периодически умирать и воскресать, на то он и символ урожая; как сказано у Христа: «Истинно, истинно говорю вам: если пшеничное зерно, пав в землю, не умрет, то останется одно; а если умрет, то принесет много плода» (Ин. 12:24), и Иштар (она же Астарта и/или Анат), богиня любви и войны, девственница и крайняя распутница, зачинающая, но не рожающая. Иногда Ваал считается верховным мужским божеством, в то время как Астарта – женским (здесь налицо сходство с частью реконструкции Патая). Опять же «Ваал» в переводе – всего лишь «господин», даже «Господь», поэтому именоваться так мог любой верховный бог того или иного племени или города, почему потом, для большего удобства «идентификации», к «общему» добавлялись топонимы – например, Ваал-Гад, Ваал-Пеор и др.
Иштар в ипостаси Анат – то еще явление! Р. Патай пишет: «Ханаанейская Анат… очень близка характером и обличьем Инанне и Иштар, так что ее можно считать западным вариантом великой богини Месопотамии… В угаритской мифологии Анат чрезвычайно важная фигура, богиня любви и войны, девственная и распутная, влюбчивая, подверженная неконтролируемым приступам ярости и чудовищным приступам жестокости. Она – дочь Эля, небесного бога, и его жены Ашеры Морской. У нее так много общего с шумерской Инанной и аккадской Иштар, что можно подумать, она наследница или родственница этих великих месопотамских богинь. Однако, вместо того чтобы озаботиться в первую очередь поиском новых возлюбленных среди божеств, людей или животных, как, считается, делала Иштар, Анат большую часть своей энергии тратила на поле битвы. Она тоже, в этом нет сомнений, была типичной богиней любви, одновременно целомудренной и неразборчивой в связях. Ее характер точно описан в египетском тексте XIII в. [до н. э.], в котором она и Астарта названы “богинями, которые зачинают, но не носят”, что означает их плодовитость с сохранением девственности. В угаритских мифах ее постоянно называли девственной Анат или девицей Анат. И даже Филон Библиус, живший в начале II в. н. э., все еще упоминает о девственности Анат, которую он идентифицирует с Афиной, знаменитой богиней-девственницей греков. Подобно Иштар, Анат называли “хозяйкой небес, госпожой всех богов”, и, подобно Иштар, она любила богов, людей, зверей. Больше других она любила своего брата Ваала. При ее приближении Ваал прогонял других жен, и она, готовясь к уединению с ним, купалась в росе и натирала себя кашалотовой амброй. “Реальное” единение Анат и Ваала описано с графической четкостью, что уникально даже для незастенчивых описаний, обычных в ближневосточных текстах. В месте, называвшемся Дубром, Ваал семьдесят семь раз возлежал с Анат, которая принимала для такого случая образ нетели, и похоже, что дикий бык – сын Ваала – плод этого союза. Смертным возлюбленным Анат был Акат… В качестве матери Анат, по-видимому, была одной из двух кормилиц богов и кормила грудью царя Керета, отчего одним из обращений к ней было “прародительница людей”. В Египте Анат рассматривается как супруга бога Сета, и в египетском магическом тексте XIII в. до н. э. в неожиданно садистских выражениях описывается, как Сет на морском берегу лишает девственности Анат. И все же эти приключения на полях любви бледнеют по сравнению с великими достижениями Анат на войне и в бою. В самом деле, ни одна древняя ближневосточная богиня не была более кровожадной. Ее было легко спровоцировать, и едва она начинала драться, как доходила до неистовства и крушила-убивала всех направо и налево. Очевидно, что ей нравилось драться: она уничтожала народы и Востока и Запада, так что головы людей летели как снопы, а руки – как саранча. Не удовлетворенная этим, она привязывает отрубленные головы себе на спину, а руки – за пояс, после чего стоит по колено в крови и по пояс среди трупов героев. Вот так она достигает своего: ее печень переполнена смехом, а сердце – радостью (в этом явно есть уже что-то от индийской Дурги, если не Кали! – Е.С.). Поклонение кровожадной и воинственной Анат пришло в Египет еще до XIII в. до н. э. Для египтян она тоже была “Анат, хозяйкой небес и госпожой богов”, богиня-воительница, которая ассоциировалась с лошадьми и колесницами и которая со щитом и копьем защищала фараона. Действительно, из-за ее воинственной натуры Анат в Египте звали “богиней, победительницей, женщиной под стать мужчине, одетой как мужчина и обнимаемой как женщина”. При этом Анат опускается до ритуального каннибализма, поедая труп Ваала, своего брата и мужа».
Иштар. Древневавилонская статуэтка
М. Элиаде отмечает исторический курьез, когда поклонявшиеся Ваалу гиксосы завоевали Египет, а ведь этого бога они отождествляли с Сетом – таким образом, «выдвижение убийцы Осириса в высший разряд определенно означало жестокое унижение для египтян».
Далее мы поведем рассказ об очередном умирающе-воскресающем боге Междуречья, причем в этом отношении у нас будет полная чехарда и мешанина – как и вся мифология Месопотамии, этого своеобразного плавильного котла народов и их культур и верований. Ваал – он же Вил, он же Бэл (все это понятно по созвучию имен), но в итоге Бэл уже ассоциируется с Мардуком! А это уже иного рода божественная личность. Некогда он был одним из многочисленных местных богов природы, такой же умирающе-воскресающий, как все они. Почитали его в Вавилоне. Но затем, в связи с историческими условиями – возвышением Вавилона и поглощением им прочих окрестных городов-государств – возвысился и Мардук, став из «обычного» бога верховным. Хитрые жрецы быстро изготовили соответствующую легенду, дошедшую до нашего времени в поэме «Энума элиш» («Когда вверху»). Из изначального хаоса проглядывают смутные фигуры изначального Апсу – творца, его советника Мумму и «родившей всех» Тиамат. Порожденные Апсу и Тиамат боги беспокойны, они тревожат «чрево Тиамат», и Апсу с Мумму решают уничтожить их, но Тиамат заступается за них – на свое же горе. Новое поколение богов стремится упорядочить хаос, отделив влагу от тверди и воздух от огня (знакомые по греческой натурфилософии 4 элемента). Эйа усыпил Апсу и расчленил его, пленил и связал Мумму, но оставшаяся на свободе Тиамат плодит чудовищ и склоняет на измену бога Кингу, ставшего ее любовником, полководцем и главным советником:
Они вокруг Тиамат столпились,
Днем и ночью, взбешенные, помышляют о мести,
Львы рычащие, они готовятся к бою.
Держат совет, дабы устроить битву.
Матерь Хубур, что все сотворяет,
Неотвратимое множит оружие, исполинских
делает змеев!
Остры их зубы, их клыки беспощадны!
Она ядом, как кровью, их тела напитала,
В ужас драконов свирепых одела,
Окружила нимбами, к богам
