Читаем без скачивания Тайна Испанского мыса - Эллери Квин

Она была составлена из маленьких обрывков бумаги кремового цвета — точно такой же, что находилась на столике на террасе. Большая часть смятых клочков обгорела по краям, и кое-каких явно недоставало.

Обрывки были аккуратно соединены совпадающими рваными краями кем-то, кто явно выудил их из камина.

На кафельном полу ванной у раковины в беспорядке также валялись обрывки кремовой бумаги.

— Не стоит подымать их, — предупредил Эллери. — Это клочки конверта, сильно обгоревшие. Прочтите записку.

— Это ты сложил обрывки вместе? — спросил судья.

— Я? — Эллери пожал плечами. — Я их нашел точно в таком виде.

Двое мужчин наклонились над сиденьем унитаза. Записка, напечатанная на машинке, хоть и состояла из фрагментов, оказалась на удивление понятной.

«.......ди меня на тер..............чью

в 1.........чи. Это оч.................жна

видеть тебя.....ого. Я буду......тоже.

Пож......не подв.........................

Роза».

— Роза! — воскликнул судья. — Это... это просто невероятно! Этого не может быть. Нет, это физически невозможно!

— Дурдом, — буркнул инспектор Молей. — Сплошной дурдом, да и только.

— Я не понимаю... Странно.

— Сплошные терзания, — сухо заметил Эллери. — По крайней мере, так, должно быть, считал Марко. Поскольку, как видите, он последовал полученным указаниям и прямиком отправился в объятия смерти.

— Ты думаешь, в этом кроется причина и следствие? — спросил судья. — Записка выманила его и привела к смерти?

— Это будет легко установить.

— Кажется, все довольно понятно, — нахмурился пожилой джентльмен. — «Жди меня на террасе в час ночи. Это очень...» да!., «очень важно. Я должна видеть тебя...» полагаю... «одного. Я буду...» дайте подумать... «одна тоже», вероятно. Остальное проще простого: «Пожалуйста, не подведи меня. Роза».

— Есть одна юная леди, — угрюмо буркнул инспектор, направляясь к двери, — с которой я хочу поговорить сию же минуту. — Потом обернулся. — Черт побери, но кто мог сложить вместе обрывки, а? Может, Тиллер? Если...

— Тиллер говорит правду. — Эллери рассеянно протер стекла пенсне. — Я в этом уверен. Кроме того, если бы обрывки сложил Тиллер, он не такой дурак, чтобы оставить их на видном месте. Он очень умный маленький джентльмен. Нет-нет, забудьте о Тиллере.

— Но с другой стороны, кто-то прокрался сюда, когда Марко отправился на свое фатальное рандеву, выбрал клочки письма из камина — слабое пламя, вероятно, потухло, а Марко, который, судя по всему, был сильно взволнован, этого даже не заметил, — отнес их в ванную, рассортировал, бросил на пол обрывки конверта, как ненужные, и тщательно составил вместе оставшиеся обрывки записки.

— Почему в ванной? — громогласно поинтересовался Молей. — Что-то тут не чисто.

Эллери пожал плечами:

— Не уверен, что это столь важно. Вероятно, чтобы ему никто не мог помешать, пока он был занят реконструкцией записки, — мера предосторожности против внезапного вторжения. — Он извлек из кармана прозрачный конверт и осторожно стряхнул в него обрывки. — Нам это понадобится, инспектор. Разумеется, я просто одолжил их на время.

— Подпись, — размышлял вслух судья, который, казалось, пребывал в великом раздумье, — также напечатана. Кажется...

Эллери направился к двери ванной.

— Тиллер, — мягко позвал он.

Маленький человечек стоял на том же самом месте, где они его оставили, в почтительном ожидании.

— Да, сэр?

Нависнув над ним, Эллери достал портсигар и, открыв его, предложил:

— Угощайтесь.

Казалось, Тиллер был шокирован.

— О нет, сэр. Я не могу.

— Не вижу, почему нет, но как хотите. — Эллери сунул сигарету в рот.

Стоя в дверном проеме, оба старших джентльмена в молчаливом недоумении наблюдали за происходящим. Неизвестно откуда Тиллер извлек спичку и, чиркнув ею, почтительно поднес огонь к кончику сигареты Эллери.

— Спасибо. Знаете, Тиллер, — продолжил Квин, с наслаждением пуская дым, — в этом деле вы оказали нам неоценимую помощь. Не представляю, что бы мы делали без вас.

— Спасибо, сэр. Справедливость должна восторжествовать.

— Верно, кстати, в доме есть пишущая машинка?

Тиллер моргнул.

— Думаю, что есть, сэр. В библиотеке.

— Только одна?

— Да, сэр. Видите ли, мистер Годфри в течение лета обычно не занимается делами; он даже не держит здесь секретаря. Машинка очень редко используется.

