь для меня, – произнёс он стандартную валдахудскую формулу приветствия самки. Потом слегка качнул головой в сторону Кейта: – Лансинг. – Самца, хотя бы даже и собственного босса, положено приветствовать подчёркнуто безразлично.
– Хек, – в том же стиле ответил Кейт и кивнул.
Валдахуд снова обратился к Риссе.
– Вам известно о том, что мы регистрируем шумы в радиодиапазоне? – Лающие звуки его речи заметались в тесном помещении.
Рисса кивнула.
– Так вот, первичный анализ не выявил в них периодичности. – Он скосил одну пару глаз на Кейта. – Сигнал, используемый в качестве маяка, обычно повторяется с периодом от нескольких минут до часов. Здесь нет ничего подобного. Собственно, я вообще не нашёл никаких следов периодичности. Однако, когда я начал анализировать сигнал более детально, обнаружились повторяющиеся структуры длительностью менее одной секунды. К настоящему времени мне удалось выявить шесть тысяч семнадцать таких элементов. Некоторые встретились всего раз или два, другие повторялись много раз. Некоторые – более десяти тысяч раз.
– О боже, – выдохнула Рисса.
– Что? – не понял Кейт. Она повернулась к нему.
– Это значит, что сигнал может содержать информацию. Это может быть радиообмен.
Хек поднял верхнюю пару плеч.
– Именно. Эти повторяющиеся элементы могут быть отдельными словами. Те, что встречаются часто – общеупотребительные слова, возможно, эквивалент местоимений и предлогов.
– И откуда эта передача ведётся? – спросил Кейт.
– Откуда-то со стороны скопления тёмной материи, – ответил Хек.
– И вы уверены, что это сигналы разумных существ? – спросил Кейт, ощутив, как у него забýхало сердце.
В этот раз Хек шевельнул нижними плечами.
– Нет, я не уверен. Во-первых, сигнал очень слаб. На сколько-нибудь значительном расстоянии его будет не отличить от фоновых шумов. Но если я окажусь прав и это действительно слова, то они подчиняются вполне различимому синтаксису. Ни одно слово никогда не удваивается. Некоторые слова встречаются только в начале или в конце передачи. Некоторые слова встречаются только после других слов. Возможно, одни – это прилагательные и причастия, а вторые – существительные или глаголы, смысл которых они модифицируют, или наоборот. – Хек помолчал. – Конечно, я проанализировал не все сигналы, хотя я их постоянно записываю для будущего изучения. Они поступают всё время, на более чем двухстах очень близких друг к другу частотах. – Он снова помолчал, чтобы дать им переварить сказанное. – Я бы сказал, что существует очень большая вероятность наличия внутри облака тёмной материи флота космических кораблей.
Кейт начал было говорить, но интерком на столе Хека запищал.
– Кейт, это Лианна.
– На связи. Что случилось?
– Я думаю, вам нужно подняться на мостик. Прибыл ватсон с сообщением, что «бумеранг» вернулся через стяжку Реболло 376А.
– Уже бегу. И, пожалуйста, вызови Яга. Конец связи. – Он взглянул на Хека. – Хорошая работа. Попробуйте поточнее локализовать сигнал. Я велю Тору совершить облёт облака тёмной материи и провести поиск тахионной эмиссии, радиации, вспышек толкателей или других следов присутствия чужих кораблей.
* * *
Кейт быстрым шагом вошёл на мостик, Рисса следом за ним. Они прошли к своим рабочим местам.
– Показать сообщения ватсона, – приказал Кейт.
Лианна нажала кнопку, и на ограниченном рамкой участке голосферы появилось изображение валдахуда со снежно-седой шкурой. ФАНТОМ подменил речь валдахуда её английским переводом в ушном импланте Кейта, хотя, разумеется, перевод не совпадал с движениями губ.
– Приветствую, «Старплекс». – Текстовая строка внизу изображения идентифицировала говорящего как Кайда Пелендо эм-Хута из Астрофизического центра Реболло. – Вернулся «бумеранг», посланный к стяжке, обозначенной как Реболло 376А. Я полагаю, вы предпочтёте остаться там, где вы есть, и продолжить исследования стяжки, чьё появление в сети необъяснимо. Однако я думаю, что Яг и другие захотят ознакомиться с записями «бумеранга», прежде чем вы вернётесь на базу. Записи приложены к данному сообщению. Я думаю, вы найдёте их… интересными.
– Ромбус, – сказал Кейт, – выведите записи «бумеранга» на голосферу. Посмотрим, что он там нашёл.
– Рад служить, – ответил Ромбус. – Загрузка данных; изображение будет готово через две минуты сорок секунд.
Лианна потёрла руки.
– То пусто, то густо, – сказала она, разворачиваясь лицом к Кейту и улыбаясь. – Ещё один сектор пространства открыт для исследования!
Кейт кивнул.
– Это не перестаёт меня поражать. – Он вылез из-за консоли и в ожидании готовности изображения принялся расхаживать по рубке. – Знаете, – сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь, – мой прапрадед вёл дневник. Уже перед самой смертью он составил список величайших открытий и изобретений, случившихся при его жизни: радио, автомобиль, самолёт, лазер, компьютеры, открытие ДНК, и прочее, и прочее. – Лицо Лианны выражало искренний интерес, хотя Кейт понимал, что остальные его разглагольствования могут считать скукой смертной. Ну и чёрт с ними; у директорской должности есть свои привилегии, главная из которых – когда ты говоришь, остальные обязаны слушать. – Когда я подростком прочитал его записи, я подумал, что мне будет нечего написать на этот счёт для своих потомков. Но когда изобрели гиперпривод и искусственный интеллект, открыли Стягивающую сеть, научились разговаривать с дельфинами, я понял, что…
– Прошу прощения, – прервал его Ромбус; огни его сенсорной сети вспыхивали в стробоскопическом ритме, который его народ использовал в качестве сигнала прерывания, – голограмма готова.
– Показывайте, – сказал Кейт.
Мостик погрузился во тьму, когда изображение окружающего «Старплекс» пространства исчезло с голосферы. Потом, полоса за полосой, её от правого края до левого начало заполнять новое изображение, постепенно освещая мостик. Когда процесс завершился, мостик снова словно оказался в открытом пространстве – пространстве нового сектора Галактики, который стал доступен народам Содружества.
Тор изумлённо присвистнул.
Яг в удивлении щёлкнул жевательными пластинами.
На новом небосводе также царила огнедышащая зелёная звезда, которая находилась примерно в десяти миллионах километров от стяжки, медленно удалялась от неё.
– По-моему, вы говорили, что зелёные звёзды – это редкость, – сказал Кейт Ягу.
– Это меньшая из наших проблем, – сказал Тор. Он снял ноги с консоли и обернулся лицом к Кейту. – Стяжка не была активирована, пока «бумеранг» не прошёл через неё.
Кейт непонимающе уставился на него.
– И это видео он снял до того, как вошёл в стяжку.
Яг поднялся на ноги.
– Каа-даргт. Это значит…
– Это значит, – подхватил Кейт, внезапно поняв, – что звёзды могут появляться из неактивированных стяжек. Господи, они, должно быть, выскакивают сейчас из всех четырёх миллиардов порталов по всему Млечному Пути!
