— Здесь действительно варят «монументал»? — опередил меня Вадим. — Откуда тебе это известно?
— Откуда известно… — протянул он, и стоило тому поднять взгляд на вартала, как тот резво прищурился, а затем радостно оскалился. — Так-так-так… кого я вижу?! Гамбитовская шавка. Здравствуй, Соловей. Вечно ты у кого-то на побегушках.
На лице молодого светловолосого мужчины после слов Жеголева не дрогнул ни один мускул.
— И тебе не хворать, Стасик. Смотрю, как был ты редкостным животным, так им и остался, — брезгливо ответил парень, не оставшись в долгу.
— А ты как был вшивым варталом два года назад, так им и остался, — хохотнул задорно Жеголев, указывая глазами на ранговый перстень. — Каково оно своими силами всего добиваться, а?
— Захлопни варежку! — процедил сквозь зубы Лёня, и кастет оружейного маньяка остановился в сантиметре от пальцев витязя. — Отвечай на вопрос!
— А ты думаешь, что охранять подобное место доверят такому отребью, как вы? — хмыкнул Стас, но уже в следующую секунду того скрутил спазм боли.
Лёня всё-таки не удержался и медленно провел по его руке зазубринами кастета.
— Вот тебе хвалёный наркоманский витязь! Даром, что духовник, — позлорадствовал едко парень. — Хорошие браслеты, не правда ли? Как раз для таких хмырей наподобие тебя.
— Всем тихо, — рыкнул я, прерывая образовавшийся гвалт и три пары глаз, непонимающе уставились на меня. — Дайте минуту. Надо подумать.
Главное то, что Лиза сейчас здесь. Жеголеву никакой веры нет, та еще мразь, но нужно придумать, как лучше его использовать. Просто ворваться и перебить всех тоже не выход. Снаружи охраны не видно, оно и не мудрено, не привлекают внимание, никому не нужны лишние вопросы, но внутри она может быть.
— Для чего им ребенок? — задал я вопрос, параллельно своим размышлениям. — Ей ведь всего пять лет.
Пару мгновений Стас колебался, но через несколько секунд всё-таки сдался.
— Для проверки… — выдохнул кисло он. — Но это только слухи…
— Для какой еще проверки? — омрачился мгновенно Вадим, а следом за ним и Лёня.
— По слухам, монументал не всегда стабилен. Одна партия может отличаться от следующей. Почему так, неизвестно. Поэтому над ним экспериментируют. Лучше всего на него реагируют дети.
— Что ты имеешь в виду, тварь? — набычился Вадим, скорчив злую гримасу, а костяшки пальцев у Лёни уже побелели от напряжения.
— Монументал скармливают детям, — пробормотал невнятно Жеголев. — Каждую партию так проверяют. Если выживает, значит, он стабилен, если ребенок умирает, то…
Договорить Стас не успел, ведь только в последний момент у меня получилось перехватить руку с кастетом Леонида и кулак Вадима, который летел в харю витязя.
— Захар, да его кончить надо прямо сейчас! — Вадим уже источал вселенскую злобу, да и Лёня от него не отставал. — Эти суки детей там убивают!
Надо же, а я и не думал, что они такие праведники. Это хорошо…
— А как Лизу будем вытаскивать, вы подумали над этим? — спросил я, хотя и сам был готов прирезать эту сволочь на месте. — Спасём девочку, и дальше делайте с ним всё, что будет угодно. Хотя нет, — осёк сам себя. — Я собственноручно выпотрошу эту падаль, а его гнилые потроха скормлю бродячим псам!
Вопрос и моя реплика на парней подействовал отрезвляюще и те почти сразу расслабились, но их убийственного настроя это ничуть не поубавило.
— На фабрике есть ратаи или маги? — поинтересовался я. — Сколько там людей? Духовники имеются? И где держат Лизу? Соврешь, и я тут же узнаю, уж поверь. Дай сюда руку, пока я её тебе не сломал!
Если судить по встревоженному взгляду этой твари, того всё-таки проняло.
— Ратаев нет, одарённых тоже, — отрицательно покачал головой Жеголев, морщась от боли в голове, рёбрах и руке. — Пять старших витязей, двое из них с силой духа. Остальные ветераны. Охраны всего двенадцать человек. Сама фабрика находится в подвальном помещении, расположена почти под всеми корпусами. Детей держат отдельно.
