— ЗАМОЛЧИ! — и с приложением силы этот скот прошелся по невинному личику пощечиной, от которой девочка резко дёрнулась, а на глазах выступили слёзы. — Мелкая дрянь! Угрожать она тут вздумала. Твой отец продал тебя! Никто за тобой не придёт! Теперь ты лабораторная крыса!
И с окончанием его слов, мой силуэт молниеносно выскользнул из полумрака, ведь ноги сами несли меня. Двое детей уже заметили чужое присутствие и широко раскрытыми и испуганными глазами уставились в мою сторону, включая мальца, что защищал Лизу.
— Ты молодец, Лиза. Дядя Зеантар уже здесь… — хрипло выдал я, не узнав собственного голоса и выпуская наружу накопившуюся за весь день ярость и гнев. — А теперь, молодежь, закройте глаза.
Неизвестно почему, но все как один подчинились и зажмурились, и первой с радостным и сияющим личиком это сделала Лиза. Моё предупреждение проигнорировал лишь тот самый пацан.
Ну и Бездна с ним…
— Ты еще кт… — взбеленился резко первый «халат» от неожиданности, и попытался обернуться на мой голос, но громкий хруст его шеи прервал начавшееся движение, а грузное тело с глухим звуком осело наземь.
Обернулся на мою речь и второй, но было поздно.
— Вам же сказали, что дядя Зеантар придёт… и кому-то… не поздоровиться…
Рука крепко-накрепко обвила всю его шею, а ладонь мёртвой хваткой легла на рот, джад со стремительной скоростью покинул ножны и с еле уловимым свистящим звуком отделил руку от тела, ту самую, которой он удерживал девочку и ту самую, которой он посмел её ударить. И вывереным ударом ноги, я отправил конечность «халата» в далёкий-далёкий полёт по складу.
Лизе этого видеть не стоит…
Глаза мужика мгновенно наполнились непередаваемой болью и ужасом, но визжать с моей ладонью на своём поганом рте он не мог. Лишь хрипел, мычал и пытался вырваться, но всё было тщетно.
Жесткое движение и очередной громкий хруст шейных позвонков прервал его недолговечную пытку. Отбросив от себя как можно дальше тело в полумрак, я мигом подхватил зажмурившуюся девочку на руки.
— Всё, малышка, можно открывать ясны очи… — со слабой улыбкой отозвался я, и та резко распахнула наполненные радостью глаза, впрочем, как и все остальные дети. — Ты уж извини, подруга, что я так долго…
— Дядя Зеантар! — счастливо запищала бледная Лиза, бросаясь мне на шею. — Я знала, что вы придёте. Знала! Вы самый лучший! Вы сразу мне понравились! Максим, и вы все, я ведь говорила, он обязательно придёт и всех спасёт! А вы не верили! — залепетала неугомонно она, глядя на того самого пацана, который неверящими глазами наблюдал за всей сценой. — Дядя Зеантар он самый хороший и самый… добрый… самы…
«Хороший и добрый? Надеюсь, истребленные моими руками разумные в Мерраввине не наблюдают за мной и не слышат этих слов», — в душе усмехнулся я, поглаживая малышку по месту удара уже мёртвого «халата» и проклиная его действия, на чём свет стоит.
Но что-либо сказать девочка более не смогла, глазки Лизы вдруг закатились, и та не выдержав всех тягот злополучного дня, потеряла сознание прямо у меня на руках.
В тот же миг до чуткого реанорского слуха донеслись различные звуки, а в особенности голоса и шумный бег бойцов клана «Хан». И направлялись они все именно сюда…
* * *
Дело дрянь. Будь здесь одна Лиза, я бы смог сбежать. Но этих куда девать? Не думаю, что девочке понравится, если я оставлю её новых «друзей» здесь.
Трепещите мертвецы Ракуимы! И что делать?
— Вы… вы… их убили? — запинаясь полюбопытствовал малец, прильнув чумазым лицом к решетке, и во все глаза посмотрел на меня.
Того хоть и продолжала бить сильная дрожь, но выглядел парень вполне сносно и уверенно. В принципе, как и все остальные.
— Нет. Они просто устали и… спят… — клятвенно заверил я детей, вытирая джад о попавшуюся под руку тряпицу. — Ну и? И что теперь с вами делать? Если честно, — и указал глазами на спящую Лизу, — я пришел сюда только за ней. Вы беспризорники или из приюта?
Все как один быстро закивали.
