ее не поддержали несколько африканских стран, которые активно торговали с Израилем. Вопреки распространенному мнению, спустя десятилетия после голосования поддержка Израиля не снизилась, а, наоборот, возросла. В 1991 году за отмену резолюции, приравнивающей сионизм к расизму, проголосовало подавляющее большинство государств. Лишь 26 стран, почти все из которых были мусульманскими, выступили против. Безусловно, большую роль здесь сыграл распад СССР и советского блока. Таким образом, в 1990-х годах подавляющее большинство западных и развитых стран продолжало поддерживать политику Израиля и, следовательно, «сионистский проект». Однако критика оккупации в Западной Европе и развитых странах значительно усилилась.
В конце 1990-х годов и в XXI веке конфликт между Израилем и палестинцами и, как следствие, споры о само м значении и допустимости сионизма стали предметом пристального внимания в международной политике. Такому развитию событий нет простого объяснения. Правые сионисты убеждены, что под личиной антисионизма происходит возрождение антисемитизма. Они говорят, что евреев несправедливо обвиняют во всех грехах. Действительно, зачастую антисионисты – это антисемиты. Но большинство антисионистов – не антисемиты. Эти две идеологии не тождественны. Левые утверждают, что антиизраильская политика и настроения распространяются именно из-за оккупации. Они говорят, что необходимо заключить мирный договор с палестинцами, и соперники Израиля исчезнут.
В более узком смысле среди евреев по всему миру отношение к сионизму серьезно изменилось. Из маргинальной идеологии сионизм превратился в общепринятую. До 1945 года большинство ортодоксальных, реформистских и светских евреев в мире не были сионистами. В наши дни лишь небольшая горстка ультраортодоксов и крайне левых еврейских партий не разделяет идеи сионизма. Большинство же евреев поддерживают сионизм и Государство Израиль, хотя серьезные противоречия между правыми, центристами и левыми сохранились и серьезно углубились с течением времени.
Чрезвычайно сложно понять, что именно, помимо поддержки Израиля, олицетворяет сионизм для диаспоры в начале XXI века. В 1960-х годах в диаспоре существовали влиятельные сионистские партии и, что еще важнее, сионистские молодежные движения. Их последователи придерживались понятных и убедительных взглядов, основанных на идеологии левого, центристского или правого сионизма. Но в результате ухода старших поколений и новой реальности, в которой группы молодежи какой бы то ни было политической направленности не обладали значительным влиянием на молодежную культуру, значимость таких движений сошла на нет.
Существует старая шутка о том, что в диаспоре «сионизм – это когда один еврей берет деньги у другого еврея, чтобы отправить их третьему еврею в Израиль». Действительно, средства продолжают поступать, но лишь очень небольшое число североамериканских евреев эмигрируют в Израиль. По последним данным, в 2007 году только американские евреи пожертвовали 2,1 миллиарда долларов Еврейскому агентству и большому числу благотворительных организаций в Израиле. С тех пор объем денежных поступлений вырос, несмотря на экономический кризис 2008 года. В том же 2007 году количество евреев, переехавших из США и Канады в Израиль, составило 6643 человека. Это лишь крошечная доля из 5 649 000 евреев мира.
Помимо денежного и миграционного вопросов, самое очевидное проявление сионизма со стороны евреев в диаспоре – это лоббирование поддержки Израиля и его политики в своих странах. Самая большая и наиболее известная такая группа – это АИКОС, Американо-израильский комитет по общественным связям. Его считают самой влиятельной лоббистской организацией в США после Национальной стрелковой ассоциации. АИКОС десятилетиями оказывал большое влияние на американскую внешнюю политику в отношении Израиля. Деятельность комитета весьма противоречива. Ей противостоят различные израильские либеральные и прогрессивные организации, такие как Форум израильской политики, Новый израильский фонд и «Джей-стрит». Они поддерживают Израиль, но выступают против оккупации. Более того, АИКОС и другие группы в диаспоре также страдают от смены поколений. Опросы в диаспоре показывают, что новое поколение евреев намного меньше, чем их отцы и деды, связывает свои судьбы с сионизмом и Израилем. Они поддерживают Израиль в целом, особенно в сложные времена, но практически не отождествляют себя с Еврейским государством и идеологией сионизма.
