враз погас.
Хоть хлеба с сыром принесла…
Туман позволил мне пройти
(Хороший сторож от воров),
Преград не ставя на пути.
Защита от моих врагов.
Ящер, как я говорил,
Залез в фонтан и был таков:
Хвостом он еле шевелил,
Сверкая иглами зубов.
Я не всё здесь осмотрел.
Кровать была весьма удобной.
Я даже чуть повеселел,
Не видел я еще подобной.
Есть уголок для гигиены,
Есть парочка простых ковров.
Картины украшают стены:
Баталии былых веков.
В целом – годное жильё,
Можно ко всему привыкнуть.
А главное – оно моё,
Другим нельзя сюда проникнуть.
Хоть и устал, я спал отвратно.
Но организм был истощён,
Просыпался многократно,
Охотно возвращаясь в сон.
*************************
Возле арки был поднос,
На нем остывшая еда
Дразнила ароматом нос.
Ел с аппетитом, как всегда.
Под едой была записка:
– Как проснёшься – тот же зал.
Я помнил, что идти не близко.
Давно записку он прислал?
Я было дёрнулся бежать,
Ковёр поехал! Вот зараза!
Попытался было встать,
И вновь упал! Уже два раза!
От злости пнул его ногой,
Край, естественно, задрался,
Выдав мне секретик свой:
Кусок рисунка показался.
Это был бродячий круг
Нарисован синим цветом
Из четких, вымеренных дуг
На камне тёпленьком, прогретом.
Я взглянул на гобелен.
Ну что, блондин, он не опасен?
Пыль стряхнул рукой с колен.
– Живчик, ты рискнуть согласен?
Дважды не пришлось просить,
Брошкой замер на груди.
– Нам пока нельзя спешить,
Сил подкопим, погоди!
Фонтан был рядом, хорошо!
Я впитывал в себя как мог.
Приятно было и свежо!
Я был избавлен от тревог.
Всё! Я полон под завязку,
Сколько мог в себя вобрал.
Теперь на круг из синей краски.
В руку меч легко призвал,
Выполнив простой обряд,
Сказав Кирту про маршрут.
Словил Корага хмурый взгляд!
Опять народа туча тут!
Все прекратили говорить.
Кто-то посох крепче взял,
Чтоб нападенье отразить.
– Ну, вот ты здесь. Ты долго спал!
Познакомься! Эти люди
Преподаватели Кирграда.
Кота за хвост тянуть не будем,
Мне помощь твоя очень надо.
– Кораг, владыка, что за меры?
Тог нас часто проверяет!
Это червь для нашей веры,
Здесь давно друг друга знают.
Кораг напрягся, помрачнел.
– Я буду делать то, что надо.
Я свет увидеть вновь хотел,
Да все, пожалуй, будут рады.
Создай для нас из света сферу,
И каждый пусть её коснётся,
Вы, Сайрат, хотя б к примеру.
Пусть свет во благо обернется.
Я сделал, что просил Кораг.
Робкий хилый мужичок
Сделал мне навстречу шаг,
И сферы он коснуться смог.
Без последствий обошлось,
Он вроде даже улыбнулся.
Народа много собралось,
Круг вокруг меня сомкнулся.
Их было больше сорока.
То с любопытством, то с укором
Тянулась к светляку рука
Под пристальным Корага взором.
В конце осталось только двое:
Довольно странный хмурый тип
С рыжей бородой большою
И запахом несвежих рыб,
И рослый молодой мужик,
С посохом из черепов,
Будто издающих крик.
На вид, он драться был готов.
Рослый первым подошел.
Я приготовился, но нет:
По сфере пальцем он провел,
Вреда не причинил мой свет.
Остался с рыжей бородой.
Он пристально смотрел на Тога,
Рукой сжимая посох свой
В виде скрученного рога.
Он, как и Аром, тронул сферу,
И, как и Аром, начал тлеть,
И, следуя его примеру,
Отрезал палец, чтоб успеть
Избавиться от едкой порчи.
Владыки, выпучив глаза,
Смотрели, как он рожу скорчил.
Рядом выросла лоза,
Опутав его руки, ноги.
Их резанула плеть воды.
И словно пробудились боги,
Являя нам свои следы.
Под ногами камень ожил,
Засосало стопы вниз.
Ветер свои силы множил,
Туман в воздухе повис.
Огонь создал вокруг кольцо,
Чтоб тот не запустил водою.
Застыло в ужасе лицо,
Глаза накрыло темнотою.
Он руку приложил ко рту.
Я услышал хруст стекла,
И хруст тот вызвал хрипоту.
Слюна из рта его текла.
Я помню, это уже было:
Владыка превращался в клора,
Тьма ему давала силы,
Он потеряет разум скоро.
Превращенье завершилось.
Он был таким, как те, другие.
Зло, казалось, пробудилось,
Когти разводя большие.
Вода и ветер, и огонь
Пытались клора зацепить.
В воздухе висела вонь.
Сумев лишь кожу подпалить,
Владыки робко отступали.
Впервые встретив это что-то,
Как бороться с ним не знали,
А лезть к Чидару не охота.
Лишь камень сдерживал его,
Но трещины уже ползли.
Хватило мига одного,
Все в оборону перешли.
Клор Рава зацепил плечом,
Тот, порядком пролетев,
Ударился о стену лбом,
Корага чудом не задев.
Мой ящер тоже рвался в бой.
Став огромным как в лесу,
Он придавил его собой,
Поставив лапу на носу.
Чувство боя нарастало.
Я тоже должен был помочь.
Стена из света вмиг восстала,
Прогоняя тени прочь.
Еще одна взошла левее.
Я клора с Живчиком брал в куб.
– Я сожму барьер, живее! –
Слова с моих сорвались губ.
Ящер выпрыгнул и рыкнул,
Ему мой свет был нипочём.
Клор же руку свою выгнул:
Она вспыхнула огнём,
Но не простым, а ярко белым.
– Из этой клетки не сбежать!
Каким бы не был ты умелым,
Я был рождён, что б Тьму сдержать!
Куб всё меньше становился,
Клор кричал, как гадкий зверь,
Пока совсем не испарился.
Он был владыкой, что теперь?
Мир Дождя нам не ответил.
Все могли вздохнуть спокойно.
Только Рав немного бредил,
Ударился, наверно, больно.
Кораг уже его лечил.
– Во что Касан наш превратился? –
Громко Тог меня спросил.
– Это клор, и с Тьмой он слился.
– Мы не могли его сразить!
Он почесал рукой затылок.
– Но вы могли остановить.
Я увидел ряд ухмылок.
– Если б ты нам не помог,
Погибло б множество владык,
Да ты жизни нам сберёг,
Запомни, что я твой должник.
Я с Живчиком пошёл к Корагу,
Рав навстречу мне шагал.
Он был наказан за отвагу.
Зачем же к клору побежал?
Он мне кивнул и удалился.
Кораг устало тёр свой лоб.
– Ты хорошенько потрудился,
Получше большинства особ.
Нам Дрок сказал, что есть предатель.
Давно наставник дал понять,
Что свет твой словно указатель,
Способен Тьму искоренять.
Владыка был нам не опасен,
Но эта тварь… Точнее клор!
Касан воистину ужасен:
Расторгнуть с силой договор,
Чтоб живым врагу не даться.
Кораг застыл, лицо мрачнело.
– Мне нужно с этим разобраться:
Так с ними воевать не
