ехать, все повторяется в обратном порядке, все смотаешь и уберешь в машину, а вот последнюю все откладываешь на потом, и все ждешь, – вот именно сейчас клюнет рыба моей мечты.
– Вот поехали мы все вместе на рыбалку в этот раз, – продолжал Француз, – а привезем мы рыбу или нет толком и не знали. Идея была проста, сама поездка была целью, а то что Илья и Емеля вытащат чужую сеть с рыбой, это просто удача так распорядилась, и не суть, что это не мы сами наловили, но нельзя к этому факту относиться как к чему-то противоестественному, эффект удачи в этом присутствовал в своем полном объеме, и значит по сути все правильно. Другое дело если бы мы сами этой сетью рыбу ловили, так конечно, тут я согласен, не тот эффект, но они случайно ее обнаружили, значит процесс не нарушен и все в норме, ну я вот так, полагаю. – Закончил наконец Француз.
Пока Жак излагал свое мировоззрение окружающим, дед Василий закончил свою трапезу и налив себе чаю в жестяную кружку отошёл от всех и присел в тенек прямо под дуб, облокотившись спиной на его мощный ствол. Взгляд деда был задумчиво устремлен куда-то в даль, куда-то далеко за реку, и даже дальше, куда-то за поле, куда-то за горизонт. Во взгляде деда читалась тоска и грусть. Первым состояние деда заметил Кузьмич: – Старый ты чего такой унывный сидишь? Да прям на землю сел, погоди я тебе подстилку принесу, на нее сядешь, а то еще простынешь в такую жару.
Кузьмич взял сложенное старое одеяло и подойдя к деду скомандовал ему, ну-ка быстро встать. Дед приподнялся, Кузьмич постелил одеяло и дед Василий сел обратно.
– Слушай дед, ну ты правда, чего такой грустный стал? – Видя, что старый совсем поник продолжал его тормошить Кузьмич.
За столом уже все заинтересовались внезапным состоянием деда Василия.
– Может болит, чего ни будь, может таблетку дать какую? – Подключилась к диалогу всегда сердобольная Казачка и тоже подошла к деду.
Спустя мгновение все обступили его, со всех сторон. У деда Василия на глазах навернулись слезы, но он продолжал молчать.
– Дед, ты чего дед? Не пугай нас, может нужно чего, так мы мигом, говори чего-надо-то?
– Да нет, не надо мне ничего. – Начал объяснять свое состояние дед Василий. – И не болит у меня сейчас, тоже ничего, а в душе прям ком и тоска, и плакать хочется. Такое чувство, что я в последний раз вот так с друзьями на рыбалку приехал и не будет больше в моей жизни таких поездок, старый я уже. И о чем я последнее время мечтал, теперь сбылось, и спасибо вам за то, что с собой взяли, и дали мне возможность опять все это ощутить и прочувствовать. Я ведь тоже раньше, было дело, как-что на рыбалку убегал, с дружком моим, он уж давно в землю отправлен был, на постоянное место жительство. А раньше по молодости, мы с ним то и дело на рыбалку уезжали. Конечно не было тогда ни палаток, ни снастей хороших. Снасти сами делали из орешника, удочка из бамбука была предел мечтаний. Леску только покупали, даже крючки делали из гвоздей, обтачивали до нужного размера и закаливали. Уж про поплавки, я вообще молчу. Да и палаток тогда не было, вернее они были конечно, но не такие как сейчас, а из брезента. Они как намокнут, то начинают воду пропускать, как там не говорили, что надо хорошо натяжку делать, все равно текли. Так, что ночевали мы с дружком моим прям в стогах. Отрыбачишь и едешь к ближайшему стогу, в нем пещерку отгребешь и спрячешься, а вход сеном завалишь, вот там тепло и сухо. А утром, по первой зорьке, опять ловить. Вот как отрыбачишь, от души, до одури, сядешь на велосипед и давай педали крутить в сторону дома. А до дома не ближний свет. Так пока до дому доберешься, все себе в мозоли сотрешь. А раз помню, на обратном пути, под дождь попали. Да такой сильный, всю дорогу развезло и пришлось нам свои велосипеды по большей части на себе тащить, домой добрались за полночь, нас уже разыскивать собрались, а тут мы нарисовались. Все с ног до головы в грязи и ноги еле волочим. Да только все нипочём, дня через три, опять удочки к велосипедам привязали и на рыбалку подались. Так вот и жили, от рыбалки к рыбалке. А то, бывало, соберемся большой компанией, или ребята, что по старше с собой позовут, в колхозе договорятся на выходные взять грузовую машину, ну помните в колхозах были такие, у них в пол кузова из фанеры были сбиты типа навесов таких, а во весь кузов лавки стояли. Вот мы набьемся так, что нет свободного места. Но радости было, прям до жути. Едем, песни во все горло орем, на кочках, на лавках, так подпрыгивали, чуть из машины не вылетали. Едем друг друга ловим и хохочем, счастливые такие. А как на место доберемся, так у нас прям соревнование начиналось. Кто первый поймает, кто больше наловит, кто крупнее поймает. А уж если не везет, то обида прям на весь белый свет, да еще все норовят подколоть словечком, да поострее. А к обеду начинали варить уху. Сейчас думаешь, уха как уха, но тогда нам казалось, что вкуснее нет ничего на свете. Такой аромат расползался от котелка, что казалось еще чуть-чуть и закружится голова и слюней своей захлебнешься. Такие поездки были конечно не часты, но всегда очень памятливые. И бывало, уж времени пройдет порядком, а то и дело какая-нибудь история да вспомнится, благо веселые происшествия на таких рыбалках случались регулярно.
Немного помолчав дед продолжал:
– Но это лишь воспоминания, мне теперь только вспоминать и осталось. А вот вы меня с собой взяли, я и мечтать о таком не смел, а вот тебе и привелось. Вот я и думаю, точно судьба мне подарок перед самым концом вручила.
Голос у деда вздрогнул. Растроганная Казачка села рядом с дедом и взяв его морщинистую руку в свои пухлые ладони начала его утешать:
– Да перестань, дедуль. Ты у нас еще не такой старый, чтобы о конце думать.
– Да ладно тебе, дед, мы тебя в следующий раз возьмем обязательно. – Поддержал Казачку Кузьмич и в знак поддержки похлопал деда Василия по плечу.
– Конечно возьмем, только нам как-бы уже собираться домой нужно, а то совсем поздно будет. – Поторопил
