Читаем без скачивания Босиком по пеплу. Книга 1 (СИ) - Мейер Лана

— Ты как? Готова? — обезоруживающе улыбаюсь я, усиливая в разы ее недоумение. — Думать можешь или слишком поражена моей неотразимостью?

— Что? — удивленно выдыхает девушка. Даже обидно, если честно.

— Забудь. Я пытаюсь тебя разморозить. Ты слишком зажата.

— Я не знаю, чего от тебя ожидать, — признается Алиса, опуская взгляд на свои сжатые на коленях кулачки.

— И это верно, — соглашаюсь с безобидной улыбкой. — Сейчас поясню. Смотри на меня, когда я говорю, — протянув руку, поднимаю ее подбородок пальцами. Она не осмеливается уклониться от прикосновения, чем я бессовестно пользуюсь, лениво скользнув фалангами по линии точеных скул, прежде чем убрать руку на свое колено. — Итак, мы заключим с тобой соглашение, — объявляю бодрым тоном. — Я готов освободить тебя от нежелательного и обременительного брака, но сначала должен убедиться, что, мы, как ты только что выразилась, друг другу не подходим. Это необходимо не только мне, Алиса. Ты тоже должна понять для себя, что быть женой наследника анмарского престола — непосильная ноша для твоих хрупких плеч.

— В чем суть соглашения? — с подозрением уточняет она. Умная девочка, чувствует наличие подводных булыжников.

— Условия самые простые, — небрежно передёрнув плечами, отвечаю я. — Три свидания. Всего три, Алиса, — делаю акцент на последней фразе. — Считаю, этого достаточно, чтобы прийти к определенным выводам. Место и время выбираю я. От тебя требуется только присутствие и хорошее настроение.

— И чем мы будем заниматься? — поразмыслив, с опаской спрашивает Алиса.

— Узнавать друг друга, общаться в непринужденной обстановке. Делать все, что обычно делают два взрослых человека на свидании, — последняя фраза звучит весьма двусмысленно, но это намеренная провокация.

— Например? — она заметно мрачнеет, цепляясь пальцами за край своего балахона.

— Я не сделаю ничего против твоего желания, Алиса, — заверяю самым располагающим к доверию тоном. Она закусывает губу, нерешительно вглядываясь в мое лицо. — Но и шарахаться от меня и вздрагивать от каждого прикосновения тоже не стоит. Я предлагаю тебе расслабиться, приятно провести время, получить новый опыт и воспользоваться шансом изложить детально все свои идеи, — киваю в сторону лежащей на краю папки. — Ты ничем не рискуешь. Абсолютно. Все, что будет происходить между нами, не выйдет за рамки приватности. Если к концу третьего свидания ты поймешь, что по-прежнему не видишь во мне будущего мужа, я дам тебе свободу и кое-что еще… за смелость.

— Кое-что еще? — прищурив кошачьи глаза, оживляется Алиса.

— Да, я подарю тебе редакционный отдел в Асаде, либо любом другом городе Анмара, позволю управлять по своему усмотрению и нанять на свободные должности тех кандидатов или кандидаток, которых выберешь сама.

— То есть ты даешь согласие, чтобы в моей редакции трудились женщины?

— Абсолютно верно, Алиса, ­ — подтверждаю я. Она недоверчиво хмурится, потирая висок и сосредоточенно уставившись в точку над моим плечом.

— Это слишком легко, чтобы быть правдой, — выдает свой вердикт. — Слишком просто, Амиран.

— Это слишком просто лишь по одной причине, — снисходительно улыбаюсь, вновь касаясь пальцами ее подбородка. Она вопросительно смотрит мне в глаза. — Ты передумаешь, Алиса, — понизив голос, обещаю я. — И тогда редакция станет моим свадебным подарком.

— Не передумаю, — отрицательно качает головой, задирая свой вздорный носик. Я плотнее обхватываю ее скулы и тяну вверх, заставляя встать.

— Ты еще не пробовала, Алиса, — скользнув большим пальцем по ее нижней губе, я, склоняясь так, что между нашими лицами остаются считанные миллиметры. Она испуганно задерживает дыхание, а я с жадностью хищника ноздрями пью ее нарастающий страх.

— Что… что я должна попробовать? — недоумевающе хлопая ресницами, дрогнувшим голосом проясняет девушка.

— Все, что захочешь. Я буду целовать тебя, прикасаться, если ты захочешь, мы займемся сексом, — невозмутимо перечисляю я.

