В то время как полиция подкупает маскированных, священники выносят во всех церквах святые дары, так как считают богохульством то, что дозволено правительством. Но это только одно из наименьших противоречий, существующих между нашими законами, нравами и обычаями.
На Масленице, в дни карнавала парижанки забывают свою лень, их внезапно пробуждает голос наслаждений. Представляется случай блеснуть на собраниях. Эти существа, в иные минуты кажущиеся полуживыми, неожиданно приобретают изумительную подвижность, позволяющую им легко переносить усталость от балов; вот где они проявляют полнейшую неутомимость! Бессонные ночи им нипочем: они проводят их напролет в неистовых танцах. На следующий день мужчины встают усталые, женщины же кажутся освеженными и похорошевшими…
В театрах самые непристойные пьесы ставят в последние дни карнавала, но, разучив их, продолжают давать их и в пост — дни святости и скорби; таким образом, наименее приличные спектакли бывают именно тогда, когда им следовало бы быть наиболее благопристойными…».
«Встретимся под балконом»
Те из русских, кто уже бывал в Париже, советовали выезжающим во Францию друзьям и знакомым:
— Прежде чем знакомиться с Парижем, не торопясь, полюбуйся на него с какого-нибудь балкона…
Может, оттого, что в XVIII веке в российских домах они были еще редкостью, наши соотечественники полюбили эти архитектурные дополнения к зданиям.
Под ними русские в Париже назначали свидания и деловые встречи, старались снимать квартиры или номера с балконами, чтобы понаблюдать за жизнью города.
Мерсье в своей книге писал об увиденном со второго или третьего этажа: «Любопытное зрелище открывается, когда с высоты какого-нибудь балкона смотришь вниз на мчащиеся бесчисленные разнообразные экипажи, то и дело пересекающие друг другу дорогу, и на пешеходов, которые, подобно птицам, испуганным приближением охотника, стараются проскользнуть между колесами, готовыми их раздавить!..
Впереди раззолоченной кареты, запряженной парой превосходных рысаков, обитой внутри бархатом, с виднеющейся в ней сквозь стекла фигурой герцогини в блестящем, великолепном наряде, тащится полуразвалившаяся извозчичья карета, крытая выгоревшей кожей, с досками вместо стекол…
Все сословия проходят длинной вереницей, кучера объясняются друг с другом на своем безобразно-внушительном языке, не стесняясь ни судейских, ни духовенства, ни герцогинь, а стоящие на перекрестках носильщики отвечают им в том же духе. Какая смесь величия, бедности, богатства, грубости и нищеты!..».
Хоть и непригляден был вид Парижа с высоты в описании Мерсье, но все же он не отбивал охоту у приезжих обозревать город с балконов.
Праздник завершился печалью
В 80-х годах XVIII столетия один русский студент приехал во французскую столицу продолжить образование.
Он мечтал снять здесь квартиру, обязательно с балконом, и, как Мерсье, наблюдать за жизнью города с высоты. Но денег на подобную роскошь у русского студента не хватило. Так что оставалось ему взирать на вожделенные парижские «площадки с перилами» снизу.
В конце обучения студент неожиданно получил от родителей дополнительные деньги. Перед самым отъездом из Парижа он решил исполнить мечту: снял дорогую квартиру с балконом. Правда, — всего лишь на три дня. На больший срок не хватило средств.
В первый день «балконного праздника» русский студент разослал приятелям и знакомым приглашение на вечеринку. Видимо, хотел с размахом отметить завершение учебы в Париже. На оставшиеся деньги он заказал вино и продукты для вечеринки. Все это завезли ему на квартиру, где должно было состояться дружеское прощание с Парижем.
Студент не был пьяницей, чтобы пить в одиночку. Но как же не попробовать заказанные продукты до прихода гостей? Ведь подобные яства молодой человек не мог себе позволить за годы учебы. И он отведал всего понемножку, в том числе коньяк и вино.
И запела, заволновалась душа!.. Вышел студент с початой бутылкой на балкон: пусть все проходящие внизу видят его праздник!..
Панорама города и парижанки, на которых можно было беззастенчиво пялить глаза, не рискуя заработать пощечину, так взбудоражили молодого человека, что он откупорил очередную бутылку. А пустую швырнул, вовсе не собираясь попасть в прохожих.
Звон разбитого стекла, крики людей еще больше вскружили голову студенту. Он запел и пустился в пляс.
Танец вскоре прервался. Праздник завершился печалью. Халтурщики среди строителей существовали всегда. Париж XVIII века — не исключение. Балкон обрушился.
К счастью, никто из прохожих не пострадал. Виновнику переполоха тоже повезло: отделался несерьезными ушибами.
В честь знаменательного события
Когда его забрали в полицию, он даже поучал стражей порядка и делился печальным опытом:
— Парижские балконы так же восхитительны и коварны, как и парижанки… Увлечешься, засмотришься — и можешь потерять голову… Не пляшите, господа, на балконах!..
Говорят, сам Луи-Себастьян Мерсье и его приятель-адвокат пришли на помощь молодому человеку. Ведь бедолага остался без денег, и ему грозили длительные штрафные работы. За рухнувший балкон здания, построенного много лет назад, больше не с кого было спросить.
От тюрьмы студента спасла находчивость Мерсье и адвоката.
Стражам порядка они объяснили:
— Виновник происшествия был настолько обрадован выздоровлению после простуды нашего короля, что исполнил в честь этого знаменательного события старинную русскую ритуальную пляску!..
Трогательное отношение к французскому монарху возымело действие. Студент оказался на свободе и беспрепятственно вернулся на родину.
Неосуществленные замыслы
Осенью 1760 года в Париж прибыл молодой русский архитектор Василий Баженов. Он был направлен сюда Петербургской академией художеств для продолжения учебы и для ознакомления с работами известных европейских мастеров.
Баженова определили стажироваться к известному французскому живописцу и королевскому архитектору Шарлю де Вальи.
Занятия Василия чередовались с ознакомительными прогулками по городу. Нотр-Дам де Пари, площадь Дофина, дворец Турнель, Триумфальная арка, мосты, парки, Лувр, отели Субиз, Матиньон, Ласе…
Каждый парижский памятник архитектуры Баженов подолгу, обстоятельно осматривал и рисовал. Обращал он внимание и на балконы роскошных и обычных городских зданий.
— Кажется, наш русский коллега вознамерился изобразить все балконы Парижа, чтобы потом воссоздать их на родине, — поговаривали французские архитекторы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