— Дядя… только не бросайте нас… — чуть не плача взмолилась единственная белокурая девочка в клетке, покосившись на соседнее узилище с несколькими мёртвыми детьми, — … мы… не хотим умирать…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Ох, Бездна! И когда я стал таким добряком? Или все дело в… Занре?
— Ладно, все на выход, — скомандовал я, отворяя клетку. — Как вас сюда доставляли? Вы помните?
— Туда! — первым отозвался тот самый Максим, указывая тощей ручонкой куда-то вправо, где было загромождение множества непонятных предметов и куча разной всячины. — Там есть грузовой лифт. Я был… был с той партией… мёр…мёртвых вывозили… оттуда… я видел… — панически сглатывая и запинаясь, продолжил парень, не отводя взгляда от клетки с умершими детьми.
Грузовой лифт? Неужто сама Бездна нам помогает?
— Показывай дорогу, живо! А все остальные за мной!
Мой голос привел парня в некое подобие нормы и тот почти мгновенно задал стрекоча в одному лишь ему известном направлении.
Правда, одна соплячка, чуть старше Лизы отставала от остальных, и пришлось подхватить её на руки.
— Спа… спасибо… — смущаясь, чирикнула мне на ухо.
— Обращайся… — буркнул я.
Склад сам по себе был небольшим, но из-за огромного нагромождения разного рода вещей и хлама бежали мы минуту, если не дольше, а когда реанорский взгляд смог разглядеть необходимый выход, от нахлынувшего отчаяния пришлось упомянуть неласковым эпитетами всех бедных фей Зеленвальда.
— Вот… это она… — тяжело сглатывая воздух и одновременно с этим задыхаясь, просипел парнишка. — Там… там еще метров сто… дороги… а за ними… лифт, который ведет… наверх… там… даже охраны не было…
Трепещи Ракуима!
И на пару мгновений уйдя в медитацию, я почти мгновенно услышал голоса и бег хановских воителей, те были уже совсем близко. Значит, остается только один путь.
— Слушай сюда, Максим, — обратился я к парню. Тот от такого резкого обращения испуганно вздрогнул и попятился, а я в свою очередь кивнул на бессознательную Лизу, и поставил наземь другую незнакомую мне малявку, — за девочку отвечаешь головой, тебе ясно?
Пару секунд малец не мог понять, что от него требуют, а после быстро закивал головой и, обернувшись ко мне, подставил молча свою спину, на которую я аккуратно уложил девочку.
— Вот еще возьми, — и ловким движением я подцепил ногтем микронаушник и вставил его в ухо пацану, — Когда открою дверь, бегите к подъемнику. Надеюсь, охраны там не будет. Когда окажетесь наверху, должна появиться связь. Обратишься за помощью к Вадиму и Леониду. Нужно будет просто назвать их имена. Они поймут. Всё запомнил?
— Да-да! Запомнил! — очередные быстрые кивки и взволнованный голос.
— Вот и молодец, а теперь все в сторону… — скомандовал я, извлекая из ножен джады и направляясь к дверям.
На секунду пришлось закрыть глаза, чтобы вновь ощутить знакомый шепчущий треск искорёженного вместилища и раздробленного очага. Бардак здесь, а не святая святых реанорца.
Нужно совсем немного эфира, усилить себя всего на пару-тройку мгновений, одно мимолётное касание к живительной силе, главное не перестараться, а то опять свалюсь или отключись.
Много не нужно…
Глаза раскрылись в один миг и с безумной стремительной яростью оба джада почти наполовину вошли в полосу металла под напором безумной силы, даже кости в руках задрожали и заныли от боли.
Треск стал отчетливее, а сами двери по сантиметру с металлическим лязгом и скрежетом стали поддаваться, но как назло, лишь одним шестым чувством ощутил, как открываются двери, через которые я сюда проник и голоса стали гораздо отчетливее, а дальше прозвучали и истощенные крики:
— ТАМ! У ГРУЗОВЫХ ДВЕРЕЙ КТО-ТО ЕСТЬ! ОН ТАМ!
— НЕ ДАЙТЕ ИМ УЙТИ!
— ВЗЯТЬ ЖИВЫМ!
Давление и напряжение дверей было запредельным, по крайней мере, без какой-либо жалости оно обрушилось на это слабое тело, но своего я добился, смог раздвинуть их на ширину трёх ладоней.
— Всё живо туда, чего стоите?! — прикрикнул я на ошеломлённых детей, который раскрыли рты от удивления.