— Ты с ума сошел? — опешив и забыв о всех правилах субординации, изумленно выдыхает Алиса.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Секс важный критерий для определения совместимости, — спустив ладонь на застывшее горло, склоняю голову ниже и провожу кончиком носа по пульсирующему виску. Второй рукой крепко обхватываю ее за талию, притягивая к себе. Не вплотную, чтобы не спугнуть раньше времени. — Хороший секс, даже без глубоких чувств, но с присутствием уважения и доверия с обеих сторон, может стать залогом крепкого брака.

— Но я же… мы… У нас же… — беспомощно бормочет Алиса, тщетно пытаясь выбрать верную мыслеформу.

— Не положено? — невозмутимо подсказываю я, ласково поглаживая подушечками пальцев бьющуюся на горле венку. — Некоторые традиции я считаю устаревшими, но исключительно в отношении себя. Я родился и вырос здесь, как и ты. Мы заложники двух миров, Алиса. Почему бы не нарушить пару правил? Никто не узнает. Я тебе это гарантирую. В конечном итоге мы сможем остаться любовниками. Для эмансипированных женщин естественно отдавать максимум своего времени карьере и иметь любовника для удовлетворения физических потребностей.

— Я ушам своим не верю, — Алиса Саадат несильно упирается ладонями в мою грудную клетку, максимально отстраняя голову назад. Пристальный цепкий взгляд голубых глаз дотошно ищет следы неискренности на моем лице. — Ты будущий король арабской патриархальной страны, в которой резко осуждаются подобные вещи. Как ты можешь мне предлагать такое? Это какая-то проверка?

— Я даю тебе слово, Алиса Саадат, что ничто из сказанного и сделанного здесь, не выйдет за стены этого пентхауса, — обрубаю ее сомнения личными гарантиями. Если она продолжит проявлять недоверие — это уже будет оскорблением. Не верить своему будущему королю сродни политической измене, помимо уже совершенной — физической.

— Но я не хочу никакого секса, поцелуев и всего остального тоже, — наивно заявляет попавшаяся в расставленные силки птичка. Птичка, которую я не звал. Она сама прилетела в заготовленную для нее клетку.  — Можно как-то без них обойтись?

— Можно, — быстро киваю я.

— Тогда ладно, — Алиса преждевременно расслабляется, облегченно вздыхая.  — Я, наверное, пойду, — она пробует выскользнуть из моих объятий, но у нее ничего не выходит. Напротив, запустив ладонь в белокурые шелковистые локоны, я надавливаю на ее затылок, привлекая ближе.

— Но мы все-таки попробуем, — добавляю хриплым шепотом, властно захватывая приоткрытые губы своими, запечатывая возмущенный писк жадным оттиском своей воли.

Пойманная птичка теряется от стремительной атаки, бьется, дрожит, цепляется пальцами за мою рубашку, безуспешно пытаясь вытолкнуть мой язык, алчно орудующий у нее во рту. Я не пробую ее, не искушаю. Это не прелюдия, не медленное соблазнение невинной неопытной девы. Это даже не поцелуй. Я грубо трахаю ее рот, не считая нужным скрывать свои намерения взять гораздо больше, и она это понимает, задыхается, извивается ужом, хаотично бьет кулачками по моим плечам.

Удерживая ее затылок, я опускаю ладонь на круглую задницу, спрыгиваю со стола и вжимаю хрупкое тело в свое, заставляя почувствовать несгибаемо-твёрдую реакцию на поцелуй. Алиса беспомощно всхлипывает и отчаянно мычит, дергаясь сильнее, чем только усиливает трение стальной эрекции о низ ее живота. Теперь обе мои ладони терзают тугие ягодицы через плотную ткань будоражащей красной юбки, бесцеремонно соскальзывают на бедра, нагло забираются под подол. Издав очередной приглушенный вопль, Алиса сжимает зубками мой язык.  К сладкому вкусу ее губ присоединяется новый — соленый. И это не кровь, не настолько сильно тяпнула меня тигрица. Слезы, черт. Довёл девчонку до истерики.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Отдышись, Алиса, — резко выпускаю ее из своих рук, и отстраняюсь на безопасное расстояние, чтобы снова ненароком не сорваться. Она пошатывается, прижимая дрожащие пальцы к распухшим губам, ошалело смотрит на меня оскорблённым обвиняющим взглядом. Дьявол, я сам не предполагал, что меня так накроет.