состоялся, восторженного и поэтического рассказа о Дальнем Востоке, буднях мирных тружеников и их защитников, летчиков и моряков, было недостаточно. В период обострения классовой борьбы (которая по мысли Сталина нарастала по мере построения социализма и продвижения к бесклассовому обществу, такой вот парадокс) обязательно нужно было показать страшных врагов, с которыми лихо и беспощадно расправляются те самые мирные труженики, моряки и летчики. И осознать, насколько важно постоянно быть начеку, потому что «подползает враг сквозь ветер и туман» (тоже слова из аэроградовской песни).
Зритель должен был содрогнуться при виде отталкивающих, отвратительных диверсантов, шпионов, кулаков, староверов и сектантов, с которыми в годы советской власти следовало бороться непримиримо и последовательно, не щадя ни матерей, ни отцов своих, ни братьев и сестер. Потому что иначе никакого светлого общества не получится. Только через кровь, убийства и репрессии. По сути довженковская картина оправдывала насилие и жестокость как неизбежные, правильные и действенные средства приближения к желанной цели – обретению человеческого счастья.
Главный герой картины, охотник и бывший партизан Степан Глушак, не испытывает к врагам жалости и не намерен выяснять, кто прав, а кто виноват. Он все знает заранее. Сначала стреляет, потом спрашивает. Нацелен на то, чтобы убивать.
Жуткое впечатление производят титры, которые предваряют основное действие фильма:
Через Амурскую границу несут чужие люди динамит – шестеро русских, двое нерусских.
Внимание! Сейчас мы их убьем.
Глушак, не колеблясь, всаживает пулю в своего закадычного друга за то, что тот приютил беглого японца. Разит наповал.
«Аэроград» в числе многих других произведений советского киноискусства готовил общество к Большому террору, к тому, что нельзя проявлять милосердие к классовым врагам, даже если они друзья или родственники. А врагов в стране социализма становилось все больше. Сталинский режим раздувал в обществе социальную ненависть. ГУЛАГ превратился в мощный двигатель социалистической экономики, нужны были сотни тысяч заключенных, их ряды пополняли за счет всех слоев общества.
Тема шпионажа и вредительства проходит через фильм сквозной линией. Без этого «Аэроград» попросту не выпустили бы на экран, как безыдейный и не отвечающий запросам дня.
Эта бесспорно талантливая лента, если говорить о режиссерском и операторском мастерстве, мотивировала людей на выявление и устранение «врагов», внутренних и внешних. По иронии судьбы в их число попали и некоторые из создателей фильма, не только Александр Винтер. Немало испытаний и страданий выпало на долю режиссера, а Степана Шагайду, исполнителя главной роли, арестовали и расстреляли через несколько лет после выхода картины на большой экран. Несмотря на это, «Аэроград» продолжали показывать.
Съемки прошли успешно, в том числе воздушные съемки. Этому Довженко придавал особенное значение. Снимали с аэропланов, редкая вещь для тех лет. Панорамные виды дальневосточных просторов должны были впечатлить зрителя.
Организовал эти масштабные и дорогостоящие воздушные съемки Александр Винтер, а снимал кинооператор Семен Яковлевич Шер (этим ограничивалась его работа над «Аэроградом», съемки игровой части картины ему не поручали). Он был моложе Винтера на четыре года, в гражданской войне не участвовал, зато кинообразование получил солидное. Закончил Государственный техникум кинематографии, был ответственным секретарем тульского отделения Общества друзей советского кино. Во время службы в Красной армии, уже в мирное время, освоил профессию летчика. Поэтому на Мосфильме считался специалистом по авиасъемкам.
Однако ни Винтеру, ни Шеру славы эти съемки не прибавили, при выходе картины в прокат их имена убрали из титров. И вот почему…
На Дальнем Востоке все шло нормально, однако на обратном пути в Москву произошла большая неприятность.
Винтер с Шером выехали из Хабаровска 25 сентября на поезде по Транссибирской железнодорожной магистрали. В международном вагоне, со всеми удобствами. Везли с собой отснятый материал – не весь, но значительную его часть. Остальное было отправлено в Москву фельдсвязью, как того требовал Довженко в отношении всей пленки. Так что Винтер с Шером нарушили его указание и вина за это, прежде всего, лежала на кинооператоре. Он так дорожил результатами своей работы, что не рискнул всё передать курьеру, решив лично доставить самые ценные «метры». Думал, так будет надежнее, а вышло в точности до наоборот. Впрочем, у него имелись и другие причины, но об этом позже.
Проблема еще заключалась в том, что перевозка пленки в пассажирском вагоне была запрещена (огнеопасно), и чтобы контролеры ее не обнаружили, Шер предложил переложить ее из металлической коробки в один из своих чемоданов. Что и было сделано. Кино-администратор не возражал.
Из протокола допроса А. А. Винтера-Кесельмана от 11 октября 1935 года
Вопрос: Вы везли пленку в своем купе?
Ответ: Да, пленку мы везли в своем купе примерно до Омска, в пленочном железном ящике. Около Омска пленка была переложена в фабричный коричневый чемодан.
Вопрос: Зачем пленка была переложена из ящика в чемодан?
Ответ: Во избежание платежа штрафа за провоз пленки в вагоне поезда.
В Москву прибыли 4 октября, в начале седьмого утра. Александр Винтер поехал к себе домой, а Шер, захватив чемодан с пленкой, к себе. Освежиться, перекусить, да мало ли… Потом все собрались на киностудии, и уже там Семен Яковлевич рассказал о том, что чемодан с пленкой, оставленный им на кухне коммунальной квартиры, таинственным образом исчез.
Из протокола допроса А. А. Винтера-Кесельмана от 11 октября 1935 года
Вопрос: Когда Вы приехали к себе на квартиру?
Ответ: Около 8-ми часов утра.
Вопрос: Когда Вы выехали на фабрику?
Ответ: На фабрику я приехал примерно в 10 ч. 30 м.
К этому времени пленки уже не было. Об этом Винтер узнал от помощника режиссера съемочной группы «Аэрограда» Александра Литвинова. А тому сообщил об этом по телефону Шер, попросивший на всякий случай проверить, не остался ли чемодан с пленкой в машине. Оператор вообще не был уверен, что забрал его с вокзала и чемодан исчез именно с кухни.
Винтер тут же помчался на квартиру к Шеру в надежде все же отыскать чемодан, но тщетно, поиски ни к чему не привели. Как сообщил Шер, пропажу он обнаружил после того, как тем же утром его навестил брат. Оператор захотел показать ему кинопробы, хранившиеся в злополучном чемодане, пошел за ним (за чемоданом) на кухню – а того и след простыл.
Налицо была явная кража, разразился грандиозный скандал. Столько трудов насмарку! Сказать, что Довженко был в гневе, значит, ничего не сказать. Печальная ситуация. Кто украл пленку, где это случилось, так и не выяснили. Любая пленка, с каким угодно
