на выступ. Мало ли что. Вдруг промахнулся с местом перехода? Второй шаг… и вновь неудача! А вот когда третья попытка не увенчалась успехом, Светозарный вынырнул на поверхность отдышаться и доложить:
- Не получается. Хоть и шагаю строго по меткам.
В тот же миг все расслышали рокот летящего вертолёта. Летел он со стороны пресловутого кирпичного завода. С наружных подвесок вниз, освещая землю, бил мощный луч света. Да и летел тяжёлый, боевой аппарат конкретно в сторону карьера, пусть и довольно медленно. Группа высших представителей власти империи Герчери, вдруг оказалась в весьма и весьма неприглядном, сложном положении.
глава тринадцатая
ЛЮБИТЕЛИ СЛАДЕНЬКОГО
В самом деле, долго нам с Лёней следить не пришлось. И сотни метров не прошли, как тоннель неожиданно вывел на яркий дневной свет. Этакая просторная площадь, раскинувшаяся между каменных стен, высотой не более трёх этажей. Причём стены сплошь изрезаны портиками, террасами, окнами и украшены колоннами. Скорей всего большинство помещений внутри стен, являлись жилыми.
Сама площадь представляла собой ухоженный парк с низкими фруктовыми деревьями, лабиринтами тщательно подстриженных кустов, ярко зеленеющими газонами, там и сям стоящими каменными обелисками и чуть ли не десятком фонтанов самой различной конфигурации. Причём в половине из них проходили весьма интенсивные купания, догонялки и прочие развлечения. Шалили, визжали и бесились человеческие дети от четырёх до пяти лет. Примерно. Ну и недалеко от каждого ребёнка находился здоровенный мохнатый нянь. Что характерно, опекали надсмотрщики назойливо именно младших детей. Те, что постарше, держались отдельными, независимыми группами, и развлекались с какой-то странной ленцой. Можно сказать, что они больше общались между собой с серьёзными личиками, чем радовались беззаботному детству.
- Так вот где их гипнотизируют! - пробормотал Найдёнов у меня над ухом. – Целый детский сад украденных деток!
Как мог, я нас замаскировал, но всё равно мы старались прятаться за сдвоенными колонами, да и посматривать по сторонам не забывали. Потому что мне тоже всё здешнее безобразие не нравилось. И скорей всего по той причине, что я никак не мог соотнести увиденное с надуманным.
Кстати, «наших» детей я пока рассмотреть не мог, о чём и заметил тихонько Найдёнову:
- Знакомых карапузов не замечаешь?
- Вроде нет… Хотя тут их так много…
- Куда же их упрятали? Неужели здесь ещё есть подобные аттракционы?
- Вполне… В этих горах можно сотни таких яслей спрятать.
В этот момент я отвлёкся на приход очередного няня. Он принёс девочку лет пяти, поставил её на краю площади, о чём-то с ней помычал, да и отпустил в свободное плавание. Но та не ринулась к бассейну, и не пошла к группе своих одногодок. Вместо этого она подошла к группе визжащих в воде трёхлеток и, с несвойственной детям терпеливостью стала звать и манить к себе одного из малышей. Причём называла его скорей всего по имени, да и общалась при этом, всё на том же птичьем языке, несколько напоминающим китайский. Мальчик вначале с недоверием присматривался и прислушивался к девочке, а потом всё-таки встал из воды и подошёл к краю бассейна.
Девочка зачастила словами. Но что толку с моих умений, если я ничего не понимал в суетливом чириканье? Зато опять сделал определённый вывод: дети, пусть и весьма развитые, образованные и умные, так быстро и таким тоном не говорят. Она не просто общалась как старшая сестричка. Скорей её интонации, жесты и повадки смахивали на материнские. Если не вообще, на степенные ужимки престарелой бабушки.
«Опять разрыв всех шаблонов и понятий?..»
Но додумать данную мысль я не успел, Найдёнов с восхищением выдохнул у меня над ухом:
- Какая фифа! – ну и я перевёл взгляд на другую сторону парка с фонтанами. И было на что посмотреть!
Женщина? Скорей прекрасная девушка! Идеальная фигурка. Длинные ножки. Удивительная грудь с крупными сосками. На бёдрах не столько юбочка, как ремешок, со свисающими с него короткими полосками ткани. Да через плечо – сумка среднего размера, на тонком ремешке. Причёска идеальная, заколота длинными шпильками. На шее – тонкая, но с поблескивающими камешками диадема. В ушах – излишне огромные, круглые серьги цыганского фасона. На руках и на щиколотках ног, по два, три браслета. И тоже – с поблескивающими камешками. О самом личике только и следовало сказать: божественной красоты.
Недаром второй выдох моего товарища прозвучал с ещё большим восхищением:
- Царица! Нефертити! – мне оставалось на это только хмыкнуть с иронией:
- Ты разве знаком с Нефертити? – но тут же и признать очевидное: - Мне кажется эта очаровашка убойнее любой царицы.
- И даже лучше любой императрицы? – с притворным ужасом уточнил Леонид. Пришлось и тут говорить правду:
- Сложно сказать… Но если Машку одеть в такой же фривольный наряд, она точно хуже не будет.
Тогда как сексапильная красотка, соблазняя каждой клеточкой своего роскошного тела, подошла к одной группе йети, опекающих старших детей, потом к другой, о чём-то переговариваясь всё тем же мычанием. Возле третьей группы, она уже на китайском обратилась к детям. Те ей что-то ответили. Наверное, что-то смешное, потому что посмеялись все.
Затем олицетворение Нефертити прошло к следующей группе и не просто присело для беседы на бортик фонтана, но и достало из сумки своей солидную, толстую тетрадь, массивную авторучку. После этого, активно общаясь с каждым из девяти пятилетних деток, девушка принялась безостановочно записывать в тетради какие-то данные. Не то тест проводила, не то опрос, не то какой экзамен принимала. Но опрашиваемый ребёнок прекращал любое баловство и отвечал очень, ну даже слишком обстоятельно. Словно перечислял все свои заслуги и достижения за последние годы. Порой они и на пальчиках что-то показывали, то ли какие цифры обозначали, то ли своё умение считать до десяти.
Глава 12
Что ещё озадачило: язык общения с этой группой оказался отличительный от «китайского» чирикающего. Появилась догадка, что эта обнаженная гурия здесь на должности переводчика. Или администратора. Или учётчика. А может и всё – в одном. А там и надежда мелькнула, которую я озвучил вслух:
- Если она полиглот, то вдруг может и с нами поговорить? Всё-таки надо в местных несуразицах разобраться, да хоть с кем-то пообщаться.
- Общаться? С такой женщиной? – с презрение фыркнул Найдёнов. – Да её надо на руках носить и зацеловывать, а не обижать низменным бытом!
- Тпру! Не гони лошадей! – чтобы привести в чувство товарища, я его неслабо так локотком приложил под рёбра. – Вначале дело – а развлечение потом. Или ты готов забыть про всё на свете и навсегда остаться возле этого роскошного тела?
- О! Сам признаёшь, что роскошное!
- Но у твоей Киры бюст не в пример больше! Или уже забыл?
- Хм… Кира – это конечно прелесть, - задумался Лёня со вздохом. –