И конечно, подавляющее большинство евреев из диаспоры не содействуют достижению самой важной цели сионизма со времен основания государства – возрождению иврита как современного разговорного языка и созданию языковой культурной среды. В 1870 году иврит не был родным языком для евреев, а сейчас около восьми миллионов человек говорят на иврите свободно и без какой-либо идеологической подоплеки. Большое число палестинских израильтян стали билингвами, говорящими на иврите и арабском. Ультраортодоксы, десятилетиями утверждавшие, что использование священного языка для повседневных нужд – это ересь, стали свободно говорить на языке государства, которое некоторые из них ненавидят. На основе этого языка появилась развитая культурная среда: книги, музыка, пьесы, кино, телевидение, скульптура и, с недавних пор, интернет-культура. Приведем всего один пример. В 2013 году в четырех самых крупных театрах в Тель-Авиве было продано 2 202 783 билета – огромное количество для города с населением 3 713 200 человек. Многие театральные пьесы посвящены размышлениям о сионизме и кризису в мирных переговорах, но большинство постановок сосредотачиваются на универсальных темах. Конечно, как и в других развитых странах, творческие деятели в Израиле, как правило, поддерживают прогрессивистские и левые движения. Некоторые артисты, певцы, авторы книг и сценаристы являются сторонниками правого сионизма, но в подавляющем большинстве случаев деятели культуры придерживаются левого сионизма, выступая за окончание оккупации и за решение на основе двух государств. Некоторые из самых знаменитых представителей израильской культурной элиты за последние 50 лет – Амос Оз, А. Б. Иегошуа, Давид Гроссман, Иехуда Амихай, Этгар Керет – поддерживают левые идеи.
Достижения сионизма в деле создания государства, языка и культуры неоспоримы. Но даже если не касаться будущего мирного процесса и оккупации, остаются серьезные вопросы о жизнеспособности светского сионизма в современной ситуации, которую Герцль, Нордау, Жаботинский, Бен-Гурион и Бегин не могли предвидеть. В определенной степени правые движения адаптировались к ней, приняв некоторые положения и символику ортодоксов, но это скорее похоже на неуклюжую спекуляцию, чем на искреннюю веру. Посещение Стены плача перед поездками за границу хорошо смотрится на фотографиях, но этим никого не обманешь – премьер-министры, приходящие к стене, не соблюдают шаббат и религиозные праздники, они не едят кошерную пищу, не говоря уж о правилах, образно говоря, «семейной чистоты» – законах, касающихся менструации и секса.
Действительно, для истории сионизма чрезвычайно важно, что ни один из лидеров движения или премьер-министров Израиля, начиная с Герцля и заканчивая Нетаньяху, не был набожным иудеем. Герцль, Нордау, Вейцман, Жаботинский, Бен-Гурион, Шарет, Эшколь, Перес, Шамир, Рабин, Шарон, Барак, Ольмерт, Нетаньяху, даже Бегин, который проявлял уважение к религии и соблюдению обрядов, – все они не были верующими иудеями. Большинство граждан Израиля, даже несмотря на серьезные разногласия о природе светского сионизма, неверующие, хотя большинство евреев и неевреев об этом не знают. Правые и религиозные течения зачастую скрывают такое положение дел. Лучше всего это показывают ответы людей в политических опросах, в которых проверяют «традиционные» ценности, задавая вопросы о том, проводит ли человек пятничные семейные ужины, делает ли обрезание своим сыновьям, в какую школу ходят его дети и за какие партии он будет голосовать на выборах. К примеру, в 2014/15 учебном году в Израиле учащихся в светских школах было почти в три раза больше, чем в «государственных религиозных» учебных заведениях. Первые посещали 52,2 % учеников, а вторые —18,5 %. На выборах в марте 2015 года 62,3 % израильтян голосовали за светские сионистские партии, а откровенно ортодоксальным отдали свои голоса 16,4 % населения.
Конечно, эти множества могут пересекаться. Родители-неортодоксы могут отправлять детей в религиозные школы, и наоборот. Также ортодоксальные сионисты могут голосовать за явно светские партии, и наоборот. Но факт остается фактом: подавляющее большинство израильских евреев – неверующие. Самой большой проблемой для светского большинства являются не ортодоксальные сионисты, а ультраортодоксальные иудеи.