Хех, не соврал. Пульс совсем не участился. Стоп! Детей? Их там несколько? Трепещи Ракуима! Чтоб меня мертвецы драли!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— А теперь слушай, каким образом мы поступим, — цедя каждое слово начал я, меж делом дрожащими от ярости руками стал снимать с пальца Стаса перстень старшего витязя и сразу надел его на свой. — Отныне среди вашей охраны фабрики пополнение. К вам подоспело усиление в связи с накалившейся обстановкой среди дворян и грядущих телодвижений с Гамбитами. Ты уяснил, падаль? Попробуешь рыпнуться или сказать что-то не то, выпотрошу прямо на месте.
План после недолгих раздумий образовался сам собой и чувствую, после сегодняшней ночи Устинов и Звеньев со мной не расплатятся и вовек. Но для начала, как и обещал, я помогу маленькой девочке.
* * *
Несколько часов спустя.
На окраине города Царицын.
Недалеко от фармацевтической фабрики клана Хан.
Нижний этаж одного из зданий фармацевтической фабрики начал пылать, и едкий дым то и дело старался просочиться сквозь землю наружу. Пламя разгоралось всё сильнее, и с каждой секундой площадь понемногу продолжала разрастаться во все стороны, всепоглощающий огонь пожирал один метр за другим, и с каждым мигом оно только усиливалось.
Запах паленого и вонь едкой гари разнёсся на сотни метров по округе. Нарастающие крики и гвалт рабочего персонала, который бушующей волной повалил из горящего здания. Атмосфера ужаса и страха накалялась с каждым пройденным мигом, подогревая безумствующую какофонию бесчинствующего пламени.
— М-да… вот это я понимаю, оттянуться с огоньком… — философски заключил Леонид Костров, глядя на полыхающее пламя, а во тьме сумерек оно казалось просто катастрофического размера, хоть пожар и вспыхнул всего минуту назад. — Умеет он зажечь…
— Захар зажег, так зажег… — ошеломленно выдал Вадим, не веря во все произошедшее и собственным глазам. — Похоже, что-то пошло не по плану. И что-то глушит связь.
— Что делаем? Поможем? — в глубине глаз вартала вспыхнул явный азартный свет.
— Сдурел совсем?! — покрутил парень у виска пальцем. — Захар сказал не лезть, да и поздно уже помогать. Ты, кстати, не забыл, что мы еще в Гамбитах работаем? Это он вольный художник и может делать всё, что заблагорассудиться. Но связаться с нашими придется, иначе Борислав нам голову свернёт. Чую, здесь очень скоро будет не протолкнуться.
— Может, шефу всё-таки не скажем? — скептически спросил Леонид, глядя искоса на товарища.
Но Вадим Соловьёв уже ничего не слышал, он набирал номер непосредственного начальства и трубку на той стороне линии взяли почти мгновенно.
— Слушаю… — раздался вялый тон из динамика телефона.
— Шеф, тут кажись… проблема… — отрывисто и издалека начал Соловьёв.
— Что случилось? — вялость из голоса Звеньева как рукой сняло. Даже не видя здоровяка, Вадим мог поклясться, что тот резко встрепенулся. — Вы во что, сука, вляпались?!
— Ну… как сказать… это не мы…
— Да во имя императора, не мямли ты! — рявкнул во весь голос его собеседник. — Что стряслось, твою мать?!
— Тут фармацевтическая фабрика Бережановых горит… и похоже, это сделал Захар… — зажмурившись, и как на духу выпалил Вадим, уже ожидая жесткого выговора от шефа. — Сам он тоже еще не вернулся! Ждем его…
Всего на пару секунд повисла томительная пауза. На той стороне, словно не могли понять, о чем идёт речь, а затем главного аналитика клана Гамбит прорвало:
— ОН ЧТО СДЕЛАЛ?! — раздался вселенский вой раненого зверя из трубки. — МНЕ ПОСЛЫШАЛОСЬ ИЛИ ТЫ СКАЗАЛ: «ПОДЖЕГ ФАБРИКУ БЕРАЖАНОВЫХ?!» НА ХРЕНА?!
— Никак нет, шеф, не послышалось. Минуту горит уже. Синим пламенем прям-таки, смотрел бы и смотрел. Так бы и дровишек еще подкинул, а причина была, поверьте, — позволил себе легкую вольность парень. — Если что, мы не при делах. Только наблюдали. Захар не хотел, чтобы это боком Гамбитам вышло.
— Каткову звонил? — уже более спокойным тоном спросил Борислав, видимо, ответ подчиненного его удовлетворил. — Сысковики или кто-то из Хана еще не прибыли?
