А когда касалось дела то блеф неминуемо вываливался наружу…
Первое мнение о личности Вождя у главного героя появилось благодаря начавшему приятельствовать с ним Зёмику. Как-то поутру Зёма вышел совершенно растерянным из сортира и с крайне удручённым видом сообщил всем стоящим в очереди в уборную:
– Всё, пацаны! Пиздец мне пришёл! Долго я так не протяну!
И после такого эффектного многообещающего вступления блондинистый урка широко распахнув дверь продемонстрировал всем желающим окроплённый собственной кровью пол вокруг «очка» и уподобившись заправскому рыбаку на руках стал показывать длину кишки якобы вывалившейся у него из задницы. С диагнозом «острый геморрой» Зёмик был освобождён от всех противозависимых мероприятий и уложен на угловой шконарик в чилинарии. Немного «побатонившись»146 он начал сетовать на лихорадку, температуру и обильное потоотделение. Доктор, руководствуясь исключительно интересом можно ли из этой дыры «соскочить по больничке»147 целиком принял сторону нового приятеля и подтвердил перед волонтёрами наличие тревожных симптомов, свидетельствующих о его тяжёлом состоянии основываясь строго на имевшихся фактах. Док обратился с просьбой к Подробному оказать страждущему необходимую медицинскую помощь так как, по его мнению, достойный бродяга не заслуживал позорной смерти от истечения кровью через поганую дыру.
Никто из руководства на Первом доме не захотел брать на себя ответственность за принятие решения что делать с тяжело больным пациентом и поэтому Зёмика повели на Второй дом к приехавшему по случаю с инспекторской проверкой Вождю. Этот мужественный молодой человек потоптавший от вольного зоны-лагеря с трудом встал, сжал покрепче свои «полубулки»148 чтоб не потерять ничего ценного по дороге и отправился под присмотром волонтёра, неспешно прихрамывая и покачиваясь из стороны в сторону на встречу своей судьбе-злодейке. Весь дом провожал его словно героя, собравшегося как минимум на подвиг, а то и на последний смертельный бой.
Не прошло и двадцати минут как бодрый и оживший Зёмик здоровой спортивной походкой вернулся к своим собратьям напрочь забыв про недуг, ещё недавно так нещадно мучавший его, и сразу же присоединился к группе даже не помышляя поваляться ещё на койке. Поскольку невозможно было допустить что владелец реабилитационного центра собственноручно за десять минут вправил выпавший геморрой своего пациента, то Доктор, во-первых, сделал предположение, что неведомый Вождь однозначно знаком либо с искусством целебного знахарского заговора, либо с волшебным даром убеждения. А во-вторых, напрашивался неутешительный вывод, что слинять отсюда, закосив под больного вряд ли удастся. В любом случае чудесное воскрешение и преображение блондинистого «уркаганчика» позиционирующего себя как несгибаемого и непреклонного бродягу и его категорический отказ поделиться деталями аудиенции у Великого Вождя произвели впечатление на главного героя и дали ему повод для новых невесёлых размышлений.
Ещё одним легендарным в этом месте персонажем прежде всего в кругу «околотюремной» молодёжи был Городок. Кто-то как Конёк бравировал знакомством с ним старшего брата, кто-то как Казах покровительственным тоном рассказывал, как они вместе «чалились»149 в лагерях. Доктор познакомился с изрядно растатуированным Духовным Лидером примерно через неделю после своего приезда в «ребу» когда ещё двигался «на гире». Значительно младший его по возрасту Городок пожурил главного героя за его безрассудное увлечение молодёжной наркотой, не соответствующее его возрасту и социальному статусу, поделился собственным опытом прохождения реабилитации и обрисовал весьма туманные перспективы будущего. В целом первая беседа была не особо содержательной по своему наполнению, но вполне выдержанной и уважительной по своей форме. Практически с каждой их последующей встречей чернильные доспехи на теле Городка пополнялись новым декоративным элементом, а суть их диалогов, в общем и целом, оставалась неизменной, только добавилось обращение со стороны Татуированного Духовного Наставника к главному герою: «Дядя».
Знакомство Доктора с Вождём произошло весьма неожиданно больше, чем через месяц после начала его реабилитационного пути. Однажды вечером встревоженный и напряжённый Подробный залетев в зал на идущее там групповое мероприятие сказал Аслану и Доктору срочно готовиться к внеочередному посещению бани, не задавая лишних вопросов. Причём Аслану, двигающемуся к тому времени уже недели три с крестом и в короне было разрешено оставить в доме все свои царские причиндалы. По пути в маленькую баньку Подробный продолжил инструктаж прежде всего Дока о совершенной ненужности задавания неведомому собеседнику лишних вопросов и инициировании диалогов на любые темы:
– Спросит – ответишь и не более того!
По взволнованному и озабоченному виду уже бывшего старшего брата Доктор понимал, что его ожидает встреча с некоей очень важной персоной и догадывался что с большой вероятностью это будет Вождь. Его догадка полностью подтвердилась, когда, едва зайдя в маленькую баньку Асланчик протянув руку уже сидевшему там в гордом одиночестве незнакомцу и нехарактерно бодрым для него голосом произнёс:
– О, Ефим, привет!
Ефим Ильич Сергиенков – собственной персоной сидел на полке в чём мать родила и обливался потом. Властный повелитель «Северного сияния» представлял из себя упитанного крепкого мужика с небритой щетиной на недобром лице и округлым животом примерно одного с главным героем роста. По возрасту он был на восемь лет младше Дока, но на первый взгляд молодо не выглядел. Ответив на приветствие Аслана и даже не взглянув в сторону его спутников, он сразу завёл непринуждённый разговор со своим старым знакомым:
– Что, Аслаша, заклевал тебя Подснежник?! Весь мозг вынес? Да, он такой! Заслуженный мастер спорта международного класса по «мозгоклюйству»! Специально его вам сюда привёз! Помогает! Помню, как он мне в Центре в своё время кровь сворачивал! Каждый вечер его зарыть хотел где-нибудь в песочке! Ну ничего, время прошло, теперь могу с уверенностью сказать – мне помогло! И вам поможет если выводы верные сделаете! Ему вот самому только бы кто помог… Так-то хоть по делу то достаёт тебя?
Аслан, воспользовавшись благоприятной ситуацией принялся нещадно хлестать себя ушами по щекам, каяться в собственных прегрешениях и признавать допущенные ошибки. Затем настроив вершителя здешних судеб на нужную волну посетовал между делом, что Главный Терапевт тоже перегибает палку и страдают по итогу от его неимоверно огромного креста и нечаянно поцарапанное имущество Центра и ни в чём не повинные соседи. В этом месте хитрожопый Асланчик привлёк в качестве свидетелей пацанов, и по итогу его пространной челобитной Вождь пообещал переговорить с Бородой.
С Подробным или Доктором Вождь так и не удосужился пообщаться в тот день, уже в скором времени закончив свои банные процедуры с парилкой, веником и бассейном для контраста. А с Аслана действительно тут же сняли все царские регалии, и Глеб упрекал разжалованного императора что тот «продавил» себе «скощуху».
В последствии главный герой узнал,
