и на нас напасть.
— Илья Алексеевич, — мне не понравились подобные разговоры, — во-первых, если бы мой зверь решил на вас напасть, то вы бы здесь уже не сидели. А во-вторых, это мой питомец. Он исполняет исключительно мои команды, так что можете спать спокойно.
— Надо же, — хмыкнул Глухов. — Похоже, мы многого о вас не знаем.
— Надеюсь, и не узнаете, Василий Егорович, — достаточно жёстко ответил я. — Напомню всем присутствующим, что помимо губернаторского поста, я имею статус «Великого охотника». А это, в свою очередь, значит, что не стоит распространять слухи о моих возможностях на каждом углу. Речь идёт не только о безопасности меня и моей семьи, а также о каждом, кто войдёт в штаб. — Я окинул всех грозным взглядом. — Поверьте, прецеденты уже были. Здесь вам не Москва, прирезать могут на любом углу, но сперва вы запоёте соловьём, сдав всю информацию врагу.
— Мне кажется, вы преувеличиваете, — слово взял седеющий мужчина в очках.
— Ни в коем случае, — послышался голос Макеева, который закрывал за собой дверь. — Не так давно меня взял в плен беглый агент разведки, поверьте, мне стоило больших трудов выжить. Хвала богам, что я практически ничего не знал и выполнял все приказы мерзавца!
— Почему посторонние в помещении? — Глухов нахмурился. — Потрудитесь представиться…
— Позвольте, я это сделаю, — я перехватил инициативу. — Графиня Анна Карамазова, по совместительству будущий мэр города «Восточный».
— Дмитрий, благодарю за приглашение, — она слегка поклонилась мне.
Нужно было видеть присутствующих, в особенности Мышкина. Собственно, эту провокацию я специально для него и приготовил. Вон как стиснул зубы и кулаки, неужели он думал, что этот пост достанется ему?
— Граф Михаил Карамазов, по совместительству глава рода Карамазовых и первый советник Анны Степановны, — продолжил я.
— Благодарю за приглашение, — он также поклонился мне.
Представив Виктора и Макеева как второго и третьего советников мэра, мы поняли, что все в этом душном помещении уже не поместятся.
— Почему бы нам не перестроить второй этаж? — предложил я.
— Жаль, что наш замок был разрушен, — пожаловалась Анна, — там было много просторных залов и кабинетов для подобных случаев.
— Минуточку, — в разговор вмешался единственный мужчина, присутствующий на заседании в броне, — получается, что голосования на пост мэра не будет? — задал он вопрос.
— Голосования? — сделал удивлённый вид. — Какие ещё голосования? Я не планировал назначать на ключевые должности людей подобным способом.
— А как же тогда мы выберем достойных кандидатов? — он удивился ещё больше.
— Вам придётся довериться моему выбору, — я развёл руками и направился к выходу из кабинета. — Начинайте, а то мы тут все не поместимся точно.
— Будут и ещё гости? — догадался Глухов.
— Будут, — ответил я. — У меня, знаете ли, большой штат.
— Буду рад познакомиться с новыми лицами, — Глухов улыбнулся.
Судя по тем энергетическим силуэтам, что мне были доступны, многие испытывали негодование по поводу моих слов. Дураки, что тут ещё сказать, сами себе напридумывали должностей, сами же и обиделись, что их не взяли. В особенности Мышкин. Думаю, если бы мы сейчас были одни, то он бы на меня уже напал. Жаль, что он носит глушилку, думаю, сейчас в нём бурлящий океан говна, готовый выплеснуться наружу.
— Дмитрий, — первым появился Разцветов, — Как вы и просили, я раздобыл необходимые карты. — Анна Степановна, благодарю за помощь, — он поклонился графине.
Пока завтракал на кухне, связался не только с Разцветовым, но и вообще со всеми друзьями и военным штабом, приказав им в срочном порядке явиться полным составом сюда. Будем шатать военную братию. Вернее, я собирался назначить собственных министров, а уже им для помощи предложить военных. Всех, кто не подойдёт даже для советников, отправим обратно на поезде. Но ради справедливости, некоторые военные после прохождения личной проверки всё-таки получат министерские должности. Народу у меня не так уж и много.
— Александр Павлович, — я громко обратился к Разцветову, — Вы же у нас новый министр инфраструктуры и строительства, будьте добры, помогите переделать этаж под новый зал для совещаний.
— С удовольствием, господин губернатор, — он поклонился мне, — Итак, сколько у нас магов с земляной стихией, предлагаю начать с…
Дальше я его не слушал, потому что переключился на Зорина. Мужик меня удивил. Его назначил на эту должность сам Соловьёв! А это дорогого стоит. Но, похоже, не для него. Семён Аркадьевич хоть и забурлил от негодования, но очень быстро успокоился и направился к Разцветову. На меня он даже не посмотрел. Или он настоящий кремень, который умеет принимать удары судьбы, или же он мастерски умеет прятать свои эмоции.
— Александ Павлович, — он обратился к Разцветову, — позвольте представиться, Зорин Семён Аркадьевич, главнокомандующий инженерными войсками, бывший, естественно, как и сказал господин Губернатор, всё мы здесь военные пенсионеры. Прошу, выдайте мне задание.
Надо же, он завоевал у меня ещё больше уважения. Мало того что с понижением смирился, так ещё и работы не боится. Посмотрим, что будет дальше…
— Дмитрий, — ко мне подошёл Глухов, — полагаю, что все договорённости…
— Да, забудьте обо всём, что говорил вам Соловьёв, — пояснил я, — это моя область, и мести я буду по-своему, не оглядываясь на вышестоящее начальство. Карт-бланш.
— Карт-бланш? — удивился Глухов, — в таком случае всё понятно. Выходит, Алексей Николаевич поспешил с назначениями.
— Верно, но вы можете не переживать, должность главы штаба останется за вами, поздравляю, — я улыбнулся и протянул ему руку.
— Благодарю, господин губернатор, — он пожал её.
— Надеюсь, вы приехали для плодотворного сотрудничества, а не для того, чтобы перехватить власть, — добавил я.
— Как можно, — он удивился моим словам, — будьте уверены, я буду стоять за вас горой.
Мыслеобразы, которые потекли ко мне в голову, говорили, что Глухов приехал сюда совсем по другому поводу. Соловьёв хоть и назначил меня на должность губернатора, но откровенно боялся мне доверять. Таких, как я, на такие должности не назначают, о чём он и сообщил Глухову, попросив того отправлять отчёты по происходящему в области раз в неделю. Вроде как ничего серьёзного, но осадочек остался. Это же банальное стукачество на собственного работодателя.
— Очень на