— Хмм... Разумеется, Тиллер, мне не нужно указывать вам на то, что имеется один-два прискорбных момента.

— Вот как, сэр?

— Да. Например, тот факт, что за исключением этого «благодетеля человечества», выражаясь словами мистера Годфри, который пришил Марко, вы, по всей вероятности, оказались последним, кто видел его живым. Это плохо. Вот если бы удача была на нашей стороне...

— Но удача, — тихо проговорил Тиллер, всплеснув маленькими ладонями, — на нашей стороне.

— Что? — Эллери резко опустил сигарету.

— Видите ли, сэр, я не был последним, кто видел мистера Марко живым — я хочу сказать, не считая, разумеется, убийцы, сэр. — Тиллер кашлянул и помолчал, потупив глазки.

— Ты злой, маленький дьяволенок! — набросился на него через комнату Молей. — Вытягивать из тебя информацию, все равно что рвать зуб. Почему ты не сказал раньше...

— Пожалуйста, инспектор, — негромко взмолился Эллери, — Тиллер и я прекрасно понимаем друг друга. Разоблачение в данном случае требует некоторой... э... деликатности. Верно, Тиллер?

Маленький человечек кашлянул снова, на этот раз его кашель выражал смущение.

— Не знаю, имею ли я право говорить, сэр. Видите ли, ситуация крайне для меня деликатная... как вы выразились...

— Говори же, черт тебя подери! — взорвался Молей.

— Я уже было собирался покинуть буфетную, сэр, после того как мистер Марко велел мне уйти из этой комнаты, — невозмутимо продолжил Тиллер, — когда услышал, как кто-то поднимается вверх по лестнице. И тут я увидел ее...

— Ее, Тиллер? — осторожно спросил Эллери. Его глаза предупреждающе стрельнули в Молея.

— Да, сэр. Я видел, как она прошла на цыпочках по коридору, сэр, к комнате мистера Марко и быстро вошла... без стука.

— Без стука? — пробормотал судья. — Тогда она — кто бы она ни была — та самая особа, которая достала обрывки из камина!

— Я так не думаю, сэр, — с сожалением покачал головой Тиллер. — Потому что мистер Марко еще не закончил переодеваться. Он не успел бы; это произошло спустя всего пару минут после того, как я покинул его комнату. Значит, он все еще был в спальне. К тому же я слышал, как они ссорились...

— Ссорились?

— О да, сэр. Еще как.

— Мне кажется, — осторожно напомнил Эллери, — буфетная в другом конце коридора, Тиллер. Вы что, подслушивали у двери Марко?

— Нет, сэр. Но они говорили очень громко. Я не мог не слышать. Потом они замолчали...

Кусая губы, Молей мерил шагами комнату, злобно поглядывая на лоснящуюся голову Тиллера, как если бы хотел отрубить ее.

— Хорошо, Тиллер, — по-товарищески улыбаясь, произнес Эллери. — Так кто же была эта таинственная ночная гостья, которая видела Марко последней?

Тиллер облизал губы и украдкой глянул на инспектора. Потом опустил уголки рта, выражая полное потрясение.

— Это было самое ужасное, сэр. Когда мистер Марко начал громко кричать, он обозвал ее — я помню каждое слово, сэр, если вы извините меня, — «проклятой сукой, вмешивающейся куда не следует»...

— Кто была она? — рявкнул Молей, не в силах больше сдерживать себя.

— Это была миссис Годфри, сэр.

Глава 7

ТРАКТАТ О МОРАЛИ, УБИЙСТВАХ И ГОРНИЧНЫХ

— Мы продвигаемся, — задумчиво проговорил Эллери Квин. — Инспектор, мы наткнулись на золотоносную жилу. И все благодаря вездесущности Тиллера.

— Что ты несешь? — раздраженно воскликнул судья Маклин. — Ведь это была миссис Годфри. Марко был груб...

— А еще говорят о невинности младенцев, — вздохнул Эллери. — Дорогой Солон, тебе следовало бы провести несколько лет в суде по гражданским делам, вместо того чтобы бездельничать на генеральных сессиях.

— Ради всего святого, — отчаянно взмолился Молей, — что у вас на уме? Мне бы не хотелось постоянно перечить вам, но, друг мой... это дело об убийстве, а не посиделки. Говорите же, говорите!

— Тиллер, — начал Эллери, блеснув глазами, — у нас имеются неопровержимые доказательства того, что вы являетесь проницательным и наблюдательным человеком. — Он бросился на кровать Марко и растянулся на ней, подложив под голову руки. — Какого типа мужчины оскорбляют женщин?

— Ну, если судить по книгам, — неуверенно начал Тиллер после недолгого покашливания, — то это такие, как Дэшил Хэммет[8], сэр.

— А! С золотым сердцем под грубой внешностью?

— Да, сэр. Богохульство, насилие...