не спешила, моим мужчинам нужно время. Мы медленно прошлись по палубе и, завернув, остановились возле двери в каюту капитана. Я удивленно посмотрела на Ирики.
– Это сейчас самое безопасное место для нашего разговора, ко мне никто не войдет, – пояснил мужчина, открывая передо мной дверь.
Я кивнула и вошла. Каюта была без излишеств: кровать, тумбочка, шкаф для одежды узкий, пара полок на стене, небольшой стол квадратной формы и два стула, жалюзи на небольшом окне и дверь между каютой и рубкой управления. Вот значит, как он так незаметно снял барьер, не выходя из каюты! Вспомнился предыдущий день, затем ночь. Сегодня Ирики вел себя прилично, стоя в другом конце каюты от меня и внимательно наблюдая за моими действиями.
– Я внимательно вас слушаю.
Я постаралась изобразить очень серьезное выражение на лице.
– Кира, все так неправильно. Я даже не знаю, как мне поступить. Я действительно не знал, что Анарис решит действовать в обход меня. Вчера…
– Простите за вчерашнее, – я покраснела, вспомнив, как бросила его стоять на палубе.
– Вам не за что просить прощения, я просто не ожидал такого эффекта. Мое тело не справилось с выбросом адреналина. Позже я был под действием восстанавливающих … приборов. Если бы я не почувствовал ваш панический страх, я бы не очнулся так быстро. И, насколько я понял, встретив вас перед каютой, этот страх был вызван не нападением, там больше присутствовали гнев и испуг. А сейчас вы вообще пахнете презрением ко мне. Вы что-то видели?
– Я думала, это вы мне хотите что-то объяснить, а не требовать с меня объяснений.
– Безусловно, но я хочу понять, что вы знаете.
– Я видела Татьяну, – я с вызовом посмотрела на Ирики, ожидая реакции.
– Тогда понятно, не буду спрашивать, как вам это удалось, с вашим-то лунатизмом.
Что? И это реакция? Это в порядке вещей уродовать людей? Я закипала.
– Вы даже не пытаетесь оправдать ваши садистские исследования? Вы уродуете людей, калечите и считаете это нормой? Да кто ВЫ такие?! – Я практически кричала, приближаясь к мужчине со сжатыми кулаками, – ВЫ ВООБЩЕ ЛЮДИ?!
Ирики грустно хмыкнул, тоскливо посмотрел на меня и сказал фразу, от которой мороз пробежал по моей коже:
– Мы то, как раз люди.
Я в шоке переваривала услышанное. Минута, другая, страшно было уточнить.
– Я не понимаю, – протянула я срывающимся голосом.
– Это так сложно объяснить.
Было видно, как тяжело даются слова Ирики.
– А ты попробуй.
Я была так растеряна, что незаметно перешла на ты. Села на стул.
– Не знаю с чего начать, чтобы было понятнее.
– Начни с начала, если будет сложно, я переспрошу.
Ирики прошелся по комнате, размышляя, с чего начать рассказ. Затем, стал рассказывать. Я старалась не перебивать и максимально вникать в услышанное, хотя верить в это было сложно.
– Много лет назад, очень много миллионов лет назад, Земля не была голубой планетой, большую часть занимала суша, а не моря и океаны. Это был зеленый мир, живой мир. Его заселяли люди, которые умели использовать весь свой потенциал, а достигался он в единении с живым миром. Постепенно их мир становился все совершеннее, технологии все выше, но численность меньше. Благодаря абсолютной регенерации организма люди перестали стареть, благодаря технологиям отступила и смерть. Постепенно исчезло понятие семьи, желание иметь детей. Зачем? Мы вечны, а увеличение численности населения грозило нарушить стабильность. Древние научились перемещаться в пространстве, трансформируясь в чистую энергию, таким образом, посещая другие галактики и вбирая в себя знания других миров. Так был создан первый биокомпьютер: самая быстрая саморазвивающаяся система. Её создали как подобие человека.
– Цефина? – мелькнула у меня догадка, вспоминая недавний разговор с Леонидом о находке «спящей красавицы» и соединив с услышанным мною в разговоре.
– Да, – мужчина внимательно посмотрел на меня, – именно Цефина. Когда люди из-за чувства своего превосходства, вошли в конфликт с окружающим миром, испытывая очередное великое творение, собранное из чуждых этому миру элементов, произошло непоправимое. Земля перестала слышать своих детей, началось разрушение. Как не пытались ученые во взаимодействии с Цефиной исправить все, возродить свой мир. Остановить разрушение они не смогли, лишь найти пути спасения для себя.
В момент переворота планеты и смены полюсов, буквально за минуту до того, как исчезла на какие-то десятки минут атмосфера, и все живое было стерто с лица земли, древние трансформировались в чистую энергию и были покрыты защитными капсулами. После восстановления жизненных параметров на планете, Цефина должна была начать трансформацию древних в их начальное состояние. Чтобы сохранить всю информацию накопленную древними, были созданы носители, которые вы сейчас называете ДНК.
– Подожди, ДНК – это фактически код биологической памяти, который обеспечивает передачу генетических данных из поколения в поколение на протяжении всей эволюции живых существ.
– Это вы так трактуете это понятие. Вы изначально были нашим носителем информации, способным пережить разрушение планеты. Цефина при запуске первой партии носителей использовала способность к саморазвитию, а также были установлены блоки, которые позволяли доступ только к информации важной для выживания. Вы создавались как примитивные существа, способные перенести информацию и нужный для обратной трансформации набор элементов.
Но все пошло не так. Мы оказались в коконах, которые разметало по всей планете. Двигались плато, покрывались водой, возникало новое строение земли. Живой мир так и не восстановился. Планета жила, но ее душа так и не вернулась. Цефина так и не «проснулась», а со временем, как оказалось, была погребена планетой окончательно.
Я заворожено слушала мужчину, который с каждым словом становился все бледнее.
– Ты ведь наверняка слышала о находках непонятных каменных шаров или яиц?
– Да, даже у нас в России, кажется, в Волгоградской области были такие находки. Некоторые считают, что полые внутри каменные шары могут быть яйцами динозавров.
– Не верно. Из-за произошедших катаклизмов, оболочка наших коконов менялась, оплавлялась, подвергалась воздействию кислот, в результате через многие столетия приобрела подобную форму. Внутри кокона, находясь в виде энергетического сгустка, время не ощущается, но некоторые из нас пытаясь выбраться, сожгли себя, оплавив кокон изнутри. Другим повезло больше. Наши носители стали развиваться в отсутствии Цефины бесконтрольно. Они пытались выжить любым способом, выполняя основную поставленную им задачу. Все системы регенерации не работали, имиаты умирали. Насколько мы поняли, именно тогда произошла первая мутация наших биосистем, носитель ДНК получал только ту информацию, которая нужна для выживания, и пусть научных терминов воспринять они не могли, но адаптироваться к условиям вполне. Биосистемы научились воспроизводить новые источники для передачи информации.
– Вы говорите о детях? – жутко было слышать подобное.
– Да. Вы стали размножаться, передавая
